Коротко

Новости

Подробно

Не изображая принцессу

Елена Стафьева об отказе от типового «красноковерного» образа

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 34

Каковы бы ни были успехи гендерной амбивалентности и новой женственности, но пространство нарядного — и красных дорожек как его квинтэссенции — все еще остается во власти массовых диснеевских штампов. "Принцесса", "русалка" и в крайнем случае фам фаталь, то есть "злая мачеха",— вот что мы видим на "Оскарах" и "Глобусах", на Каннском фестивале и даже на балу Института костюма Metropolitan, посвященном именно моде. При этом выиграть у русалок и принцесс можно и не впадая в крайнюю экстравагантность вроде знаменитого платья — дохлого лебедя — Бьорк, в котором она пришла получать "Оскар" в 2001 году, а просто последовательно отказываясь от всех клише "нарядности". Ниже самые удачные за последние годы случаи таких отказов


Фото: ZUMAPRESS / ТАСС

София Коппола, Каннский фестиваль — 2014. Для всех своих выходов София обычно использует одно правило — "чем проще, тем лучше". Очень наглядно этот принцип сработал на последнем Каннском фестивале, когда София представляла свой фильм "Роковое искушение" в строгом черном костюме Chanel, застегнутом под горло и смотрелась дико элегантно на фоне своих актрис — Николь Кидман, Кирстен Данст, Эль Фэннинг, одетых принцессами. Но один из лучших ее выходов, устроенных по принципу "уберем все лишнее", был в Канне в 2014-м, когда на Софии был черный комплект Valentino из шортов и кофты, отороченных черным мехом. Шорты и так не самый традиционный выбор для красной дорожки, но София еще убрала меховую оторочку и надела все это с очень простыми босоножками, превратив таким образом вполне традиционный гламур Valentino в свой фирменный благородный минимализм.

Фото: Guillaume Baptiste, Pool, AP

Шарлотта Генсбур, Каннский фестиваль — 2011. Беременные знаменитости на красных дорожках — это совершенно отдельная история, где торжество физиологии только усугубляет все обычные клише нарядности, и в итоге мы получаем километры шелка, театральной кулисой драпирующие живот, либо нечто яркое, этот живот обтягивающее самым вызывающим образом. Ни того ни другого не стала делать Шарлотта Генсбур, беременная своим третьим ребенком. Она обошлась как без умилительно-сентиментального подчеркивания своей беременности, так и без жеманно-стыдливой ее маскировки. Шарлотта надела прозрачный черный пеньюар, подвязанный под животом и абсолютно его не скрывающий, на черный ажурный лифчик. Порношик в сочетании с ее резким угловатым типажом дал очень крутой эффект — смелый и отстраненный. Про этот ее выход до сих пор пишут в рубриках "скандальные образы знаменитостей" и "худший наряд для будущей мамы".

Тильда Суинтон, кутюрный показ Valentino в 2015 году. У Тильды в принципе не было провальных нарядов с того момента, как она вышла получать свой "Оскар" в 2008 году в черном платье на одно плечо Lanvin. Более того, ее персональный стиль — настоящее явление не только по меркам селебрити, но и по самому настоящему гамбургскому фэшн-счету. Но ее явление в белом платье Valentino надо признать выдающимся даже для нее. Сделать из нежного девичьего платья безупречный образ в стиле "Молодого папы" (за несколько лет до его появления) и при этом абсолютно для себя органичный — это блестяще.

Слева направо: Канский фестиваль 2015 — Канский фестиваль 2017

Фото: WireImage / Getty Images; Imago / ТАСС

Эмелин Валад, Каннский фестиваль — 2015 и 2017. Надеть мужской костюм на красную дорожку кажется беспроигрышным ходом, но эта беспроигрышность обманчива. Дело в том, что настоящий блеск получается именно и только у таких андрогинов — длинных, плоских и худых,— как Эмелин Валад, которую с ее космической внешностью вполне можно принять и за девушку, и за юношу, и за трансгендера, и за агендера. В 2015 году в Канне она надела классический черный смокинг Pallas с белой рубашкой, а в этом сменила черный смокинг на смокинг цвета морской волны (тоже Pallas), белую рубашку — на черную, и только черные мужские туфли остались неизменными. Эмелин не просто выглядит совершенно, в этой повторяемости — бездна концептуальности.

Фото: WireImage / Getty Images

Сэнди Пауэлл, «Оскар-2016». Прийти на "Оскар" в парчовом костюме с широченными брюками в стиле Зигги Стардаста и с ярко-оранжевыми стоящими дыбом волосами — это может обернуться либо провалом, либо триумфом. Для второго нужны такие же уверенность и понимание механизмов работы одежды и такое же чувство культурного контекста, как у британского художника по костюмам Сэнди Пауэлл. Именно в таком виде она пришла в прошлом году на "Оскар" (на который была номинирована за "Кэрол" и "Золушку"), и тот ее выход вошел во все оскаровские анналы.

Люпита Нионго, «Оскар-2015». Люпита Нионго несколько лет назад ворвалась на красные дорожки беззаконной кометой: взялась практически ниоткуда, получила "Оскара" в сложного голубого оттенка платье Prada — и каждый ее выход обсуждался на всех профильных сайтах. Люпита и ее стилисты использовали беспроигрышный прием — гиперболу и почти гротеск — суперяркие цвета в сочетании с ее суперяркой внешностью. Постепенно он, как и можно было предположить, обернулся карнавалом, но у нее было несколько по-настоящему классных выходов. И главный из них — белое жемчужное платье Calvin Klein. Блестящие белые бусины на блестящей черной коже — это пример того, как вроде бы самый прямолинейный контраст и самая очевидная избыточность могут оказаться таким же удачным средством против банальной нарядности, как и суровый минимализм.

Диана Крюгер, «MET Gala-2015». Диана Крюгер в кутюрном комплекте Chanel — это кристальный пример настоящей утонченности, при этом остроумной и учитывающей обстоятельства. Бледно-фиалковый топ с открытыми плечами и прозрачные расшитые легинсы только легким намеком отсылали к китайской теме, которой был посвящен тот бал Института костюма Metropolitan, и при этом некоторая странность и даже рискованность такого наряда на холодной и хрупкой арийской блондинке Крюгер только подчеркивали эти ее свойства.

Дженнифер Коннелли, «MET Gala-2015». Прийти на китайский бал Института костюма в сложноустроенном белом двухслойном платье Louis Vuitton абсолютно минималистского вида, игнорируя всю банальную "китайщину" от красного и золотого до стиля "дорого и богато", и выглядеть на этом фоне настоящей богиней — так может именно Дженнифер Коннелли. Любимая девушка Никола Гескьера, перешедшая с ним от Balenciaga к Louis Vuitton, она умеет носить одежду феноменально. Любые вещи — от знаменитых гескьеровских футуристических платьев-доспехов прежних времен до нынешних перегруженных и перестилизованных нарядов — смотрятся на ней cool & sophisticated.

Алекса Чанг, «MET Gala-2016». Лучший способ избежать клише "большое вечернее платье" — это не надевать такого платья. А еще надежней надеть нечто совершенно противоположное. Алекса Чанг это отлично понимает и пришла на прошлогодний MET Gala в черной пижамке Thakoon, расшитой мохнатыми блестками. В очень простых босоножках буквально на двух ремешках, с нейтральным, но очень искусным макияжем и естественным маникюром и педикюром. В итоге получился лучший образ вечера. Алекса вообще, как мало кто из 20-летних звезд, умеет одеваться модно и при этом просто, она настоящая модная девушка и в этом качестве сейчас чрезвычайно востребована.

Стелла Теннант, «MET Gala-2017». В этом году бал Института костюма был приурочен, как обычно, к открывающейся там выставке — а ею стала ретроспектива Рей Кавакубы и ее Comme des Garcons. И вот часть гостей — прямо скажем, небольшая и самая смелая — пришла, собственно, в Comme des Garcons, продемонстрировав в очередной раз, что одежда Кавакубы — это не столько одежда, сколько сделанные с большой арт-претензией объекты. И носить их убедительно мало кому под силу. Исключений было немного, и лучшее — британская модель золотого века супермоделей, то есть 90-х, Стелла Теннант. Если ты настоящая эксцентричная британская девушка (то, что она внучка герцогини Девонширской, одной из знаменитых сестер Милфорд, той самой Deborah The Duchess, здесь далеко не самое главное), то любой арт-объект для тебя совершенно родной.

Комментарии

обсуждение

Профиль пользователя