Коротко


Подробно

5

Фото: DIOMEDIA / Ardea

Пора искателя сокровищ

Ольга Волкова о Желтой Земляной Собаке

2018 год уже давно был нам назначен годом Желтой Земляной Собаки. Что ж — такая собака, конечно, есть. Она настолько земляная, насколько это вообще возможно. Правда, желтая она только временами


Для интриги давайте начнем издалека, с таящихся под землей грибов трюфелей. Которые, если честно, не столько еда, сколько символ удавшейся жизни. Какой молодец тот, кто каждый день стругает в яичницу нечто невзрачное, но за одну-две-три-четыре тысячи долларов за килограмм! Оно того стоит? Каждый решает сам. Как каждый решает сам, где ему этот подземный гриб взять. Можно, например, отправиться на трюфельный рынок в Италию. А можно добыть драгоценный гриб самостоятельно — между прочим, у нас, в том числе и в Подмосковье, трюфели тоже растут, и наши трудолюбивые предки их находили во вполне впечатляющих количествах. И пока европейцы отправлялись на трюфельный промысел со свиньями, козами и баранами, русские поселяне предпочитали ходить по грибы вместе с учеными медведями, что еще раз подчеркивает исключительность нашего народа.

Однако все вышеперечисленные звери, найдя трюфель, не прочь были сами же его и съесть, а это лишает мероприятие остатков смысла. Поэтому со временем свиней и даже медведей сменили собаки — нюх у них тоже имеется, зато гастрономические предпочтение иные. В принципе, для поиска подземных сокровищ годится практически любая собака, прошедшая соответствующее обучение. Но и в этом деле есть свои общепризнанные звезды — самой трюфельной собакой планеты принято считать лаготто романьоло, то есть озерную собаку из Романьи, которая профессионально вынюхивает эти грибы, даже если те затаились на полуметровой глубине. "Я тебя из-под земли достану!" — это не пустая угроза для лаготто. И правда достанет, раскопает, аккуратно возьмет и принесет хозяину. Причем сделает это с невероятной скоростью — эти собаки копают не хуже землеройной машины.

Бартоломеус ван дер Гельст. «Мужской портрет», 1640-е годы

Словом, если и есть на свете истинно земляная собака, то это именно лаготто. Который к тому же бывает желтым — то есть, конечно, рыжим. Или пятнистым, или коричневым, серым, белым — впрочем, как следует порывшись в земле, белым он быть перестает.

Однако приходится признать, что романская собака не всегда считалась такой уж земляной. Есть сведения, будто бы на заре времен лаготто были сторожевыми псами, специализировавшимися на охране парусников, но в это верится как-то не очень, потому что для серьезного сторожа они слишком малы и неконфликтны. Ну а по первой своей доказанной профессии они охотники, уже больше полутысячи лет назад умевшие разыскивать и приносить хозяину дичь, обитавшую на болотах родного края. И сегодня, в какой палаццо ни сунься, везде найдешь портрет какого-нибудь важного древнего итальянца, запечатленного вместе с кокетливо смотрящей из-за его колена смешной кудлатой собачкой. Вот эта собачка — она и есть лаготто романьоло, представитель древней породы и возможный прародитель большинства спаниелей. А некоторые особо горячие поклонники этой собаки уверяют, что лаготто — прародитель вообще всех водоплавающих собак вплоть до водолазов-ньюфаундлендов. Хотя не совсем понятно, как такой некрупный песик (килограммов 14-16) сумел прародить семидесятикилограммового ньюфа; впрочем, на свете и не такое случается.

Андреа Мантенья. «Встреча», 1465-1474 годы

Итак, лаготто романьоло известен миру столетия так с XV. И как же это вышло, что официальное признание эта порода получила от силы четверть века назад? Что ж, оставим эту странность на совести мирового кинологического сообщества, которому, наверное, виднее, кого и когда признавать породой. Что до самих лаготто, то им это признание — до лампочки, они и без официального статуса хороши настолько, что их давно знают и любят далеко за пределами родной Италии. Даже для нас эта собака — не такая уж новинка, к нам первые лаготто приехали с десяток лет назад. Да, их у нас пока отнюдь не миллионы, но это, я думаю, именно что пока. Тем более что трюфели у нас есть, да и чего-чего, а болот в России достаточно, и дичь еще не вся перевелась, так что в наших краях лаготто романьоло имеет все шансы вернуться к своей прежней профессии, охоте.

Как же так получилось, что профессиональный пловец и охотник переквалифицировался в не менее профессионального грибника-землекопа? Все из-за безработицы: уже в позапрошлом веке итальянские болота осушили, дичь исчезла... И с нею вполне могли исчезнуть и лаготто — кому в те времена были нужны бесполезные собаки? Но у нашего романца был фантастический нюх, выдающийся талант землекопа, удивительное трудолюбие и маниакальное желание учиться. Он мигом научился охоте за грибами и этому новому для себя делу сразу отдался со всей возможной серьезностью: если лаготто ищет трюфель, он не отвлекается ни на какие посторонние запахи, а также звуки и прочие впечатления. Потому что он на работе, а это важно.

Паоло Антонио Барбьери. «Гверчино и Лючия Барбьери с собакой породы лаготто», XVII век

А ведь внешне лаготто не выглядит серьезной рабочей лошадкой. Напротив, вид у него весьма легкомысленный и даже игрушечный: он небольшой, сантиметров сорок в холке, с треугольными висячими ушками и весь в кудряшках. Даже выразительные брови и заметная бородка не придают ему солидности — лаготто кажется веселой дурашкой, созданной для игр, поцелуев и возни с хозяйскими детьми. И хоть на самом деле создан он вовсе не для этого, для игр, поцелуев и возни с детьми он тоже подходит, поэтому в наше время лаготто романьоло все чаще заводят не в целях обеспечения себя трюфелями, а именно как собаку-компаньона.

Лаготто и как компаньон идеален: он чрезвычайно умен, жизнерадостен, приветлив, предан, послушен, нежен, ласков, игрив, покладист, не ревнив, дружит с прочими домашними животными и обожает детей. Но поскольку он все же не совсем ангел, а реальная собака, то и у него есть свои особенности — так, он прямо ужас как не любит оставаться дома один. И если лаготто часто и подолгу грустит в одиночестве, он может стать, элегантно выражаясь, капельку деструктивным, хотя вообще-то эти собаки в особой страсти к порче имущества не замечены. Впрочем, если имуществом считать, например, газон, клумбу и прочий ландшафтный дизайн, то очень даже замечены: эта озерная собака жуть как любит копать. Ее стараниями в считаные минуты все ваши цветочки и альпийские горки сгинут в гигантской яме, так что дивный сад и лаготто романьоло категорически несовместимы. Ну собака-то земляная. И немножечко грязевая — многие лаготто любят изобразить своего трюфельного конкурента, свинью, и как следует поваляться в хорошей луже. Но это не от желания выпачкаться, а из любви к плаванию и воде вообще. Так что если вы хотите сделать своему лаготто подарок — наберите для него ванну, пусть хоть там поплещется.

А еще эти собаки не подходят лентяям: лаготто очень энергичный, две прогулки в день — для него это мало. Ему подавай три, лучше четыре энергичных выхода на улицу, плюс занятия разными видами собачьего спорта, плюс постоянные физические и умственные упражнения (типа хозяин прячется, а собака его ищет, или хозяин прячет что-то вкусное, а собака это находит и прочее в этом духе).

Бартоломеус ван дер Гельст. «Отряд стрелков VIII района Амстердама под руководством капитана Роелофа Бикера и лейтенанта Яна Блау», 1639 год

Такую подвижную персону лучше бы держать не в квартире, а в загородном доме. И желательно почаще брать ее с собой — с лаготто можно и на работу ходить, ведь обычно эти собаки ведут себя чрезвычайно воспитанно и совершенно никому не мешают. Ну а всякие там лыжные прогулки и походы за грибами без неутомимого лаготто вообще немыслимы. Между прочим, ему вовсе не обязательно искать именно трюфели — этого гениального пса нетрудно натаскать и на обычные грибы. К их поиску он отнесется так серьезно, что соберет вам полную корзинку белых даже там, где белые грибы вообще не растут. А все потому, что лаготто не поленится тщательно обыскать окрестности и заглянуть под каждый кустик, тем более что ему не страшны даже самые мокрые, густые и колючие заросли: собаку защищает ее уникальная вьющаяся шерсть — жесткая, густая, плотная, непромокаемая и непроницаемая для кусачих насекомых. И нуждающаяся в определенном уходе: лаготто время от времени придется стричь, причем некоторые советуют иногда — летом, конечно,— стричь его вообще наголо, ведь морозы отлично утепленному лаготто не страшны, а вот жару он недолюбливает. Расчесывать обычной щеткой его не стоит — распушатся завитки, и прекрасный махровый лаготто мигом превратится в нечто несуразное. Однако вычесывать его необходимо, потому что вылинявшие шерстинки с этой собаки не падают, а так и остаются в плотных кудряшках, что очень удобно в смысле уборки помещения, но не очень полезно для самой шерсти. Так что владельцам лаготто понадобятся особые парикмахерские инструменты — такие, чтоб вылинявшее вычесывали, но кудряшки не разделяли.

Лаготто романьоло — существо совершенно неагрессивное, и со всеми встреченными на прогулке собаками он готов подружиться и поиграть. Если, конечно, он не занят какой-то работой, ведь работая, эта дивная собака не отвлекается вообще ни на что. Весьма целеустремленный песик, чью способность полностью отдаваться делу очень ценят силовики некоторых стран — у них там лаготто с блеском ищет хоть наркотики в чемодане, хоть людей под руинами, хоть... Да что попросят, то и поищет. И, скорее всего, найдет.

К незнакомцам лаготто относится без агрессии, но и без особых восторгов — все не входящие в его ближний круг люди кажутся ему малость подозрительными, поэтому об их приближении он непременно всех оповестит. Так что он еще и сторож отличный — все видит, все слышит, все чует и обо всем вам доложит.

Как и большинство охотничьих собак, лаготто обладает впечатляющим аппетитом, причем насчет еды он обычно не капризничает, а радостно ест то, что дают. Конечно, есть у этих собак и свои предпочтения — так, многие из них прямо трепещут при виде кусочка сыра, особенно горгонзолы, итальянцы — что поделаешь. Впрочем, от гречки с курицей они тоже не откажутся, так что с пропитанием этого пса проблем обычно не бывает. На здоровье они не жалуются, живут прилично, лет по шестнадцать, и с возрастом практически не утрачивают милых черт своего характера. Ну а насчет цены нашей собаки года — так она бывает разная. Простой, хоть и славный щенок в наших краях стоит тысяч пятьдесят или около того. А вот натасканный на поиск трюфелей пес в Европе, бывает, продается тысяч за двадцать, причем уже евро. Говорят, окупается за сезон. Или за два. А хозяйское сердце он покоряет уже в первые пять минут знакомства — такая уж у него харизма.

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от 29.12.2017, стр. 14
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение