Коротко


Подробно

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ   |  купить фото

В тихом омуте ангелы водятся

Владимир Путин прояснил свое отношение к чертям

24 апреля президент России Владимир Путин на заседании попечительского совета Русского географического общества (РГО) одобрил проект беспосадочного перелета на планере вокруг земного шара и пытался выяснить технологию поедания морским ангелом морского черта. С подробностями из Санкт-Петербурга — специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.


С утра в Русском географическом обществе в Санкт-Петербурге было неспокойно. Здесь шли последние приготовления к осмотру президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным выставки, посвященной жизни и творчеству великого исследователя и путешественника Российской Империи Петра Петровича Семенова-Тян-Шанского. Здесь были личные вещи покойного: стул, на котором он сидел, стол, за которым работал, пишущая машинка, на которой он писал, копии работ голландских живописцев, оригиналы которых он любил развешивать на стене у себя за спиной…

Центральным экспонатом экспозиции было, без сомнения, чье-то копыто (хотя бы потому, что оно стояло в самом центре небольшой комнаты, где разместили выставку). Отвечая на мой вопрос, заведующая научным архивом РГО Мария Матвеева сказала, что это знаменитое копыто, которое Петру Петровичу Семенову-Тян-Шанскому подарил Николай Михайлович Пржевальский.

Вопрос, чье же это копыто, казалось, смутил Марию Матвееву.

— Чье? — переспросила она и, мне показалось, взглянула на копыто другими глазами.— Мне кажется, что… яка!

— Разве не лошади Пржевальского? — беспокойно переспросил я.

— Нет,— поспешила она успокоить меня.— Яка, яка!

Я не стал спрашивать Марию Матвееву, зачем Николай Михайлович подарил Петру Петровичу копыто яка. Надеюсь, в этом был смысл.

Забредшие на выставку глава «Аэрофлота» Виталий Савельев и председатель совета директоров банковской группы «Альфа-банк» Петр Авен тоже были сразу очарованы копытом яка. Для Петра Авена как опытного охотника было тем более важно воочию увидеть копыто яка. Я, конечно, сразу вспомнил, как недавно в недрах охотничьего сообщества родилась идея устроить в подвале нового рыбного ресторана «Пескаторе» Андрея Зайцева охотничий зал — чтобы было куда свозить трофеи.

— Хорошая идея,— кивнул Петр Авен, без сомнения, один из самых активных членов этого охотничьего сообщества.— А то подобьешь за раз штук под 100 гусей на брата — и что делать? А у Зайцева горячая рыба — лучшая в городе, конечно. А холодная — такая же, как в «Ла Маре», и дичь, значит, будет не хуже.

И долго еще могли продолжаться эти охотничьи мечтанья, если бы Петр Авен вдруг не засобирался, обратившись к Виталию Савельеву:

— Ну ладно, пойдем к народу…

Я, конечно, не сразу, но все-таки сообразил, что речь идет о других членах РГО, ожидающих начала заседания этажом ниже. Народ в этот день состоял из Николая Токарева, Олега Белозерова, Руслана Байсарова, Виктора Вексельберга, Сергея Иванова, Константина Эрнста, Леонида Михельсона, Алексея Миллера, Андрея Костина, Владимира Евтушенкова, Александра Дюкова, Германа Грефа, Сергея Собянина, Александра Абрамова, Валентины Матвиенко, Геннадия Тимченко и других таких же людей, плоть от плоти народной.

Владимир Путин, выступая перед этими людьми, поделился своей болью насчет современного состояния географии, особенно в школах. Молодые люди, по его мнению, лучше знают, где находится Гранд-Каньон, чем где Баргузинский заповедник.

Он посетовал, что страна до сих пор не отмечает День географа — просто потому, что его нет, и предложил учредить. Наконец-то у большого, можно сказать, подавляющего количества российских олигархов будет свой профессиональный праздник.

Президент РГО Сергей Шойгу рассказал, что главную медаль РГО — Большую Константиновскую — в этом году получает глава USM-холдинга Алишер Усманов, «но по многим причинам его здесь нет, и на ближайшем мероприятии эта награда будет вручена».

Один из сотрудников архива РГО с большим энтузиазмом за четверть часа до этого рассказывал мне, что от господина Усманова в дар РГО поступило несколько карт ойкумены и близлежащего мира, исполненных самим Птолемеем и напечатанных в 1480 году, не больше и не меньше. И что теперь картографический архив РГО, и до этого не бедный, стал вообще крупнейшим в мире, и все такое.

Один за другим начали выступать члены РГО. Это было, казалось, рядовое заседание — просто собрался народ, который жить не может без географии с некоторых пор, и вот с увлечением обсуждает, что надо бы в Минусинской долине замутить технологический, научный и финансовый центр (а то что-то больше, где бы ни пробовали, не выходит). И там бы еще на всякий случай «масштабное производство сельхозпродукции наладить» — с тем, чтобы это «привело к опережающему росту»…

Один географ рассказал президенту про жизнь китов. Она у них непростая, в отличие от тигров и леопардов, за которыми присматривает, к примеру, не только время от времени сам Владимир Путин, а и постоянно — Сергей Иванов.

Оказалось, что, после того как в 1960–1970 годах китов перестали забивать, за ними перестали и наблюдать. Киты вообще перестали быть кому-нибудь интересны. И что теперь с ними и как, никто толком не знает. Куда они плывут, зачем? Об этом знают только они сами, а эту ситуацию приемлемой признать в сложившихся обстоятельствах нельзя.

Так что по понятным причинам нужен государственный реестр всех морских млекопитающих, а иначе для чего все это?

Профессор географического факультета МГУ Александр Геннадиев рассказал еще одну тревожную историю — о почве. Почва, по его словам, накапливает столько всего. И сигналы, которые поступают от глубинных месторождений, в основном рудных, да и просто накапливает информацию, причем очевидно, что совершенно бесконтрольно… и сама между прочим страдает от этого. А также страдает от эрозии. И вообще почва в изображении профессора казалась волнующейся, страдающей, ранимой субстанцией, по которой и ходить-то — большой грех.

Профессора полностью поддержал Сергей Иванов:

— Почву не зря называют кожей планеты…

Почвы подболачиваются, на них горят пожары, по ним дуют ветры… Представители большого бизнеса слушали Сергея Иванова затаив дыхание. Новый неведомый мир, похоже, открывался их взорам. Проблемы, казавшиеся еще утром такими многозначительными (вроде их собственных слияний и поглощений), теперь представлялись просто ничтожными на фоне этого мрачного великолепия, на фоне этого величественного сияния и поглощения одной стихией другой, а потом и третьей…

С облегчением и аплодисментами встретили они мысль о том, что надо как можно скорее издать почвенную энциклопедию — «хотя бы один том!».

А между тем выступал уже водолаз-географ Александр Семенов.

— Мало кто знает, что в наших морях водятся самые крупные в мире медузы — 26 метров высотой! — воскликнул он.— Мы видели их, когда делали фильм! Мы не просто снимаем жизнь животных, но пытаемся создать образ российского путешественника, ныряющего под лед, но при этом открытого миру!

— А чем питаются медузы? — вдруг сильно заинтересовался Владимир Путин.

— Другими медузами,— быстро ответил водолаз.— А морские ангелы едят морских чертей…

— Так-так-так…— задумчиво произнес Владимир Путин, о чем-то напряженно размышляя.— Надо нам с этим поближе познакомиться… как это они их едят… надо выяснить… Это то, чем я занимаюсь. Приходится все время смотреть, что бы нас никто не съел.

Виктор Вексельберг рассказал об амбициозном проекте, который он задумал осуществить вместе с великим российским путешественником Федором Конюховым: надо создать планер на солнечных батареях, который побьет мировой рекорд высоты и дальности. На планере, сконструированном Виктором Вексельбергом, Федор Конюхов поднимется на 16 километров и без посадки облетит земной шар за 120 часов.

— Наши иностранные коллеги,— разъяснил Виктор Вексельберг,— недавно предприняли такую же попытку, и им потребовалось для этого 515 часов и пять посадок. Надеемся, что РГО поддержит эту инициативу.

Казалось бы, в такой инициативе нет минусов. И поддержать ее ничего не стоит, потому что все это будет стоить только Виктору Вексельбергу, а в выигрыше останутся теоретически все члены РГО.

Но отчего-то вышла заминка. Все замолчали и смотрели на Владимира Путина, а он, видимо, задумался о чем-то постороннем, но, конечно, очень важном.

И вдруг в зале повисла тревожная (прежде всего, видимо, для Виктора Вексельберга) тишина. Тут, слава богу, Владимир Путин очнулся от своих дум и несколько раз хлопнул в ладоши. Зал с облегчением разразился продолжительными аплодисментами.

Идею о поддержке русских кругосветных путешественников поддержал и Петр Авен. Он, упомянув, что Альфа-банк активно работает на Украине, рассказал о первом русском, который совершил кругосветное путешествие,— Юрии Лисянском, и обязался думать о том, как увековечить его память. И ведь увековечит.

Участники заседания расходились, мне кажется, с легким сердцем. Они в конце концов делают большое дело: помогают своему президенту любить природу и животных и птиц в ней.

И только Артур Чилингаров был расстроен.

— Эх,— вздохнул он,— жалко, забыли про Марианскую впадину…

— Артур Николаевич,— осторожно сказал ему заместитель гендиректора ВГТРК Дмитрий Медников,— до следующего заседания с ней точно ничего не случится.

— Да я не об этом,— снова вздохнул великий полярник.— С Конюховым собираемся на дно Марианской впадины. Надо только аппарат построить…

То есть, понял я, амбиции не только в том, чтобы подняться выше всех, но и в том, чтобы опуститься ниже всех.

Впрочем, последнее у нас выходит обыкновенно легче легкого.

Просто на «ура».

Андрей Колесников, Санкт-Петербург


Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение