Коротко

Новости

Подробно

12

Фото: Gerry Kellermann

Неисповедимы пути фольксвагена

Анна Толстова о выставке «Дорогами немецкого дизайна» в Катаре

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 60

В Дохе, в галерее Аль Ривак, входящей в систему Музеев Катара, проходит выставка «Дорогами немецкого дизайна» («Driven by German Design»), последний кураторский проект покойного Мартина Рота. Выставка, придуманная выдающимся музейным менеджером, продемонстрировала тонкость культурной дипломатии и стала самым ярким событием года культуры Германии в Катаре. 2018-й объявлен перекрестным годом культуры России и Катара, так что на этом немецком примере нам есть чему поучиться


Весь 2017-й Катар праздновал год культуры Германии, завершающийся двумя ударными выставками: выставкой шедевров современного немецкого искусства из собрания Deutsche Bank, показывающей, что такое образцовая корпоративная коллекция, и выставкой шедевров немецкого дизайна, показывающей, что такое образцовое культуртрегерство. Годы культуры какой-либо страны в Катаре начали проводить с 2012-го, и для Дохи с ее молодой, если не сказать юной, системой художественных институций это была неплохая идея. План создать сеть Музеев Катара возник в 2005-м — сейчас она уже включает в себя Музей исламского искусства, построенный по проекту Йо Мин Пэя, Арабский музей современного искусства и галереи Аль Ривак и Катара, а в будущем году ожидается открытие Национального музея, спроектированного Жаном Нувелем. В ведении Музеев Катара также все археологические памятники страны, программа резиденций для художников со штаб-квартирой в Пожарной станции, переоборудованной под студии, выставочные и лекционные залы, и программа искусства в общественных пространствах, благодаря которой, например, в Катарской пустыне несколько лет назад появилась грандиозная инсталляция Ричарда Серры «Восток–Запад / Запад–Восток». И череда годов культуры способствовала много к украшенью всем этим разнообразным начинаниям. Надо сказать, праздновать годы культуры в Катаре любят так же сильно, как и в России, и вот, наконец, они нашли друг друга: 2018-й объявлен перекрестным годом культуры Катара и России. Вряд ли наша культурная дипломатия произведет на свет столь же замечательный экспортный продукт, как выставка «Дорогами немецкого дизайна», но на этом примере можно учиться, как обмениваться культурным опытом с выгодой и изяществом.

Выставка «Дорогами немецкого дизайна» стала последней кураторской работой Мартина Рота: он умер в августе этого года и проследить за ходом монтажа в огромных залах галереи Аль Рикав с ее 5 тыс. кв. м экспозиционных площадей не мог, но это все же его произведение — вряд ли кто-нибудь осмелился бы вмешаться в общую концепцию и выбор дизайнеров, принадлежащие столь крупному авторитету музейного мира. В некотором смысле музейной легенде: Мартин Рот стал первым немцем, возглавившим британский музей, да не рядовой какой-нибудь, а ни больше ни меньше как Музей Виктории и Альберта. Этой чести он удостоился после десяти лет руководства Государственными художественными собраниями Дрездена — за годы его управления музейная империя, ранее известная широкой публике лишь по «Сикстинской мадонне» да «Зеленым сводам», пережила значительное расширение, диверсификацию активов и сделалась главным двигателем реконструкции города. Дрезденский гость оправдал надежды лондонцев, занявшись реконструкцией Виктории и Альберта, созданием сети филиалов, обновлением постоянных экспозиций и выставочной афиши, в коей заблистали имена Александра Маккуина и Дэвида Боуи, следствием чего стали и рекордная посещаемость, и титул музея года в 2016-м. «Дорогами немецкого дизайна» — фирменное супершоу Мартина Рота, где интеллектуализм, развлекательность и коммерция взяты в равных пропорциях.

Генеральным спонсором и идеологом проекта выступил Volkswagen AG, так что производимые концерном автомобили — фольксвагены, ауди и, главным образом, порше, что, видимо, связано с потребительскими предпочтениями катарцев,— выступают своего рода модулями в каждом из разделов выставки, каких бы материй ни касались эти разделы. Абстрактных дизайнерских доблестей, где рассказывается, как идея обретает форму, соответствующую функции, и как визионерство сочетается с инженерным мышлением, а ведь именно инженер по большому счету и является главным героем немецкой литературы, как врач — главным героем русской. Или же конкретной истории немецкого дизайна на протяжении последних семидесяти лет, рассказанной сжато, но четко и убедительно. Однако ощущения, что четыре сотни остальных экспонатов служат тут фоном для триумфа немецкого автопрома, не возникает — напротив, мы постоянно сталкиваемся с осмысленными, а не вымученными рифмами между, скажем, аэродинамическим кузовом Porsche 959 и бутсами Adidas. Как не возникает и впечатления рекламного гламура, свойственного автомобильным выставкам,— если что и вызывает вау-эффект, так только превосходный экспозиционный дизайн, почти что произведение искусства, недаром в экспозицию то и дело внедряются объекты Тобиаса Ребергера, получившего «Золотого льва» Венецианской биеннале 2009 года за оформление ставшего частью основного биеннального проекта кафе, где совершенно размывались границы между художественной инсталляцией и дизайном.

Хотя родиной эстетики и даже самого понятия гламур считаются глянцевые журналы поздней Веймарской республики, представление о гламуре как-то не вяжется с немецким дизайном — в отличие от других национальных школ, допустим, итальянской. Неслучайно самый скромный и скучный раздел здесь — о высокой моде. И в каждом такте выставочной партитуры, особенно в ее исторической части, начинающейся с 1945 года, проводится мысль о том, что суть дизайна — не пустой блеск роскоши, а форма как осознанная необходимость, отсюда все доблести немецкой школы — рациональность, удобство, сдержанность, лучше меньше да лучше. Как в великолепных в своей неброской красоте разработках Дитера Рамса для фирмы Braun. Тут возникает еще один важный подспудный сюжет: вся история немецкого послевоенного дизайна предстает восстановлением справедливости в отношении Баухауса и его наследия — от Ульмской школы дизайна, созданной баухаусовцем Максом Биллем по заветам Вальтера Гропиуса, до сегодняшних звезд вроде Стефана Диеса. И хотя уничтожение Bauhaus и успехи Volkswagen при Третьем Рейхе — явления, безусловно, взаимосвязанные, экспозиция свидетельствует о том, что в послевоенное время баухаусовские идеи подчинили себе все, в том числе автомобильный дизайн, а значит, художественная правда восторжествовала. Впрочем, выставка по-немецки дидактична не только в этом, она постоянно намекает своему зрителю, что, приобретая очередной порше, он не только приносит жертву на алтарь всемирного божества роскоши, но и воскуряет фимиам немецким богам скромности, трудолюбия и рациональной фантазии.

«Driven by German Design». Катар, Доха, QM Gallery Al Riwaq, до 14 января

Комментарии

обсуждение

Профиль пользователя