Коротко


Подробно

6

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ   |  купить фото

Хозяин медной норы

Как заработать на крышах и гаргульях

Обычный кровельщик превратил тяжелую низкооплачиваемую работу в бизнес с годовым оборотом 40 млн руб. Этому способствовали талант мастера и поразительно низкая конкуренция на российском кровельном рынке.


ЕКАТЕРИНА ДРАНКИНА


Слякотным зимним утром в заваленную медными поделками небольшую мастерскую на северо-востоке Москвы вошел человек лет тридцати. «Иа на мастэр-класс, иа саписалса!» — прокричал он в темноту с непонятным акцентом. Мастер — 33-летний Денис Аксенов, вдрызг больной, с красными глазами и кружкой горячего чая — с трудом выполз из подсобки навстречу гостю: «Бли-и-ин, я же написал всем, что заболел! У меня температура тридцать девять! Не будет мастер-класса». «Как не будет? — оторопел гость.— Я из Флориды прилетел… На один день, к вам на семинар!» Тут уже оторопел хозяин. Размеры своей славы медных дел мастер представлял несколько скромнее: да, про него, первого в этом деле среди русских, написал не так давно уважаемый немецкий журнал Bow Metal. Без ведома Аксенова взял фотографии его знаменитых медных рыцарей и гаргулий из «Фейсбука» и посвятил мастеру из России три полосы. После этого у Дениса заказывали работы коллекционеры из Германии, Австрии и даже один из Австралии.

В России профессионалы Аксенова тоже знают, большинство, правда, не любит, считает выскочкой, собирающим с рынка все сливки. В общем, о громкой славе говорить не приходится. Вот на днях выложил в интернете ролик с очередной своей гаргульей, и началось: «Сатанист! Нехристь!», как будто и не сидели эти существа на водостоках разных стран христианского мира последние десять веков…

Выяснилось, что парень, прилетевший в Москву на один день, чтобы посетить семинар по изготовлению медных «колпаков» на крышу, работает в Голливуде, делает реквизит. Нашел Дениса на просторах «Фейсбука», восхитился, решил ехать. Был несколько обескуражен тем, что такой крутой мастер сидит в крохотном помещении и шедевры делает «на коленке».

Пришлось, конечно, больному Денису все-таки проводить мастер-класс — работали вместе целый день, сделали колпак, секреты мастерства, какие сумел, передал, и довольный гость улетел с колпаком в Америку.

Дворцовых дел мастер


По итогам прошлого года оборот мастерской «ДенАкс» достиг 40 млн руб. Зарабатывает эти деньги очень небольшой коллектив: в мастерской вместе с Денисом работают шесть человек плюс бригада кровельщиков, и расширяться особо предприниматель не планирует. «С людьми сложно. Я не буду работать с теми, кому не доверяю, кто мои стандарты не может удержать,— объясняет Денис.— А поскольку мастеров по меди в России раз-два и обчелся, обученные люди еще и звездить начинают, тоже вынужден расставаться. Вон как после той публикации в немецком журнале… Упомянули там еще одного парня из моих помощников — так его не узнать стало! Ходит важный такой, во все зеркала смотрится… Пришлось распрощаться».

Гаргульи и прочие художественные поделки, как утверждает Денис,— это совсем небольшая (10–15%) часть выручки, производит он их скорее для привлечения внимания, ну и для души.

Интерьеры — совсем небольшая часть оборота бизнеса «ДенАкса», но для владельца бизнеса — самая любимая

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

В маркетинговых целях, например, включил Аксенов свои статуи в проект работ для оформления «замка» Максима Галкина и Аллы Пугачевой.

«Я их практически навязал Максиму,— смеется мастер.— Хотя это были не просто гаргульи, не просто рыцарь — это были функциональные элементы конструкции, но сомнения у заказчика оставались. Он говорил, что не хочет свой дом в Диснейленд превращать… Но это и не Диснейленд вовсе! Средневековый замок получился».

Основной бизнес «ДенАкса» — это крыши. Медные, выполненные в технике двойного фальца, со всякими сопутствующими украшательствами — орнаментом на фасадах, элементами декора.

Заказчики таких крыш — либо государство (в России медью традиционно покрывали дворцы и соборы, теперь их надо реставрировать), либо очень богатые частники. Считается, что качественно выполненная медная крыша самая долговечная, служит до 150 лет, при этом стоить она может как приличная квартира в Москве: до 10 млн руб. (при площади около 2 тыс. кв. м). Передают мастера из рук в руки либо находят в интернете. Как ни удивительно, даже крупный госзаказ, по словам Дениса, можно получить только благодаря выложенной в соцсетях удачной картинке.

Иногда даже госзаказ можно получить благодаря картинкам в соцсетях

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

А для того, чтобы выйти на такие заказы, потрудиться ему пришлось изрядно: прежде чем начать свой бизнес, 15 лет Денис сам провел на крыше. Точнее, на разных крышах: работал кровельщиком вместе с отцом и дедом. «Недавно вышел на балкон с чашкой кофе,— вспоминает он,— зима, минус двадцать, а я вдруг ловлю себя на мысли, что мне очень хорошо. И вдруг понял, отчего так хорошо. Да потому что на крышу не надо лезть! Кровельщик ведь не может замотаться в тридцать одежек. Намотаешь много — будешь неуклюжий, работать не сможешь, соскользнешь. Пальцы тоже должны двигаться… Хуже зимы тут может быть только лето. Когда на крыше яичницу можно жарить».

Рай для двоечника


Школу Денис не закончил. Отучился восемь классов, но документа за свою «выдающуюся» успеваемость не получил. По знакомству родители запихнули сына-двоечника в Московский электромеханический техникум по специальности «Лифты», и скоро новоиспеченный лифтер отправился трудиться в жэк. Продержался полтора года. «Это реально день сурка. Занял-выпил-вернул-еще занял-выпил… У них там разнообразие вносят только цирроз или заворот кишок от пьянства»,— со смехом вспоминает Денис жэковские порядки.

Пришлось лезть на крышу. Первые годы был совершенно счастлив: романтика, свобода. Такие виды открываются! Чердак опять же: на реставрационном объекте крышу откроешь — и видишь исторический пласт со всеми его тайнами при свете дня. Но постепенно день сурка опять стал наступать.

Денису стало казаться подозрительным, что в профессии веками ничего не меняется. Не может же быть, чтобы и в наше время работали, имея в арсенале всего два замка, металлический уголок и деревянную киянку.

А тут еще случилось несчастье — чуть не стал инвалидом. «Это-то обычное дело,— объясняет.— Крыша — это опасно. У меня и дед падал, и отец — переломался так, что еле с того света вернули… Я не упал, а рассек себе листом металла ахиллово сухожилие. Несколько месяцев ходил на костылях, но, когда на крышу вернулся, крыша же для меня лучшей физиотерапией стала: стопа под разными углами всегда стоит, разрабатывается. Так вот, пока я на костылях по земле ходил, в голове у меня что-то перевернулось, я стал думать: что-то не то мы делаем. Стал искать более качественные решения».

Денис начал экспериментировать. Было начало 2000-х, заря интернета: что-то можно было узнать в профессиональных сообществах, там же поделиться первыми собственными наработками. Среди открытий того времени удивительных было два. Во-первых, стало очевидным: все, что Денис изобрел, в странах развитого кровельного мастерства изобрели еще лет триста назад. А во-вторых, выяснилось, что кое-что он все-таки может: буквально через несколько лет самостоятельных экспериментов со всякими вновь освоенными приемами крыша Дениса победила на одном профессиональном конкурсе, где выставлялись работы не только из России, но и из Германии, Швейцарии и Австрии.

Драма двойного фальца


«Если бы вы только знали, насколько отсталое в среднем по России представление о кровельном деле, вы бы ужаснулись!» — рассказывает мне сотрудник крупнейшего в мире завода—производителя меди для кровель и фасадов KME Владимир Шеслер. Владимир — другой страстный поклонник фальцевых кровель. Он долго работал в Германии, а несколько лет назад вернулся в Россию и теперь помимо консультаций по технологиям устройства кровель и фасадов из меди и сплавов много времени посвящает образовательной работе: продвигает на форумах и в общении с чиновниками идею качественного образования, переводит профессиональную литературу, ратует за новые профстандарты.

На всю Россию всего несколько мастерских, профессионально работающих с медью

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

«У нас даже архитекторы зачастую исходят из того, что крыша должна течь! “Это же крыша! — говорят.— Она течет время от времени, ее латают”. А крышу не латать надо — делать по-человечески! Бюджеты на строительство в России выделяются гигантские, а, что за эти деньги строят, страх смотреть. Уродуют дорогой импортный материал, лупят по нему киянками как попало… Двойной фальц — технология для металла самая правильная, но она немецкая, в советское время по идеологическим и экономическим соображениям не использовалась. А сейчас людям кажется, что они работают в этой технологии, но на самом деле они уничтожают кровлю за кровлей»,— горячится Владимир.

Анна Молчанова, заместитель исполнительного директора Национального кровельного союза, во многом с Шеслером согласна.

Кровельщиков квалифицированных не хватает во всех областях строительства крыш, для работ с любыми материалами, но для фальцевых металлических кровель требуются особые мастера — да еще и со специальным дорогостоящим импортным инструментом.

«Учить специалистов практически некому — одна только школа у нас в Санкт-Петербурге официально работает, выверенных стандартов нет,— разводит руками она.— Рынок узкий, мастера в основном самоучки. Есть среди них, конечно, одаренные люди, фанатики. Я на их страницы подписана в соцсетях, и телефон, бывает, всю ночь звякает, как начнут спорить двое: один в Южном Тироле учился, другой — в Баварии. Всё не могут договориться, как кляммеры устанавливать, как узел какой-нибудь особый выполнить».

По словам Шеслера, профессиональные компании, способные качественно выполнить крупный заказ, включающий дорогую медную крышу, в России можно сосчитать по пальцам одной руки: «Есть, например, “Покров” Дмитрия Маркина, “Бипэкс” Якова Баландаева. Там люди действительно прониклись западными стандартами, вложились в оборудование, работают на совесть».

«ДенАкс» среди таких Шеслер не называет: компания достойная, профессиональный рост есть, но еще бы докупить оборудования и подрасти чуть-чуть… «Фирма “ДенАкс” Дениса Аксенова уникальна в своем очень узком сегменте — в том, что касается орнаментов, художественной части кровельных, интерьерных работ. Фирм с такой специализацией и в Германии-то всего четыре, а в России альтернативы ему вообще нет. К тому же он самоучка, художник. Не по готовым формам работает, а каждый раз изобретает новое. Это дорогого стоит»,— говорит специалист.

«Дремучие вы люди, уйду я от вас»


Семь лет назад Денис ушел из бригады своего отца со словами: «Дремучие вы люди, уйду я от вас!» Родственные связи тогда, конечно, подверглись серьезному испытанию: Денис в бригаде был самый молодой, но, хотя частенько получал подзатыльники за излишнюю прыть и желание все сделать по-своему, именно благодаря ему общий уровень бригады все-таки вырос. Впрочем, семейного разлада в итоге все же не случилось: за несколько месяцев почти вся бригада включая отца перешла на работу к нему в мастерскую.

Денис взялся за учебу. Съездил в Германию на профессиональные курсы, начал с жадностью читать о ремесле (по-русски ничего не было, приходилось рыться в немецких книгах — где-то знакомые помогали с переводами, где-то сам вникал, по картинкам).

Там понял окончательно, что русские кровельные работы от немецких отличаются примерно как «шестерка» «Жигулей» от «Гелендвагена», и утвердился в решении развиваться.

Потихоньку стал фантазировать на тему всякого-разного для крыш — колпаки, дымники, водостоки. Делал, выкладывал в интернет, придумывал новые.

Специализация, в которой у Дениса Аксенова нет конкурентов в России,— медные орнаменты

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Первые маркетинговые затраты обошлись недорого — в бак бензина.

«Прикрутил на крышу машины колпак понаряднее и трое суток колесил по одному богатому поселку — у нас там как раз объект был. Поездил-поездил — люди спрашивать начали: что везешь? Я важно отвечаю: колпак везу заказчику, украшение на крышу. Люди думают: “Как же так, у меня не самый нарядный дом будет в поселке? Давай-ка мне тоже колпак!” Так и начались продажи. Пятнадцать колпаков продал в этом поселке!» — рассказывает Аксенов.

В том, что касается поделок, фантазии медного мастера границ нет. Благо и мода способствует. Входят в моду самогонные аппараты — отличная тема: с медными элементами такой аппарат и в интерьере смотрится, и в дело сгодится. Востребован на рынке стимпанк — Денис тут как тут.

«Вот часы на мне, видите? — показывает Аксенов.— Стимпанк. Японский механизм качественный за 700 рублей можно купить, а все остальное сам делаю: и корпус, и картинки. Недавно заказали интерьер для ресторана в ЦУМе, стимпанк. Я размахнулся, конечно, обожаю эту тему: парапланы, аэростаты… А заказчик взял рисунки и пропал куда-то. Но это, по правде говоря, обычная история на нашем рынке».

Впрочем, потеря одного заказчика на интерьерные работы не так уж болезненна для Дениса, все эти поделки в итоге должны увеличивать заказы на главный источник дохода — крыши. А здесь недостатка в спросе нет. «ДенАкс» выполнял часть работ во время реставрации Ново-Иерусалимского монастыря, делал реплику Пражского театра на крыше оперного театра в Екатеринбурге, работал на десятках частных объектов.

Реплика Пражского театра для крыши оперного театра в Екатеринбурге делается в мастерской «ДенАкс» вручную

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

«Проблема в том, что не все объекты можно показать,— сетует Денис.— Приходит новый заказчик, затраты у него огромные — шутка ли, одна только медь по 500 рублей за килограмм, конечно, он хочет на предыдущий объект посмотреть. А объекты все за высокими заборами, под охраной, не Европа ведь…»

Почти все, что зарабатывает, Денис вкладывает в развитие. «Все эти выставки-конкурсы-проекты — все это ведь денег стоит,— объясняет.— В инструмент опять же! Мы как-то подсчитали: тут, в мастерской, одних только молотков на два миллиона… Но этого еще недостаточно. Нужно больше».

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение