Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Радио «ЪFM»

Слушать прямой эфир

Выпуск газеты №202

В архив

RuStore
Скачайте в
RuStore
AppGallery
Скачайте в
AppGallery
Android
Загрузите на
Android
Радио «ЪFM»«ЪFM»
Выпуск газеты №202«Ъ» Газета
Журнал "Коммерсантъ Власть"

Памятники архитектуре. Охраняется от государства

29 июля Московский арбитражный суд должен рассмотреть иск о признании незаконн
 Фото: ВИКТОР ВАСЕНИН, СЕРГЕЙ ПОНОМАРЕВ 
  Культурный спор министра Швыдкого и мэра Лужкова может иметь большие хозяйственные последствия 
       29 июля Московский арбитражный суд должен рассмотреть иск о признании незаконным поставления московского правительства, которое закрепляет в собственности Москвы 943 памятника федерального значения. Иск инициирован федеральными властями. Речь идет вовсе не о борьбе за культурное достояние России, а о крупнейшем за последние десять лет перераспределении столичной недвижимости.

Памятники в нашей стране делятся по уровням: есть памятники федерального значения, есть местного. Спор о памятниках между Москвой и федеральным центром продолжается давно. Нынешний этап борьбы начался еще весной 2001 года. Тогда министр культуры Михаил Швыдкой неожиданно вспомнил указ Бориса Ельцина десятилетней давности, по которому памятники федерального значения могут находиться только в федеральной собственности. Основной смысл этого указа был в том, что памятники федерального значения, в отличие от памятников местного значения, не могут приватизироваться, то есть передаваться в частное владение. Однако в соответствии с буквой указа, они не могут вообще изыматься из федеральной собственности — в том числе и в собственность муниципальную.
       Соответственно, предметом атаки оказались 943 памятника федерального значения, которые находятся в собственности Москвы: от таких известных, как ГУМ, ЦУМ и Гостиный двор, до незаметных усадеб и особняков Замоскворечья. Юрий Лужков сразу забил тревогу. Московский мэр написал письмо Михаилу Касьянову. С коллективным письмом к премьеру обратились и депутаты Мосгордумы. Смысл обоих посланий сводился к тому, что, если памятники изъять из московской собственности, национальному наследию грозит серьезная опасность. Одновременно Лужков предложил создать согласительную комиссию между городом и федеральными властями (Минкультом и Минимуществом) для разграничения прав собственности.
       Действия Юрия Лужкова довольно ясно демонстрируют, что юридического рассмотрения вопроса он не хочет. И ему удалось существенно оттянуть судебное разбирательство. Зато на нем настаивает Минимущество РФ, которое инициировало иск московской прокуратуры в Московский арбитражный суд. Суд был назначен на 12 июля, потом заседание перенесли на 29 июля.
       
 Фото: АНАТОЛИЙ СЕРГЕЕВ 
  
Позиции московской мэрии в суде выглядят довольно сомнительно. До прошлого года Москва владела 943 памятниками федерального значения без всяких на то юридических оснований. Однако в 2001 году московское правительство выпустило постановление #299, в соответствии с которым памятники федерального значения стали собственностью Москвы. Этой конструкции оказалось достаточно для регистрации памятников в качестве московской собственности в Минюсте, но выстоит ли она в суде — непонятно. С точки зрения неюриста, московское правительство своим постановлением просто взяло себе в собственность 943 объекта недвижимости. Это даже не передача собственности, это ее прямой захват.
       Проблема тут, конечно, не в самих памятниках, а в их экономическом значении. Московское правительство в качестве аргументов в свою пользу приводит то, что оно памятники реставрировало, вкладывало в них деньги. Но деньги эти получались от аренды и приватизации памятников, и неясно, почему таким же путем не может пойти и Минкульт. Московские власти указывают на плохое федеральное хозяйствование, но и это выглядит известным лукавством. Понятно, что средства, которые можно получить от сдачи в аренду такого значительного памятника, как ГУМ, существенно превышают средства, которые можно получить с какой-нибудь затонувшей колокольни в городе Калязине. В системе московской реставрации крутится порядка полумиллиарда долларов в год. Есть основания полагать, что и Минкульт неплохо с ними похозяйствует.
 Фото: ВАСИЛИЙ ШАПОШНИКОВ 
  
Спор идет только о собственности, а не о культуре. Проблема в том, что, если постановление московского правительства будет отменено как незаконное, мы столкнемся с колоссальным переделом недвижимости в Москве. И ладно бы дело было просто в перекидывании госсобственности из муниципальной обратно в федеральную. Да, это существенно ослабило бы позиции Юрия Лужкова, превратило бы Минкульт в крупнейшего в Москве собственника недвижимости (и, возможно, таким образом все же повлияло бы на состояние культуры), но не коснулось бы частной собственности физических лиц. Однако за десять лет владения федеральной собственностью московские власти много что успели с ней сделать. По данным Счетной палаты РФ, более 40 федеральных объектов из 943 приватизированы. С точки зрения федерального законодательства это опять-таки совершенно незаконно, но законно с московской точки зрения. Основанием для приватизации служит постановление Мосгордумы от 1996 года "Об особом порядке и условиях приватизации в Москве объектов недвижимости, отнесенных к памятникам истории и культуры" (его законность теперь тоже оспаривается иском московской прокуратуры).
  
   ГУМ , Гостиный двор  и гостиница "Метрополь"  — памятники федерального значения, отреставрированные Москвой. Если иск против столичных властей будет удовлетворен, в распоряжении Минкульта окажутся большие торговые и гостиничные площади 
Понятно, что физические лица, приватизировавшие памятники федерального уровня в центре Москвы,— это не тихие незаметные граждане, но, напротив, люди, пользующиеся определенным влиянием в обществе. По сведениям "Власти", в связи с готовящимся судом две недели назад в Академии художеств состоялась встреча двух таких собственников — Зураба Церетели и Иосифа Кобзона. Оба приватизировали усадьбы XIX века и теперь думают, что делать. Надо полагать, что и у других собственников возникнет желание как-то притормозить процесс. И они достаточно влиятельны, чтобы их желания можно было вовсе игнорировать. Так что это юридически бесспорное дело таит в себе некоторые осложнения.
       
  
  Петровский Путевой дворец — памятник федерального значения. Московские власти обменяли его у арендатора — Минобороны на жилье для военнослужащих в Жулебине. Теперь здесь делается Дом приемов мэрии 
Стоит также учесть, что дело будет слушаться в Московском арбитражном суде. Возможно, нас ждут дальнейшие разбирательства в федеральных судебных инстанциях. Вопрос в любом случае не будет решен завтра. Но вот что обращает на себя внимание. Противостоянию уже больше года. Спрашивается, что мешало федеральным властям довести дело до конца уже прошлым летом, когда на московского мэра наступали по всем фронтам? И почему это дело вдруг всплывает теперь, когда, кажется, федеральные власти уже согласились с тем, что Лужков будет выдвигаться на третий срок?
       Можно предположить, что памятники должны стать предметом некоторой политической торговли, висеть над московским мэром своего рода дамокловым мечом. Скажем, что-то вроде "Станешь третий раз мэром — отдашь нам тысячу объектов московской недвижимости". Причем эта формулировка может рассматриваться и как угроза, и как условия реальной сделки. В этом есть определенная ирония. В конце концов, вопрос о власти в России — символически всегда вопрос о том, кому будет принадлежать наша древняя столица.
ГРИГОРИЙ РЕВЗИН
       
Олег Толкачев: федеральные власти не умеют хозяйничать
 Фото: СЕРГЕЙ МИХЕЕВ 
  
Первый заместитель председателя правительства Москвы не видит ничего плохого в том, что памятники приносят городу деньги.
       — Как спорные памятники оказались в собственности Москвы?
       — Чтобы разобраться в ситуации, надо четко понимать, что есть два разных понятия — "собственность на памятник" и "значение памятника". Лучше всего объяснить это на примере. Допустим, вы имеете в собственности картину Рембрандта. Это ваша личная собственность, но при этом памятник федерального значения. Это значит, что вы можете эту картину продавать, покупать, дарить, завещать, но на вас наложены определенные ограничения: вы должны организовать сохранность памятника, застраховать его. Та же ситуация с недвижимыми памятниками. Собственность на памятник определяется наличием свидетельства на право собственности, которое выдает региональный комитет по регистрации имущественных прав — подразделение Минюста. Права на недвижимость определяются наличием документов на то, кто, как и когда вкладывал деньги в строительство этой недвижимости. Вот Москва все свои права зарегистрировала, и Минюст с нашими доводами согласился. Поэтому, когда нам говорят, что мы просто что-то зарегистрировали раньше по срокам, это ложь. Если юристы федерального министерства соглашаются с тем, что это здание — наша собственность, оно ею становится. Все памятники, находящиеся в нашей собственности, находятся в ней по закону. Поэтому меня совершенно не пугают судебные иски федерального агентства по охране памятников (Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры — совместный орган Минимущества и Минкульта.— Ъ). Мы и раньше судились из-за нашей недвижимости и в 99% случаев выигрывали.
       — Вы не хотите отдавать памятники Минкульту потому, что считаете, что они будут их плохо эксплуатировать?
       — Если говорить об эксплуатации и использовании памятников, судите сами. Дом Пашкова находится в федеральной собственности, но если бы Москва не вложила деньги в ремонт фасада, не факт, что он сохранился бы до сих пор. Внутри там ремонт давно не происходил. А через дорогу расположен другой памятник, который находится в нашей собственности,— галерея Шилова. Он отлично работает, приносит доход, для людей открыта выставка. Еще пример. Школьная улица объявлена федеральной собственностью и памятником федерального значения в 1993-м. С тех пор реконструировано лишь несколько зданий. Мы много раз предлагали передать этот памятник Москве и гарантировали за год его отремонтировать и сделать доходным. Нам отказали. Ну, нет так нет. Мы не пытаемся отобрать чужое. Просто мы зарабатываем на своей собственности и содержим ее в порядке, а у федеральных властей, в частности у Минкульта, все протекает между пальцами. Они не умеют хозяйничать.
       — Вас обвиняют в том, что вы не сами заботитесь о памятниках, а доверяете это частным лицам.
       — Если говорить об инвестиционных проектах, то хочу отметить: мы действительно приглашаем частных инвесторов. Но памятники федерального значения не могут быть ни с кем разделены, они всегда находятся в городской собственности и в частные руки не передавались и не передаются. Памятники городского уровня могут быть частично переданы, и мы это делаем. Разумеется, мы зарабатываем на своей собственности. А вы что хотели, чтобы памятники не приносили доход?
       
Владислав Климченко: у Москвы интересная форма реставрации
 Фото: ВАСИЛИЙ ШАПОШНИКОВ 
  
Руководитель Агентства по управлению и использованию памятников истории и культуры считает, что в погоне за деньгами Москва губит памятники.
       — Как спорные памятники оказались в собственности Москвы?
       — Сложившуюся ситуацию лучше всего разобрать на примере. Вот вы являетесь собственником квартиры и уехали отдыхать. Возвращаетесь, а я вашу квартиру занял, сделал в ней ремонт, и все это под предлогом того, что вы эту собственность плохо эксплуатируете. Вот так же поступили и московские власти, в одностороннем порядке зарегистрировавшие на себя чужую собственность. Были обращения в Минкультуры, Минимущество и Минюст. Они заключили, что московское постановление противоречит федеральным законам. На этом основании прокуратурой города Москвы был подан протест, а мы подали исковое заявление в Арбитражный суд Москвы. Если 29 июля суд примет решение в пользу истца, исчезнет основание регистрации этих памятников в собственности города Москвы.
       — Что вы будете делать, если победите в суде?
       — Будет организована комиссия, которая будет определять уровень значимости того или иного памятника для государства. Какие-то мы будем даже и продавать или передавать в аренду частным лицам, но что-то непременно должно быть под полным госконтролем. Когда мы вернем памятники, в каждом конкретном случае будем разбираться с нынешними владельцами по-разному. Если добросовестно относились или даже все перестроили, но получили разрешение, разумеется, мы будем с таким арендатором продолжать договорные отношения. А кто поступал с памятником по-варварски, с теми и разговор будет, естественно, другой.
       — Московские чиновники уверяют, что владеют памятниками на совершенно законных основаниях.
       — Все доказательства московского правительства на право собственности, признанные Москомрегистрацией, сомнительны. Если вы когда-либо имели с ней дело, вы поймете, о чем я говорю. Когда Москва подает документы на регистрацию, процедура занимает два-три дня. Когда федералы — процедура длится два-три месяца, и часто выдается отказ. Хотя Москомрегистрация — подразделение федерального Минюста, содержит эту организацию Москва. Я думаю, это имеет значение.
       — Московское правительство часто хвалят за хорошую эксплуатацию. Вы с этим согласны?
       — Иногда да. Но не стоит забывать, что у московского правительства очень интересная форма реставрации объектов: они объявляют инвестиционный проект, и в результате 60-80% здания становится собственностью частного лица. Мы же хотим эти памятники отреставрировать и сдавать в долгосрочную аренду. И никто никогда не слышал, чтобы мы претендовали на собственность города Москвы. Мы не пытались зарегистрировать чужое. Есть много примеров, когда памятник реставрируется на федеральные средства, но московскими реставраторами, которые присваивают себе все лавры. Например, Дом Пашкова. Москвичи просто подкрасили фасад, а Минкульт укрепляет фундамент. Через три года дом будет полностью реконструирован. Но он будет выполнять свои естественные функции, а не превратится неизвестно во что, как это случилось с Гостиным двором, куда нормальный человек и зайти-то не может: там все презентации, эксклюзивные ужины французских поваров. Вот это реставрация по-московски. А мы хотим восстанавливать памятники, по возможности не меняя их исторического предназначения.
       

Журнал "Коммерсантъ Власть" №28

от 23.07.2002, стр. 38
Читать
Журнал "Власть". Культура