Коротко


Подробно

7

Мода в оригинальной версии

Елена Стафьева о российской премьере документального фильма «We Margiela»

Это, конечно, прежде всего фильм про Maison Martin Margiela при Мартине Маржеле. Но в такой же степени это и фильм про моду, которую мы потеряли


""Мои родители расстроятся, если не увидят моего имени на одежде",— сказал Мартин, но согласился",— Дженни Мейренс, главный и единственный партнер Маржелы, рассказывает о том, как начинался Maison Martin Margiela и как возник знаменитый пустой белый лейбл ("я придумала кусок белой ткани, он — четыре белых стежка"). Дженни и ее голосом фильм "We Margiela" начинается и заканчивается. Дженни умерла этим летом, продюсер и режиссер фильма Менна Лаура Мейер успела поговорить с ней незадолго до смерти. Мы слышим голос Дженни, слышим ее уже тяжелое дыхание, но не видим ее — как не видим и Мартина (хотя он мелькает на некоторых архивных фото). Ее фактическое присутствие в этом фильме — и фактическое отсутствие на этой земле, как и его символическое присутствие в фильме — и фактическое отсутствие в нем, создают довольно мощное напряжение, буквально физически ощущаемое силовое поле, как ни скомпрометирована эта метафора.

Мартин Маржела (который, безусловно, был и есть на самом деле — его бывшие сотрудники на первых буквально минутах, смеясь, рассказывают, как часто слышат от молодых, что Мартин — это мистификация) не только не принимал участия в создании этого фильма, но и не видел его. Мартин Маржела сейчас активно занят своим наследием (он принимал участие в выставке "Маржела: годы в Hermes" в этом году в MoMu, и сейчас готовит вместе с Оливье Сайяром свою ретроспективу в Музее Гальера в Париже), но та жизнь, которая проходила в его доме, для него самого закончена. А вот для всех остальных — тех, кто работал с ним и кто рассказывает об этой работе в фильме,— она продолжается, что бы они сейчас ни делали и где бы ни находились. И это первая важная тема фильма.

Это фильм о том, что значит столкнуться с гением. О людях, которые с этим гением столкнулись и на которых он так или иначе воздействовал. Это воздействие и обозначено тем самым "We", вынесенным в заглавие фильма. Поразительно, насколько сильно оно ощущается сейчас, через 10 лет после ухода Мартина Маржелы и через 15 лет после продажи дома. "Мы все оказались в своего рода лимбе",— говорит Вики Родитис, которая была одной из моделей Маржелы вначале и работает в доме до сих пор, о жизни после Мартина.

Фото: Anders Edstrom for Margiela

Знаменитый принцип анонимности, ставший для Maison Martin Margiela базовым, влиял на разных людей внутри дома по-разному. Тема анонимности до сих пор остается довольно чувствительной для всех них. Лутц Хеэль, дизайнер трикотажной линии и ассистент Маржелы, у которого уже довольно давно свой собственный бренд, говорит: "Чем дольше я оставался в доме, тем меньше становился. "Мы" обесценивало личность, а это опасный процесс". Патрик Скаллон, бывший главой коммуникации в Maison Martin Margiela рассказывает: ""Мы" были важны как идея. Но решения не принимались коллективно — в доме была четкая структура, высшее место в которой занимал Мартин".

При этом все они, все, кто работал с Маржелой, демонстрируют поразительную степень вовлеченности и понимания. Альда Фаринелла, владелица бутика, одна из первых заказчиков Maison Martin Margiela, говорит: "Ни до, ни после не было такого гения, никто не делал такого. Он изменил жизни людей. Женщины — те, кто не соответствовал канонам общепринятой красоты, те, кого всегда считали страшненькими, наконец-то почувствовали себя уверенно и гордо носили его одежду". Харли Хьюз, дизайнер мужской линии, рассказывает об увлечении Маржелы винтажем и блошиными рынками: "Мы смотрели на винтажную одежду, чтобы сделать новую. Одежда вдохновляла одежду — Мартин эстетизировал все". По этому же поводу Станислас Марышев, не работавший в ателье, но занимавшийся продажами, рассказывает: "Это было удивительно: из того, что никому не было нужно, делать нечто новое и прекрасное. Сделать это частью культуры, сдвинуть границы". Лутц Хеэль объясняет: "Это были вещи, открытые для истолкования. Для тех, кто обладал достаточной тонкостью, эта одежда становилась персональной".

Но самым проникновенным образом говорит о творческих вещах, конечно, Дженни Мейренс: "Мы хотели быть абсолютно ни на кого не похожими. Это была попытка прорваться сквозь все, что было до нас: если ты хочешь угодить всем, это кончится ничем. Если ты не готов проиграть, то не сможешь выиграть — это мое кредо". Этот фильм вообще много говорит о скрытой от публики роли Дженни в создании и сохранении Maison Martin Margiela. Важно, что она буквально перед самой смертью сочла нужным оставить свою версию их истории, выйти из тени — и общей анонимности, и масштабной фигуры Маржелы,— рассказать о себе, о нем и их общем деле, которое, вероятно, было самым важным в ее жизни.

"Ты действительно хочешь состариться в этом бизнесе?" — говорит Мартин Маржела Лутцу Хеэлю, когда они случайно встречаются уже после всего. И для Лутца это непостижимый вопрос, так же как и рассказ Мартина о том, чем он сейчас занимается: "Много путешествую, немного рисую, делаю ремонт в квартире". И это опять возвращает нас к теме "гений и обычные люди вокруг". Дженни Мейренс говорит об этом точнее всех: "Мартин всегда жил в некотором духовном одиночестве — как всякий художник. Конечно, он художник, и если бы он не занялся модой, то достиг бы признания как, например, концептуалист. Мода была для него прежде всего средством самовыражения". И вот тут возникает еще одна важная тема фильма — мода и творчество.

Фото: Anders Edstrom for Margiela

Никто не говорит о "творческом процессе", никто не использует выспренних метафор и сравнений, никто не пытается нарисовать "образ творца". Все рассказывают о вполне будничных вещах: делали подборки интересных фотографий, просматривали старые журналы мод, ходили на блошиные рынки, обсуждали эскизы, делали моделям макияж — ничего специально концептуального, никакого особенного "вдохновения". И между тем из этого рутинного вроде бы контекста возникает головокружительное чувство настоящего, живого, интенсивного и захватывающего творческого процесса. То, что обычно показывают практически в любом документальном фильме о моде, тут вдруг создает почти магический эффект — тот же, что создает одежда Мартина Маржелы, которую мы все знаем. Невозможно даже представить себе этот уровень творческой интенсивности и продуктивности в современной моде, практически поглощенной маркетингом,— хотя формально в ней все то же: мудборды из старых фотографий, образцы макияжа и винтажные патчи. И это тем более поражает, что самые актуальные сегодняшние бренды построены на буквальном копировании архивов Maison Martin Margiela и его принципов организации процессов, вплоть до анонимности. В этом смысле "We Margiela" — это хорошее руководство, чтобы отличать подлинник от копии, а реальную моду от ее симулякра.

Российская премьера фильма «We Margiela» состоялась в пространстве «Среда» — совместном проекте Be In Open и Freedom team

Комментировать

рекомендуем

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение