Коротко


Подробно

Фото: Олег Николаев / Коммерсантъ

Живая компания

Компании не машины, а живые организмы! Почему мы даем право считать микроорганизмы живыми, а макроорганизмы нет? / Спецпроект: Особое мнение

Следуя Гераклиту «все течет, все меняется». Меняемся мы, с годами становимся мудрее, но, к сожалению, не моложе. Меняется мир вокруг нас, технологии вносят в нашу жизнь постоянные новации. Меняются взгляды на жизнь, политические процессы оцениваются с высоты будущего более взвешенно. Развивается наука, искусство, философия. Одна из научных дисциплин - наука управления или менеджмент также постоянно меняется.


Управление – это столп развития. История цивилизации полна примеров, когда несколько стран или компаний, находясь в одной стартовой точке, в одинаковых условиях, со схожими ресурсами достигали абсолютно разного результата. Мы помним Римскую цивилизацию, а про Карфаген только то, что он должен быть разрушен. Мы вспоминаем «Уралсиб» нулевых годов, как самый лучший региональный банк, хотя у каждой территории были подобные банки с пассивами, накаченными региональными правительствами. Мы сегодня работаем на американской или китайской компьютерной технике, хотя первая ЭВМ появилась в СССР в 1950 году, а компьютер Z4 начал работать в третьем рейхе в 1944 году. И главное, чему обязаны выигравшие – так это более эффективному управлению.

Менеджмент позволял быть первым всегда. Построение войск Македонского фалангой, переход к мануфактуре во Флоренции XVI века, внедрение Фордом конвейерного производства, Афинская демократия и Римская республика, индустриализация СССР и пр. – все эти управленческие решения сделали государства мировыми лидерами, а компании - лидерами финансовыми. И вечно русская присказка о «дураках и дорогах» говорит именно о том же – об ошибках в экономической политике и непрофессиональном руководстве, что не позволяет нам стать лучше всех.

И именно понимание того, что менеджмент - глава всего, дало возможность консультантам по управлению начать неплохо зарабатывать на желании компаний стать лучшими. Вот небольшой список направлений в менеджменте, вываленных консультантами на головы своих клиентов – система массового производства, исследование операций, бережливое производство, система управления качеством, бизнес-реинжиниринг, стратегические карты Нортона и Каплана, конкурентные игры и т.д. Каждая из данных теорий красива, логично выстроена и имеет своих последователей. Но у всех у них есть одно но. Все они рассматривают организацию как механистическую систему.

На ранних этапах индустриализации машины пришли на смену тысячам сельскохозяйственным рабочим. И тогда случилось чудо – возникло гениальное понятие организации. Утверждалось: как сложная техника состоит из частей, каждая из которых выполняет одну задачу, точно так же и организация может быть устроена таким образом, что каждый человек выполняет одну задачу. Сущность механистического способа организаций изящна. Организация неразумна и у нее нет собственной цели, она инструмент, чью функцию определяет хозяин. И в рамках этого пассажа и развивалась теория менеджмента.

Но, уважаемые друзья, организация – это, прежде всего, объединение людей. Объединение массы к чему-то стремящихся, общающихся между собой, самостоятельно думающих составных частей компании. Организация и организм практически синонимы, по крайней мере, в древнегреческом написании. Компании не машины, а живые организмы! Почему мы даем право считать микроорганизмы живыми, а макроорганизмы нет?

Теория «живой организации» пришла в наш мир вовремя. Фактически, как только мировая экономика стала переходить с рельсов индустриальной экономики на рельсы информационной и биологической экономик, отличающихся более тонкой настройкой бизнес-процессов, так тут же ряд ученых предложили инструмент управления, сочетающий в себе способы управления Природой собственным развитием.

Основные принципы биологической модели организации отличаются также изяществом: организация есть живая система с единым разумом, у которой имеется своя собственная цель. Чтобы выжить, биологические существа должны расти. Мерой успеха является рост, а прибыль представляет собой средство достижения. Что тогда управление живой компанией означает на повседневном уровне? Ответ начинается с вопроса о стратегии корпорации: для чего она существует? Приносить прибыль? Делать человеческую жизнь комфортнее? Служить потребителям? Создавать рабочие места и обеспечивать экономическую стабильность в обществе? Но все это вторично! Как все организмы компания существует в первую очередь ради собственного выживания и совершенствования: вырасти настолько большой, насколько возможно. Читатель тоже живое существо. Он стремится выжить и процветать: работа и деньги являются средством достижения этой цели.

В свое время группа аналитиков компании Shell задались вопросом, каков средний возраст организации? И получили удивительную цифру в 12,5 лет. Есть что-то неестественное в высоком уровне смертности корпораций – ни один вид живых существ не демонстрирует такого разрыва между средней и максимальной продолжительностью жизни. Более того, некоторые другие типы общественных институтов – церковь, армия, университеты имеют удивительную продолжительность жизни.

Но и среди крупных компаний есть долгожители. Например, в Северной Америке DuPont, Kodak. Горстка японских компаний с историей XVII и XVIII столетия. Mitsui, Sumitomo, Suzuki и Mitsubishi были моложе и брали начало в XIX веке. В современной Европе многие фирмы имеют возраст под 200 лет – Shell, Deutshe bank, Siemens. И именно этот феномен позволил выделить несколько рецептов построения живых компаний.

Почему же компании умирают преждевременно? Потому, что их руководители сосредотачиваются на экономической деятельности по производству товаров и услуг и забывают о том, что истинная природа их организации – это сообщество людей. Они превращают компанию в механизм, который с течением времени изнашивается и приходит в негодность, и его меняют на новый. Способность приносить акционерам прибыль на вложенный капитал не имеет ничего общего с долголетием. Прибыльность компании есть симптом здоровья фирмы, а важные бухгалтерские цифры описывают прошлое и не указывают на глубинные причины проблем будущего. Так финансовые отчеты General Motors, Philips Electronics, IBM середины 70-х не давали никакого ключа понимания трудностей, уготованных им в следующих десятилетиях.

Поэтому сегодня можно встретить компании двух типов – компании-машины и живые компании. Что же превращает организацию из мертвой машины в живую?

Прежде всего, свойство быстрой адаптации под изменяющиеся рыночные условия или по-другому - способность обучаться. Причем обучаться всей фирме, а не ее частям или отдельным сотрудникам. Вспоминаем Чарльза Дарвина и его работы связанные с теорией естественного отбора. Как построить данный процесс каждая компания решает по-своему. Вспоминаю внутреннюю атмосферу компании Schlumberger, где обучение является первой необходимостью любого сотрудника любого ранга. Система внутренних ротаций организована на самом технологичном уровне – более трех лет специалист не может проработать на одной должности и на одной территории. Вспоминаю систему обучения «Уралсиба», когда система внутренних семинаров и один из первых в России внутренних интернет-порталов делали достоянием каждого любое привнесенное в систему новое знание.

Вторая отличительная черта живых компаний - сплоченность и идентичность. Это позволяет компании создавать собственную индивидуальность. А людям, работающим в ней, считать себя человеком этой компании. Принято говорить о сильной корпоративной культуре, о формировании духа компании, духовной принадлежности к сообществу себе подобных. И в этом отношении принципиально важно правильно подбирать персонал на входе в компанию. Сразу уметь делить молодых людей «на наших и не наших». Наем является не столько вопросом кадровой политики, это скорее отражение способа мышления.

Если времена тяжелые и решено сократить наем в течении ряда лет, тогда будет заплачена суровая цена за это решение. Через 25 лет не из кого будет выбирать себе на замену. Через 25 лет качество большинства старших лидеров будет частично зависеть от качества первоначального найма. Признак зрелости живой компании – руководители ищут людей не похожих на них самих.

Третье свойство живых компаний – терпимость. В биологии это свойство называется симбиозом – возможность сосуществовать с обоюдной пользой с иными организмами. Чем больше компания открыта, тем более просто инородные тела и идеи проникают внутрь. Это становится силой компании. Каждый пришелец имеет право выбрать: он избирает симбиотические отношения или преследует исключительно собственную выгоду. Ценности компании сосуществуют с ценностями индивидов внутри компании, и каждый член осведомлен об этом. Любой, кто не может жить этими ценностями, не может или не должен быть одним из наших.

Нахождение аналогий и иных принципов функционирования организаций и Природы можно продолжать бесконечно, в том числе ориентируясь и на законы кибернетики, и на законы бионики, и на популярные современные организационные теории об адаптивных структурах, теории жизненных циклах, синергетики. Поиск аналогий живой и организационной природой нарастает. И это тема нашего следующего общения.

Надо понимать, что развитие теории управления в новом тысячелетии фактически предрешено – это поиск общих тенденций, законов, гармоний, сформированных эволюцией природы и цивилизации. Те компании, которые первыми перестроят свое управление в соответствии с новой парадигмой управления, получат на рынке конкурентное преимущество. Точно такое же преимущество, какое было у млекопитающих перед динозаврами.

Евгений Маврин



Живя в будущем

Время незаменимых

Стратегия выбора или выбор стратегии

Корпорация СССР

Наследие «Башкредита»

Существует ли инвестиционный «рог изобилия»?

Комментировать

Наглядно

в регионе

обсуждение