Коротко


Подробно

5

Фото: Tina Ruisinger / Rolex

Rolex строит архитекторов

Mentor and Protege Arts Initiative в Лондоне

Алексей Тарханов


Передо мной два архитектора. Один — рыцарь британской империи Дэвид Чипперфилд. Еще когда он приезжал на "Арх-Москву" (в то время, когда иностранные архитекторы были у нас частыми гостями), я оценил его манеру держаться, общаться с людьми и думать с ними вместе. Вторая наша встреча состоялась в 2012 году на Венецианской биеннале, где он был главным куратором.

И вот сейчас, в Лондоне, 62-летний сэр Дэвид был "ментором". Ну и гостеприимным хозяином, потому что встреча происходила в его мастерской на верхних этажах не самой красивой на свете лондонской башни. Кстати, Чипперфилд обещал эту башню исправить и украсить.

Его "протеже" был 33-летний швейцарец Саймон Кренц, урбанист, выпускник цюрихской политехнической школы. Не школьник, а успешный архитектор, создатель собственной мастерской. Они рассказывали, как работают над проектом городского планирования лондонского района Бишопсгейт в Шордиче. Хороший проект, судя по тщательности проработки и по желанию обоих дать красивому, но хаотичному Лондону новую единицу швейцарской точности и британского аристократизма. Даже мой сосед по круглому столу архитектурный критик Филипп Третьяк, автор нашумевшей книги "Надо ли вешать архитекторов?" (ответ скорее "да", чем "нет") остался доволен.

Уже не первый раз я оказываюсь на представлении итогов программы Mentor and Protege Arts Initiative, запущенной часовщиками Rolex 15 лет назад. Программа эта устроена как часовой механизм — раз в два года выбираются знаменитые художники, режиссеры, музыканты, писатели, архитекторы. Это должны быть действующие фигуры первого ряда и ни в коем случае не вышедшие в тираж свадебные генералы. Самое главное, чтобы они действительно хотели поделиться своим мастерством, чтобы они умели и любили учить, чтобы у них было время заниматься тем, ради чего и придумана программа.

Потому что каждому из них придется выбрать ученика и провести его по жизни в течение целого года. Это не школа, формальные обязательства тут минимальны. Учитель и ученик, ментор и протеже должны пробыть вместе как минимум тридцать дней. Где, когда, как — им решать. Никаких контрольных работ и экзаменов, не надо писать курсовой роман или защищать дипломную ораторию.

Итог и награда одному и другому — совместная работа, а под эту совместную работу Rolex подкладывает солидную материальную базу в 125 тыс. швейцарских франков. Пятьдесят получает ученик. Правда, в два приема: половину на время учебы, чтобы можно было не думать ни о чем постороннем, половину на следующий год, чтобы можно было показать, чему ты научился, истратив их на выставку, спектакль или публикацию. Если захочешь, конечно. Но предполагается, что захочешь, потому что ленивых мастера не берут. Это решается сразу, на последней стадии отбора, когда ментор выбирает одного из трех предложенных ему молодых людей. Даже попасть в эту тройку — и то удача. Ну а мастер, ментор, за старания награждается гонораром в 75 тыс. франков.

Среди ролексовских менторов были кинорежиссеры Стивен Фрирз и Мартин Скорсезе, театральный гений Роберт Уилсон, балетные Иржи Килиан, Уильям Форсайт и наш Алексей Ратманский, художники Олафур Элиассон и Дэвид Хокни. С 2012 года в программу была включена и архитектура с мастерами ранга Алвару Сизы, Петера Цумтора и Кадзуе Сэдзимы. Теперь в их конклаве появился и Дэвид Чипперфилд. Иные из них имеют с Rolex особые отношения, вроде Сэдзимы, которая вместе со своим партнером по мастерской Рюэ Нисидзавой построила по заказу часовой марки студенческий центр Лозаннской политехнической школы. Иные до участия в программе знали о существовании марки только по часам, которые носили на руках.

— Архитектурная программа Mentor and Protege особенная,— говорит Чипперфилд.— Что успеешь сделать в архитектуре за год? Самый маленький проект займет года три. Мне совершенно не хотелось таскать Саймона на стройплощадки. Это иногда скучно для меня самого и уж точно было бы скучно для него. Поехать ко мне на неделю или на месяц он не мог, у него свое бюро, его партнеры взбунтовались бы.

— Как же вы выбрали тему работы?

— Мы решили заняться городом. Конкретным участком Лондона. Не может быть ничего более разного, чем два подхода к градостроительству: британский и швейцарский. Британский подход — это полная капитуляция перед рынком и экономикой. Швейцарский — может быть, последний бастион архитектурной демократии.

— Инвесторы в Британии командуют архитекторами,— соглашается Саймон Кренц.— Они, конечно, не злодеи, они тратят много денег на архитектуру, потому что поняли, что архитектура добавляет ценности девелоперским проектам. Но редко когда они готовы воспринимать свой новый проект как часть города. Нас же интересуют сети, транспорт, улица, не только территория для строительства, но и то, как она будет врастать в окружающее пространство. Мы попытались внести в проектирование швейцарскую процедуру — не потому, что она лучше, а потому, что она другая.

Итоги работы были представлены в Королевской академии художеств, над реконструкцией которой сейчас работает Чипперфилд. Впрочем, что значит "итоги"? Мы же помним, что программа не предусматривает зачетного достижения.

"Rolex создает условия для диалога и не требуют конкретного итога,— говорит Чипперфилд.— Нам не надо отчитываться и заполнять рапортички, как это бывает при получении многих грантов. Это уникальная программа, потому что она построена на доверии, на взаимном уважении к двум профессионалам, к процессу, в котором не только ментор учит протеже, но и сам набирается у него ума. Речь идет о щедрости. Вещь в нашем деле важная, но какая же редкая!"

Действительно, в мире, где все "нацелено на результат" и все этим гордятся, Rolex поддерживает процесс познания, ровный и постоянный, как течение времени, у которого нет ни начала, ни конца.

Алексей Тарханов


__Мастерская Дэвида Чипперфильда в Лондоне

__Дэвид Чипперфильд и Саймон Кренц работают в мастерской "ментора" над проектом планировки лондонского района Бишопгейт в Шордиче

__Британский подход к градостроительству накладывает отпечаток на работу швейцарца Саймона Кренца

__Дэвид Чипперфильд, Саймон Кренц и глава Philanthropy, Rolex S.A. Ребекка Ирвин на вечере в Королевской академии художеств

Комментировать

рекомендуем

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение