Коротко


Подробно

Что думают юристы о светлом будущем российских офшоров

По мнению управляющего партнера International Tax Associates B. V. Рустама Вахитова, после принятия новаций высока вероятность их попадания в определение harmful tax regime («вредный» налоговый режим) в понимании ЕС и ОЭСР — так как льготы очевидно не связаны с развитием конкретного региона, а наоборот, предусматривают освобождение от налогообложения доходов извне России. Кроме того, просматриваются элементы уже запрещенных в Европе специальных льготных режимов эксплуатации морского и воздушного флота. Эксперт полагает, что за принятием САР могут последовать контрмеры в виде включения России в черный список ЕС и иные аналогичные списки несотрудничающих юрисдикций. Вероятность этого повысится, если будут введены ограничения на сбор и обмен информацией.

«Спасение подсанкционных бизнесов — понятная задача, но режимы точечных преференций по определению дискриминационны по отношению к другим национальным бизнесам, которые в отличие от спасаемых никогда не баловались офшорами и тем не менее окажутся в худшем положении»,— отмечает Рустам Вахитов. По его мнению, можно создать условия для корпоративной миграции и без создания внутренних офшоров, которые породят массу системных внутренних и внешних проблем, и уровень налогообложения все равно не будет здесь решающим фактором.

Партнер Paragon Advice Group Александр Захаров считает проект САР нереалистичным и напоминает, что создание отдельного от общего в стране режима налогообложения, предоставляющего более выгодные условия какой-либо категории налогоплательщиков, прямо запрещено налоговым законодательством РФ. По его словам, особая зона в Крыму получила похожий режим на время (для целей реинтеграции в экономику России — особый случай), но в отношении налогоплательщиков, которые ведут свою деятельность на самом полуострове, а не за его пределами (что должно исключать злоупотребления таким режимом). «С позиции иностранных государств Крым — не Россия, поэтому и вопросов нет, иное бы означало его признание де-факто».

По словам Александра Захарова, идеи САР противоречат плану BEPS от ОЭСР — в частности, по «противодействию пагубным налоговым практикам» и по «предотвращению злоупотреблений налоговыми соглашениями». Кроме того, создание условий для анонимности акционеров или директоров (например, акции на предъявителя, отсутствие обязанности предоставлять госорганам информацию об акционерах) может вызвать претензии и даже санкции со стороны FATF.

Эксперт отмечает, что невозможность использования в большинстве случаев (исключения принимаются при особых условиях) типовых международных бизнес-компаний в мире обусловлена отказом банковского сообщества обслуживать нерезидентов (например, к Латвии предъявили требование сократить число нерезидентов в банках до 5%). «САР не предусматривает возможности подготовки независимой финансовой платформы, что в принципе в условиях растущих санкций может стать проблемой даже и для ведущих российских банков»,— говорит Александр Захаров. По его мнению, единственным значимым действием РФ в нынешней ситуации могла бы быть заморозка (мораторий) действия российских правил налогообложения контролируемых иностранных компаний и отказ от автоматического обмена до полного снятия санкций США и ЕС.

Вадим Вислогузов


Комментировать

Наглядно

актуальные темы

обсуждение