Коротко


Подробно

Фото: AFP

Россия ищет свободное место в Африке

Сергей Лавров посетил пять стран континента

Глава МИД РФ Сергей Лавров совершил масштабное турне по Африке, призванное доказать: Москва о своих союзниках на континенте не забыла. В каждой из стран из уст министра звучал тезис о необходимости «подтягивать экономические отношения до уровня политических». Сделать это между тем будет непросто: борьбу за рынки региона активизировали ведущие мировые игроки, в первую очередь Китай, США и ЕС. Что им может противопоставить российский бизнес и чего ждут от Москвы сами африканцы, выяснял в Анголе, Намибии, Мозамбике, Зимбабве и Эфиопии корреспондент “Ъ” Павел Тарасенко.


Регион повышенной дипломатической активности


К середине турне у сопровождавших Сергея Лаврова журналистов могло возникнуть ощущение дежавю. На каждых переговорах министр говорил об «исторических связях» между Москвой и страной, где он в тот момент находился. О совпадающих позициях по большинству вопросов. О необходимости «подтягивать экономические отношения до уровня политических». О поддержке стремлений африканских стран к более весомой роли на международной арене, в том числе путем увеличения числа постоянных членов Совбеза ООН.

Собеседник “Ъ” в российской делегации дал понять, что четких планов реформы СБ ООН как не было, так и нет. Но африканских дипломатов это не смущало. Их ответные реплики были такими же благостными, как и выступления Сергея Лаврова. Ангольский министр Мануэл Домингуш Аугушту выражал признательность за оказанную поддержку в освободительной борьбе. Его мозамбикский коллега Жозе Пашеку говорил о важности установления стратегического партнерства с РФ. Глава намибийской дипломатии Нетумбо Нанди-Ндайтва на русском языке благодарила за приглашение посетить Москву. А их коллега из Эфиопии Воркнех Гебейеху вспоминал о 120-летии дипотношений и эфиопских корнях Александра Пушкина.

Между тем дипломатические собеседники “Ъ” в странах Африки признают, что каких-либо преференций Москве ожидать не стоит.

Поколения, которые помнят о ее роли в борьбе за независимость, уходят. Во главе угла теперь прагматичный подход. Так что РФ в «битве за Африку» приходится на равных бороться с другими державами. О том, что конкуренция обостряется, можно судить хотя бы по графику визитов в страны региона представителей ведущих стран. Сергей Лавров 5–9 марта был в Анголе, Намибии, Мозамбике, Зимбабве и Эфиопии. Даты африканского турне госсекретаря США Рекса Тиллерсона — 6–13 марта. В его программу были включены Чад, Джибути, Эфиопия, Кения и Нигерия. С 26 февраля по 2 марта в поездке был турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган (он посетил Алжир, Мавританию, Сенегал и Мали). А главу МИД Китая Ван И в январе принимали власти Руанды, Анголы, Габона, Сан-Томе и Принсипи. Также среди стран, активно интересующихся африканскими рынками, Южная Корея, Малайзия, ОАЭ, Израиль, Иран, Индия, Бразилия.

Дотянуться до «стратегического партнерства»


Интерес к Африке понятен. Экономики многих стран региона бурно развиваются. При этом континент превращается в главный стратегический резерв источников сырья — до сих пор многие месторождения остаются нераспечатанными. А последнему усилению дипломатической активности на африканском направлении способствовала недавняя смена власти в целом ряде стран. Так, в Анголе в сентябре прошлого года с поста президента ушел Жозе Эдуарду душ Сантуш, бессменно управлявший страной с 1979 года. Новый лидер Жуан Лоренсу хоть и не стал радикально рвать с наследием предшественника, но провозгласил курс на повышение открытости страны (см. “Ъ” от 6 марта). Схожая ситуация в Зимбабве: в ноябре Роберт Мугабе, руководивший республикой с 1987 года, уступил пост Эммерсону Мнангагве, который моментально развернул кампанию по возвращению в страну инвестиций. А в Эфиопии с 16 февраля действует режим чрезвычайного положения — он был введен после того, как премьер Хайлемариам Десалень объявил о решении уйти в отставку из-за массовых антиправительственных выступлений.

Представители каждой из ключевых держав давали понять, что перемены в африканских странах не помешают дальнейшему расширению их двусторонних связей. Например, говоря о ситуации в Зимбабве, в МИД РФ выразили желание «активной совместной работы». В свою очередь, новый лидер Зимбабве Эммерсон Мнангагва в интервью «РИА Новости» ранее признался, что желал бы переизбрания президента РФ Владимира Путина. О произнесенных им в 2005 году на саммите G8 словах, что мировое сообщество не должно бояться прекращать свою помощь «диктаторам, таким как Мугабе», политический наследник «лидера зимбабвийской нации» не вспоминал. Нет обиды и за то, что, по данным “Ъ”, главная соперница господина Мнангагвы в борьбе за лидерский пост — супруга Роберта Мугабе Грейс в конце октября тайно посетила Россию. «Версии две. Либо она уже видела себя во главе Зимбабве и поехала знакомиться с российским истеблишментом, либо обсуждала вывоз накоплений своей семьи»,— предположил информированный собеседник “Ъ”.

Не стали менее прочными и позиции Пекина. Тем более что, по словам собеседников “Ъ” в Зимбабве, китайская разведка была единственной, для которой смена власти не стала сюрпризом. «Без документов в руках мы не можем утверждать, что Китай вынудил Мугабе уйти. Но явно те, кто занимался организацией процесса, пристально поглядывали в сторону Пекина»,— заверил “Ъ” африканист Александр Зданевич. В ходе своего турне глава МИД КНР Ван И, как и Сергей Лавров, много говорил о «важности стратегического партнерства».

При этом в случае с Китаем слова о «стратегическом партнерстве» имеют под собой много оснований — в 2009 году эта страна отняла у США лидерство в списке ключевых торгово-экономических партнеров континента. «Быстрорастущая экономика страны требует сырья и минеральных ресурсов. В Африке уже около 2 млн китайских мигрантов. Они работают на уровне не только крупных компаний, но также среднего и малого бизнеса»,— рассказал “Ъ” заведующий Центром изучения российско-африканских отношений и внешней политики стран Африки в Институте Африки РАН, экс-посол СССР и РФ в Буркина-Фасо, Мали и Нигере Евгений Корендясов. Собеседники “Ъ” в странах, которые посетил Сергей Лавров, постоянно показывали те или иные здания (терминалы аэропортов, министерства, президентские дворцы, небоскребы) со словами, что они построены компаниями из КНР. Китайцы прокладывают дороги, разрабатывают месторождения, создают совместные предприятия и легко дают африканцам многомиллиардные займы.

Такая политика нравится не всем. Будучи в Эфиопии, Рекс Тиллерсон призвал страны Африки не разменивать свой суверенитет на китайские займы. По мнению США, политика Пекина не приводит к созданию новых рабочих мест, ставит страны региона в долговую зависимость, а также в долгосрочном плане угрожает их экономической и политической стабильности. Пресс-конференция Рекса Тиллерсона проходила в штаб-квартире Африканского союза — построенном китайцами модернистском здании, резко контрастирующем с окружающей обстановкой в Аддис-Абебе. На следующий день там же оказался Сергей Лавров, но он говорил исключительно о российско-африканских отношениях. За день до этого министр, отвечая в Зимбабве на вопрос “Ъ”, четко обозначил позицию Москвы: «Я не знал, что Рекс Тиллерсон специалист по китайско-африканским отношениям. Мне кажется некорректным, находясь в гостях, высказываться по поводу отношений своих хозяев с другими странами, да еще в таком негативном ключе». Глава зимбабвийского МИДа Сибусисо Мойо добавил: «Идет ли Африка налево, направо или движется прямо — все это решать только самим африканцам».

На вторых ролях


Сиюминутных результатов турне Сергея Лаврова принесло немного. В числе конкретных договоренностей можно назвать, пожалуй, лишь подписанные в Хараре меморандумы — например, о модернизации сельскохозяйственной отрасли Зимбабве и о создании там специальной экономической зоны. Между тем российские дипломатические собеседники “Ъ” остались довольны итогами поездки, которая, по их словам, «давно назрела» (Сергей Лавров не был в африканских турне с 2014 года).

При этом показатели торгово-экономического сотрудничества радовать не могут. Объем торговли РФ с Африкой составляет $13,8 млрд в год, а со странами южнее Сахары — чуть более $3,5 млрд. Для сравнения: объемы китайско-африканской торговли только за январь 2018 года оцениваются в $16,5 млрд.

Одной из причин такого положения дел дипломаты и эксперты видят уход России из Африки в начале 90-х годов. «После развала СССР вся система международных экономических отношений оказалась не у дел. Нам пришлось переводить все на рыночные основы,— напомнил “Ъ” Евгений Корендясов.— В ходе этого процесса торговля с Африкой сократилась в два-три раза. Да и отношение к ней можно было охарактеризовать фразой "Африка нам не нужна"».

Опрошенные “Ъ” эксперты признают: в последние годы ситуация меняется.

Среди активных игроков на африканском рынке — АЛРОСА, «Русал», «Северсталь», «Роснефть», «Зарубежнефть», «Газпромнефть», ВТБ, «Росатом», Уралвагонзавод, «Гражданские самолеты Сухого», «Технопромэкспорт» и другие компании.

Между тем, упоминая их в ходе турне, Сергей Лавров нередко использовал будущее время: зачастую речь идет о планах и намерениях. «Мы очень медленные: пока раскачиваемся, приходят другие»,— посетовал в этой связи один из дипломатических собеседников “Ъ”.

«По целому ряду причин претендовать на заметное место в Африке мы не можем. Не можем на равных конкурировать ни с американцами, ни китайцами. Понемногу мы развиваем отношения, но серьезным участником "битвы за Африку" я бы Россию считать не стал»,— отметил в разговоре с “Ъ” главный научный сотрудник Института Африки РАН, бывший посол РФ в Намибии Андрей Урнов. А собеседник “Ъ” в российской делегации резюмировал: «Китайцы пытаются на десятилетия вперед застолбить за собой в Африке ресурсную базу. Мы же не можем, как в советские времена, в приказном порядке заставить кого-то что-то там делать. Да и финансовых ресурсов, таких как у китайцев, у нашего государства нет».

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение