Подробно

Фото: Евгений Павленко / Коммерсантъ   |  купить фото

Деньги, которые не любят тишину

Госрегулирование не успевает за ростом криптовалютного рынка

Одна из самых популярных тем массового интереса в последние месяцы — криптовалюты. Неуклонно стремится вверх их стоимость. Стартапы, предлагающие инвесторам вложить в их развитие виртуальные монеты, растут как грибы. Финансовые регуляторы ведущих стран уже высказали свою позицию, не всегда положительную, в отношении новых финансовых активов. Заметно потеплело отношение российских чиновников к этому рынку — разрабатываются законопроекты, вводятся учебные курсы. Однако на скорое появление крипторубля рассчитывать не приходится.


Зарегулируй это


Когда-нибудь 2017 год назовут годом биткойна в России. Криптовалюты прочно заняли лидерские позиции в финансовой повестке. По данным «Медиалогии», количество упоминаний слова «криптовалюта» в российских СМИ с 1 января по 31 августа 2017 года выросло почти в семь раз — с 3 тыс. до 20,4 тыс. Интерес русскоязычного сегмента пользователей интернета к теме зафиксировали и в Google. Согласно статистике компании, рост поисковых запросов по видам криптовалют с начала года составил 560%, по запросу bitcoin — 220%, по ethereum — 760%. Термин «криптовалюта» в первом полугодии вошел в топ-100 самых популярных запросов Google со словами «что такое», причем 13-е место среди всех запросов с этими словами занял поисковый запрос «Что такое майнинг?».

Взрывной рост всеобщего интереса к теме наглядно иллюстрирует и динамика курсов двух самых популярных криптовалют. За восемь месяцев текущего года курс биткойна вырос на 360%, достигнув 1 сентября исторического максимума ($4950,72). Курс второй по популярности криптовалюты — эфира (ethereum) — рос еще более впечатляющими темпами — с начала года плюс 3362%. На 31 августа рыночная капитализация биткойна превысила $76 млрд, совокупная стоимость всех криптовалют — $170 млрд. Выражаясь терминологией молодого рынка, криптовалютная тема сейчас находится на самом пике хайпа (от англ. hype — навязчивая реклама, шумиха, ажиотаж).

А еще совсем недавно отрасль была маргинальной и нишевой. За исключением ряда консервативных стран, установивших полный запрет на обращение и использование криптовалют, в течение нескольких лет мировое сообщество только присматривалось к новой финансовой сущности. 2017 год стал революционным: впервые со стороны финансовых регуляторов ведущих стран мира прозвучали внятные заявления относительно криптовалютного рынка. 1 апреля Банк Японии присвоил биткойну и нескольким другим криптовалютам статус платежного средства наравне с иеной. 27 июля Комиссия по биржам и ценным бумагам США (SEC) приравняла первичное размещение токенов (initial coin offering, ICO, привлечение средств в криптовалюте) к размещению обычных ценных бумаг. 4 сентября Народный банк Китая заявил о приостановлении всех текущих ICO на территории страны, признав их незаконными. И криптовалютные рынки полноценно отыгрывали эти новости (см. график).

В России ситуация выглядит не более определенной, чем в других странах. Однако риторика чиновников за последние три года заметно поменялась — от полного неприятия самой идеи «альтернативных денег» чиновники постепенно переходят к картине управляемого криптовалютного рынка. В начале 2014 года ЦБ опубликовал информационное письмо, в котором рекомендовал участникам рынка воздержаться от использования криптовалют, так как они «могут быть, в том числе непреднамеренно, вовлечены в противоправную деятельность». Такую же позицию подтвердил и Росфинмониторинг. В октябре 2015 года Минфин разработал поправки к Уголовному кодексу, предусматривающие наказание в виде тюремного заключения за использование денежных суррогатов. Но к 2017 году чиновники уже пришли к выводу о необходимости создания в России системы регулирования криптовалютного рынка, разработкой соответствующего пакета законов занялась межведомственная рабочая группа по оценкам рисков оборота криптовалюты при Госдуме.

За последний месяц новостной фон вокруг криптовалютной темы стал невероятно насыщенным. В конце августа первый вице-премьер Игорь Шувалов заявил, что «крипторубль должен существовать», замминистра финансов Алексей Моисеев предложил разрешить биржевые операции с криптовалютами квалифицированным инвесторам. В начале сентября руководитель рабочей группы при Госдуме Элина Сидоренко сообщила об открытии при МГИМО курса «Правовые основы регулирования блокчейн-технологий», частью которого станут вопросы, связанные с оборотом криптовалют в РФ. Рынок ждал сформулированной позиции ЦБ. Однако результат оказался неожиданным — регулятор лишь подтвердил то, о чем говорил три года назад: «Банк России считает преждевременным допуск криптовалют к обращению и использованию на организованных торгах и в расчетно-клиринговой инфраструктуре на территории РФ».

Даркнет или нет?


Темпы роста молодого рынка значительно опережают его внедрение в законодательные базы государств. И опасения чиновников понятны. Пожалуй, впервые за последние 30 лет они имеют дело с совершенно необычной сущностью, которую трудно держать под контролем, практически невозможно запретить и которая несет в себе вполне осязаемые риски. Главное опасение властей — отсутствие возможности мониторить и контролировать операции с криптовалютами, а также идентифицировать их инициаторов. А это — прямая угроза прогрессивного роста нарушений антиотмывочного законодательства. Впервые арест за отмывание средств при помощи криптовалюты состоялся еще в феврале 2014 года в США. Сообщалось, что криптотрейдерам Паскалю Рейду и Мигелю Эспинозе может грозить наказание в виде лишения свободы на 25 лет. В конце июля 2017 года в Греции был арестован российский гражданин Александр Винник по подозрению в отмывании средств через биржу BTC-e на сумму $4 млрд. В начале сентября МВД России сообщило о задержании в Костроме троих подозреваемых в ведении незаконной банковской деятельности — «организации виртуального обменного сервиса», служившего для обналичивания биткойнов за комиссионную плату.

При этом профессиональные «прачечные» постоянно совершенствуются. С одной стороны, по данным исследовательской компании Blockchain Intelligence Group, использование биткойна для совершения незаконных сделок сокращается. С другой — теперь преступники переходят на другие криптовалюты (в частности, monero и ethereum), трансакции которых сложнее поддаются мониторингу. Компания Chainalysis оценила доход от незаконных операций с валютой ethereum за семь месяцев 2017 года в $225 млн. И речь идет не только об отмывании, но и о других операциях криминального характера. Широкое распространение в последнее время получил «облачный майнинг». «Большая часть проектов, которые предлагают начать инвестировать в майнинг от $100, являются стопроцентными пирамидами, где прибыль участники проекта получают исключительно за счет новых вкладчиков, а физических мощностей для майнинга проект не имеет»,— поясняет сооснователь блокчейн-сервиса по распознаванию и анализу речи Anryze Михаил Ежов. Кроме того, продолжает эксперт, растет число «бирж-кухонь», ничем не отличающихся от аналогов, известных по рынку Forex. Эти псевдобиржи не имеют реального стакана, а график зачастую копируется с другой биржи или просто рисуется.

Криптовалюты потенциально способны нарушить и некоторые устоявшиеся правила на финансовом рынке. Так, в теории, под угрозой может оказаться расчетная функция банковской системы. «Под влиянием крипторынка банки либо эволюционируют, либо перестанут существовать. В своем нынешнем состоянии банковская система выгодна в основном регулятору, так как он использует банки как своих агентов для противодействия отмыванию денег»,— считает управляющий партнер венчурного фонда AddVenture Алексей Прокофьев. По его словам, участники рынка криптовалют с помощью новых технологий предоставят регулятору более простой способ взаимодействия с рынком и станут альтернативой банкам. В то же время блокчейн и крипторынок не смогут полностью заменить банки с их сетью по идентификации, базой данных, платежными инструментами и способами оплаты (как в онлайне, так и в офлайне), указывает гендиректор платежного шлюза Fondy Андрей Воронин. «Технология блокчейн и банки должны работать в синергии. Точкой ввода и вывода наличных и безналичных денежных средств в любом случае всегда будет банк либо финансовый институт»,— считает он.

И мировые финансовые институты все активнее объединяют свои усилия с целью завоевать нишу на молодом рынке. 1 сентября Financial Times сообщила о новом этапе проекта по созданию «монеты для расчетов» (utility settlement coin, USC), в ходе которого к разработкам присоединились шесть крупнейших мировых банков — Barclays, Credit Suisse, Canadian Imperial Bank of Commerce, HSBC, MUFG и State Street. Ранее в проект вошли UBS, Deutsche Bank, Banco Santander, BNY Mellon и NEX. Участники заявили о своих планах запустить криптовалюту уже в 2018 году.

В России крупнейшие финансовые институты объединились в конце 2016 года в рамках ассоциации «ФинТех», созданной по инициативе ЦБ. Ассоциация занимается разработками в области технологии распределенных реестров, причем криптовалюты не являются их приоритетным направлением. Впрочем, в начале июня этого года зампред ЦБ, председатель наблюдательного совета ассоциации «ФинТех» Ольга Скоробогатова анонсировала начало работы над созданием национальной криптовалюты — крипторубля. Пока новостей об этом проекте немного. Скорее всего, засвидетельствовать хайп вокруг крипторубля можно будет не ранее 2018–2019 годов.

Как регулируется рынок криптовалют в разных странах мира

ОписаниеВозможные положительные последствияВозможные отрицательные последствияПримеры стран
Отсутствие регулированияОсуществляется наблюдение со стороны регулятора, информирование граждан о рисках участия в обороте криптовалют;

Обращение и использование криптовалют не регламентируется и не регулируется
Отсутствие сигнала регулятора о привлекательности криптовалют как инвестиционного инструмента;

Отсутствие ответственности регулятора за последствия реализации рисков, связанных с высокой волатильностью
Невозможность мониторинга движения средств и контроля за операциями, а также идентификации в целях ПОД/ФТ;

Рост числа недобросовестных и мошеннических схем;

Невозможность арбитража финансовых споров в правовом поле;

Неконтролируемый рост оборота виртуальных валют
Индия, Бразилия, Аргентина, Австрия, Бельгия, Швеция, Дания, Эстония, Южная Корея, Российская Федерация.

Как правило, отсутствие регулирования не является позицией регулятора и носит временный характер на период изучения и анализа до принятия решения о сценарии регулирования
ЗапретПолный запрет на обращение и использование криптовалютУстранение угрозы стабильности национальной валюты со стороны криптовалют;

Отсутствие рисков для потребителей;

Минимизация рисков оттока средств, отмывания денег и финансирования терроризма
Увеличение теневого оборота средств;

Вывод операций с криптовалютами в иные юрисдикции;

Потенциальный отток специалистов и предпринимателей в сфере блокчейн и криптовалют за рубеж
Бангладеш, Боливия, Вьетнам, Исландия, Киргизия, Эквадор, Египет
РегулированиеРегистрация (лицензирование) обменных площадок, идентификация пользователей в целях ПОД/ФТ (может быть в соответствии с лимитами), налогообложение участников оборота, предоставление отчетности по операциям площадками, требования к минимальному капиталу площадок (опционально), защита прав потребителей, ответственность за нарушение установленных требованийПолучение статистики по использованию криптовалют и мониторинг практик применения;

Контроль операций и идентификация в целях ПОД/ФТ;

Возможность введения ограничений на объемы и перечень операций;

Возможность арбитража в рамках регулирования и установления ответственности
Легализация криптовалют может повысить интерес граждан к вложениям в криптовалюты и потенциально увеличить риски потери средств;

Возможность использования недобросовестных и мошеннических схем и появления теневого оборота средств (в случае мер на уровне рекомендаций)
Регулирование на основе НПА:
Китай*, Япония, Филиппины, Канада*, Швейцария, отдельные штаты США* (Вашингтон, Нью-Йорк);

Регулирование на основе рекомендаций (обязательный характер в части налогов):
Великобритания, Австралия (подготовлен законопроект), Сингапур*, Европейский союз (Франция, Германия и др.)

*Введено регулирование ICO.

По данным Банка России.

Мария Сарычева


Материалы по теме:

Комментировать

обсуждение