Коротко


Подробно

6

Фото: DPA/AFP/EASTNEWS

Золушки на Уолл-стрит

Пять фильмов об удачливых инвесторах

от

Мир Уолл-стрит жесток, и выживают в нем, как учит нас Голливуд, только волки. Впрочем, в том же самом Голливуде снято немало фильмов о счастливчиках, которые сумели добиться своей мечты и разбогатеть, играя на бирже.


ЕЛЕНА ЧИРКОВА


Черный брокер


Фото: Columbia Pictures Corporation

Главный герой фильма «В погоне за счастьем» (The Pursuit of Happyness, 2006, США, режиссер Габриэле Муччино) Крис Гарднер — чернокожий парень без высшего образования. Он неудачливый торговец медицинским оборудованием, который на свой страх и риск вложил все сбережения в некие аппараты, не пользующиеся спросом, и теперь не может их сбыть.

Гарднер встречает паркующего Porsche бывшего одноклассника и интересуется, где тот заработал деньги. Оказывается, на фондовом рынке. Положение Криса очень тяжелое: его выселяют из квартиры из-за просрочки арендных платежей, он не поспевает вносить плату за детский сад, за ним охотится налоговая, супруга собирается его бросить, не желая больше терпеть материальные трудности.

Несмотря на это, герой решает бросить все и пойти учиться на сейлза в брокерскую контору Dean Witter Reynolds, где полгода будет вкалывать без зарплаты, имея близкие к нулю шансы получить после этого постоянную работу. Лишь один из нескольких десятков учеников — тот, кто очень хорошо сдаст экзамен (это нужно для получения лицензии) и привлечет больше всех новых клиентов, получит постоянный контракт.

Крис, пытаясь удержать жену, рассказывает ей, что он хочет стать брокером, на что та замечает: «Почему не космонавтом?» — и все-таки уходит.



Сейчас работа брокера является престижной и высокооплачиваемой, особенно в Нью-Йорке, финансовой столице США. Так почему же от героя уходит жена? Его шансы невелики, так как высшего образования нет. Но дело не только в этом. Важны год и место действия фильма. 1981 год, Сан-Франциско. На 1982-й пришелся нижний пик привлекательности фондового рынка. Интерес к инвестированию в акции у американцев был отбит в Великую депрессию, длившуюся с 1929 по 1932 год.

Индекс Доу—Джонса — акций 30 крупных американских компаний — спикировал с 381 пункта в сентябре 1929-го до 41 в июле 1932-го, откатившись на 36 лет назад. Номинальный уровень рынка кануна Великой депрессии был превышен только в 1953-м, через 24 года. Но в реальном выражении он достиг лишь 65% от предыдущего максимума.

В конце 1950-х страх повторения Великой депрессии стал постепенно уходить в прошлое, рынок с переменным успехом рос до начала 1973 года. Но затяжная война во Вьетнаме (1965–1974 гг.), уотергейтский скандал (1972–1974 гг.) в совокупности с нефтяным кризисом 1973-го сделали свое дело. В конце 1970-х — начале 1980-х страна испытывала двузначную инфляцию (пик пришелся на 1979 год и составил около 15%).

В 1982 году индекс Доу—Джонса находится на уровне 1966-го, при этом в реальном выражении он потерял 50%. Уолл-стрит была не в моде. Выпускников ведущих университетов туда было не зазвать — они предпочитали реальный сектор.

Но у Гарднера, кажется, чутье: он начинает карьеру в самый что ни на есть подходящий момент.

Пройдя колоссальный конкурс на право поработать даром, он становится стажером. На одном из первых занятий каждому выдают толстенный том, на котором написано: «Security Analysis». Это, должно быть, знаменитый учебник Бенджамина Грэхема и Дэвида Додда, следование духу которого скорее должно мешать впихивать непрофессионалам акции, чем помогать, ведь Грэхем и Додд призывают к консерватизму в инвестициях.

Ученики, цель которых раскрутить потенциальных клиентов на деньги, действуют отнюдь не по Грэхему—Додду, а морочат голову с помощью самых примитивных маркетинговых приемов: «Вы будете просто поражены», наше предложение «превосходит все, что может предложить Morgan Stanley» (Mogran Stanley — один из ведущих инвестиционных банков США). Учебник по маркетингу был бы больше к месту.

Чтобы обойти конкурентов, Крис решает не пить воду, чтобы не тратить драгоценные минуты на походы в туалет. По той же причине ограничивают потребление воды обычно на азиатских швейных фабриках.



Об этом писала известная альтерглобалистка Наоми Кляйн в своей нашумевшей книге «No Logo». Здесь вам не третий мир, а США, но потогонная система та же. Разница в том, что упорство героя вознаграждается.

Фильм снят по реальной истории — мемуарам Криса Гарднера «The Pursuit of Happyness» — «Погоня за счастьем». Слово «happiness» написано неправильно, потому что так оно было в описании одного детского сада в бедном районе, куда Крис пытался как-то пристроить ребенка.

Прототип главного героя — чернокожий с самого социального дна. Его отец бросил семью, когда тот был младенцем, отчим был запойным алкоголиком и поколачивал всю семью, и Крис даже пытался его убить (неудачно), мать дважды отсидела в тюрьме, а любимый дядя утонул в Миссисипи. В своей биографии Гарднер сообщает даже, что в детстве подвергался сексуальным домогательствам.

Но Крис сумел выбиться в люди — через армию, где был замечен известным кардиохирургом из Сан-Франциско, предложившим ему должность ассистента.

Уже через пару лет Гарднер был вовлечен в работу медицинской лаборатории и стал соавтором статей по медицине. Вскоре он занялся торговлей медицинским оборудованием и удвоил свои доходы.

Карьера вроде бы складывалась успешно, но случайная встреча с одноклассником круто изменила его жизнь. Ну а дальше примерно как в кино. Разница в двух моментах.

В мемуарах никакой учебник Грэхема и Додда, разумеется, не упоминается, ведь в самом начале автор уверяет, что все в них чистая правда. И зарплату даже во время стажировки платят. Не такую уж и маленькую — $1200 в месяц (около $3200 в сегодняшнем выражении).

Гарднер очень успешен — его клиенты много зарабатывают. Трудно сказать, дело в его способностях или общем ажиотаже на фондовом рынке. Уже через шесть лет после начала работы Гарднер создает свою брокерскую контору, 75-процентную долю в которой он продал в 2006 году — и это очень близко к пику рынка 2008 года. По слухам, очень дорого, но официально цена сделки не обнародована.

На вырученные деньги он основал компанию для инвестирования в ЮАР. А брокерская контора Dean Witter, где начинал Крис, прекратила самостоятельное существование в 1997 году, когда слилась с Мorgan Stanley.

Поначалу Крис не испытывал дискриминации на фондовом рынке из-за цвета кожи. В мемуарах говорится о дискриминации другого рода:

Криса долго не брали на работу, поскольку он был из семьи без политических связей, не имел денег, и считалось, что с ним никто из потенциальных клиентов не будет иметь дела.



Однако когда он не только получил работу, но и стал лучшим, в должности повысили не его, а его белого коллегу.

Гарднер перешел в другую брокерскую контору — Salomon Brothers, где ему стали платить в пять раз больше. Ferrari в итоге он купил. Не в кино, в жизни. Сначала — красный, потом — черный. Последний — у Майкла Джордана. «Мечты меняются»,— заявил мультимиллионер.

Черная женщина


Судьба героини фильма «Компаньон» (The Associate, 1996, США, режиссер Дональд Петри) складывалась примерно так же. Талантливого финансового аналитика (и инвестбанкира, сказала бы я) с Уолл-стрит Лорел Айрис, которую блестяще играет Вупи Голдберг, подсиживает бездарный коллега. Но он белый и мужчина, и руководство закрывает глаза на его проделки, продвигает его, а не Лорел, которая вынуждена уйти с работы.

Лорел открывает собственный бизнес, который близок к управлению активами.

Она пытается продавать инвестиционные идеи богатым людям, но их никто не покупает. Не потому, что сами идеи плохи, а потому, что их автор — черная женщина.



Когда ей окольными путями удается договориться о встрече с потенциальным клиентом, та назначается в престижном клубе, куда ей нельзя сунуть носа. Другую женщину — брокера с белым цветом кожи — в этом клубе не пускают дальше первой гостиной, а до недавнего времени не позволяли войти и туда. Дискриминация по половому признаку налицо. Это не удивительно.

Расовая сегрегация в США фактически ушла в прошлое только в 1970-х годах. Дискриминация женщин — это тоже совсем недавнее прошлое. Катрин Грэм, владелица и главный редактор газеты Washington Post с 1963 по 1979 год, рассказывала о том, как в 1950-е годы в доме ее отца было не принято, чтобы во время приемов женщины присутствовали в комнате, где собирались для своих разговоров мужчины, и как она боролась за свои права с родным отцом.

В 1950-е на Уолл-стрит существовала и сегрегация по «пятому пункту». Так, учитель Уоррена Баффетта Бенджамин Грэхем — соавтор той самой книги, которая фигурирует в «Погоне за счастьем», сначала не взял на работу в свою фирму своего лучшего ученика за все годы преподавания в Колумбийской бизнес-школе — тот национальностью не вышел.

Лорел удается стать звездой Уолл-стрит, когда она выдумывает себе компаньона — Роберта С. Катти. Разумеется, мужчину. Разумеется, белого. Парадокс ситуации в том, что по понятным причинам его никто никогда не видел, все «его» идеи Уолл-стрит узнает из уст Лорел, но это совсем не мешает делу, тогда как цвет кожи и пол Лорел ему мешают.

Биржа из сказки


Лорел не одинока среди героинь картин об Уолл-стрит. В более раннем фильме «Поднять максимальные ставки» (Limit Up, 1989, CША, режиссер Ричард Мартини) речь идет о том, как амбициозная дочка американского фермера прослышала про биржу (на ней продается продукция, производимая отцом) и захотела стать трейдером на Чикагской товарной бирже. Девушке повезло — ей помогают и чистая, и нечистая сила. Американская мечта в виде красного Ferrari и огромного особняка с большим участком, набитого антикварными ценностями, реализуется почти моментально.

Это, конечно, сказка, но авторы фильма с самого начала дают это понять. Кстати, между 1989-м и 1996-м мы наблюдаем прогресс: если в 1989-м без помощи нечистой силы обойтись было нельзя, спустя 17 лет уже оказалось можно.

Если вы захотите посмотреть этот фильм, лучше не обращать внимания на перевод финансовых терминов. В русской озвучке, торгуясь на бирже, герои набавляют так: «Сто контрактов за полцены»,— как будто-то кто-то им продаст что-то за полцены!

На самом деле цены на бирже были кратны 1/16 доллара, и брокеры выкрикивали только последние цифры: «1/16, ?, ?». И когда мы слышим русское «за полцены», в англоязычной версии это «за 50», то есть «за столько-то долларов и 50 центов».



Такая система котировок существовала с открытия в 1792 году первой американской биржи — Нью-Йоркской (NYSE). Заимствована была у испанцев, крупные монеты которых делились не на десять, а на восемь частей. 1/16 доллара, таким образом, была минимальным спредом, то есть разницей между ценой продажи и покупки финансового актива. Гарантированный спред позволял брокерам неплохо зарабатывать.

От этой системы биржи США отошли только в начале 2000-х годов. Спреды стали меньше, акции, соответственно, более ликвидны. Брокерам же пришлось тяжелее, их заработки упали, что (вкупе с ожиданиями полного перехода на электронный трейдинг, конечно) повлияло на цену места на бирже: она упала с $2,65 млн в 1999 году до $975 тыс. в 2005-м. С 2006 года NYSE перестала быть закрытым клубом брокеров, и места на ней перестали продаваться.

Бойкая секретарша


Фото: 20th Century Fox Film Corporation

Лорел Айрис пришлось из инвестиционного банка уйти, а Тесс Макгилл (ее роль играет Меллани Гриффит) в фильме «Деловая женщина» (Working Girl, 1988, CША, режиссер Майк Николс), наоборот, удалось подсидеть свою начальницу, управляющего директора инвестбанка Катрин Паркер (Сигурни Уивер).

Этот фильм — милая сказка о головокружительной карьере девушки-секретаря, которая «не собирается всю жизнь работать как вол» и хочет пробиться наверх. А наверх, по ее мнению, не пробиваются, не нарушая правил. Вот она их и нарушает.

Тесс придумывает идею сделки по поглощению одной компании другой, рассказывает ее своей начальнице, той идея нравится, она хочет провернуть дело без Тесс, но выбывает из строя из-за сломанной ноги.

Пока босса нет в офисе, Тесс раскапывает, что сделка пойдет в работу, и пускается во все тяжкие — выдает себя за свою начальницу, пытаясь состряпать сделку от имени банка, пока та лежит в гипсе.

Когда афера предприимчивой и нахальной секретарши оказывается раскрыта, она почему-то получает высокую должность в одной из компаний, участвующих в сделке. Ее публичные обвинения управляющего директора родной конторы в воровстве делу не мешают.

В реальной жизни управляющий директор, конечно, идею у секретаря украсть не может, потому что секретари, даже если у них есть идеи, ни в каких сделках не участвуют, а вот сор из избы выносить не имеют права.



Заодно, чтобы хеппи-эндов было побольше и американская мечта сбывалась сразу в тройном размере, Золушка находит своего принца, им становится еще один участник сделки — Джек Трейнор, роль которого исполняет Харрисон Форд, а любовный экстаз у них случается ровно тогда, когда сделка оказывается на мази — видимо, так режиссер хочет показать их приверженность делу инвестиционного банкинга.

Несмотря на абсурдность сюжета и на то, что фильм не новый, он продолжает цеплять прекрасной игрой актеров, драйвом (застукают — не застукают) и пародийностью, сохранившей свою актуальность. Хотя мужчинам, наверное, лучше держаться от таких бойких секретарш подальше.

Инвесторы за решеткой


Итак, в 1980-е годы Уолл-стрит приобретает популярность. И как место работы, куда мечтают попасть многие, и как место, где можно заработать, вложив собственные деньги. Интерес пронизывает все слои общества.

В фильме «Тюремная биржа» (Buy and Sell, 1987, США, режиссер Роберт Борис), местами действительно очень смешной комедии, в секту по имени Уолл-стрит вступают даже заключенные.

Несправедливо осужденный за мошенничество брокер Херби Олтмен оказывается в тюрьме на 13 лет. Другие заключенные,

отморозки, которые были способны лишь на то, чтобы тягать штангу, как по мановению волшебной палочки увлекаются инвестициями в фондовый рынок, подписываются на The Wall Street Journal и начинают вкладывать деньги в акции.



Одна из сцен фильма будет понятна, пожалуй, только знатокам экономики и инвестирования. Заключенные смотрят финансовые новости, и диктор объявляет, что ФРС понизила процентную ставку. Все ликуют. Почему? Да потому, что они уже выучили, что при понижении процентной ставки цены акций и облигаций растут. Хотя это самый примитивный урок.

Следующий состоит в том, что цены могли вырасти заранее, в ожидании понижения, а в момент объявления они реагируют не столько на факт понижения, сколько на то, оказалось оно выше или ниже ожиданий.

Как бы там ни было, дела у заключенных идут хорошо — они обыгрывают рынок и богатеют. Этому вполне можно поверить. Ведь фильм снят в 1987 году, действие должно происходить в начале 1980-х. А это как раз длинный рынок «быков», который начался в самом начале 1980-х и закончится только со схлопыванием пузыря на рынке доткомов в 2000 году, когда крах акций компаний, связанных с интернетом, утащил за собой весь фондовый рынок. До жесткой посадки еще очень-очень далеко.

Комментарии
Профиль пользователя