Коротко


Подробно

5

Фото: предоставлено Chopard

Главная роль — как раз у камня

Каролина Шойфеле, Chopard

Сопрезидент и художественный директор Chopard Каролина Шойфеле занимается ювелирными коллекциями марки. Она ввела в моду знаменитые Happy Diamonds и развивает ювелирную этику, следя за тем, чтобы золото и камни добывались самыми честными и экологичными способами, а с 1998 года победителя главного в мире кинофестиваля — Каннского — награждают ее произведением: Золотой пальмовой ветвью.

— Двадцатый год, как вы делаете для фестиваля, в этом году отпраздновавшего свое семидесятилетие, Золотую пальмовую ветвь. Вы ожидали такого долгого сотрудничества?

— Вы же знаете эту историю. Chopard открывал в Канне новый магазин, мы искали партнеров, и я оказалась на переговорах с тогдашним президентом фестиваля Пьером Вио. Он сказал мне, что мы могли бы устраивать вместе вечеринки, и я ответила ему, что тоже люблю вечеринки, но все-таки я художник. "Давайте я вам пригожусь в другом качестве",— предложила я и увезла старую Palme d'Or из позолоченной проволоки на плексигласе, чтобы придумать новую. Теперь она действительно золотая, на огромном горном хрустале. Каждая — единственная в своем роде. Это история любви, которая не кончается. Сначала мы договорились о партнерстве на три года, потом — еще на три, потом на пять лет, и вот уже двадцать лет мы вместе.

— Сейчас невозможно представить себе никакой другой приз, кроме того, что делают ювелиры на вашей фабрике в женевском пригороде Мейран. Но что изменилось за эти годы?

— Многое. И фестиваль не был таким, каким мы его сейчас знаем, и Chopard был значительно меньше. Мы росли вместе.

— Теперь у вас есть коллекция, специально посвященная фестивалю. Я имею в виду Red Carpet.

— Каждый год Red Carpet увеличивается на одну вещь. Вернее, каждый год коллекция пополняется новыми украшениями, количество которых совпадает с номером очередного кинофестиваля. Так что вы никогда не увидите, как наши прекрасные посланницы дважды появляются в одной и той же вещи.

Кольцо Chopard из коллекции High Jewellery. Белое золото, турмалин параиба, бриллианты

— Я был в Париже на представлении вашей коллекции Garden of Kalahari, состоявшей из кольца, браслета, колье, сережек и даже часов с секретом. Все они — из одного 342-каратного алмаза Queen of Kalahari. И это замечательная история, которая теперь показана в документальном фильме, где вы сыграли главную роль.

— Главная роль — как раз у камня. Как вы знаете, его нашла женщина, работавшая на шахте в Ботсване. Мне позвонили по телефону и сказали, что в шахте Карове в Калахари обнаружен уникальный камень. Когда я взяла его в руки, я сразу поняла, что хочу с ним работать. Потом — пока в мастерской в Амстердаме его не разделили на 32 части, ставшие основой коллекции,— он прошел все стадии, которые проходит уникальный камень. Все это было задокументировано в фильме. И он получился вовсе не скучным. Это эмоциональный фильм, настоящий роман.

— Роман с камнем?

— Конечно. Это удивительное чувство для ювелира, который работает с камнями. Мы знаем, откуда они приходят, мы изучали минералогию и геммологию, но увидеть и потрогать руками... У меня не было сомнений, что я должна купить тот камень, единственный вопрос был в том, что с ним сделать. Кажется, все удалось.

— Вы первой заговорили о ювелирной этике, о "правильном" происхождении ваших материалов. Сначала речь шла о золоте, а теперь это касается и драгоценных камней?

— Мы называем это Alliance for Responsible Mining. И этот союз все расширяется. Сначала золото, потом бриллианты, теперь — изумруды в Африке и опалы в Австралии. Мы следим за тем, чтобы сотрудников не эксплуатировали, чтобы берегли природу и экологию, чтобы избегали вредных химических процессов с ртутью. Не знаю, как вам, а мне очень важно, чтобы в наших алмазах не было слез, как когда-то говорили. Мы должны проявлять ответственность, нельзя хищнически относиться к природе и к людям.

Часы с секретом Chopard из коллекции The Garden of Kalahari. Белое золото сертификации Fairmined, бриллианты. Часы оснащены автоматическим механизмом L.U.C 96.17-L с микроротором из платины, украшенным бриллиантами

— Этика становится частью роскоши, но за право быть этичным приходится платить. Сырье из-за этого обходится вам дороже. Наверное, дороже становится и конечный продукт?

— Это наша ответственность, и мы не заставляем клиентов расплачиваться по нашим счетам. Необходимую надбавку мы берем на себя.

— Но это, вероятно, ухудшает ваши финансовые показатели?

— Не настолько, чтобы это было важно. Мы можем себе это позволить. Мы сами себе хозяева, наши родители купили Chopard в 1963 году, и у нас есть все — и ювелирные мастерские, и часовые, которыми больше занимается мой брат, второй сопрезидент Карл-Фридрих Шойфеле. Если бы нами командовали акционеры, им было бы все равно, чистыми ли руками добыты деньги, нам совсем не все равно.

Беседовал Алексей Тарханов


Комментировать

рекомендуем

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение