Новая сексуальность

Елена Стафьева о первой коллекции Рафа Симонса для Calvin Klein

Раф Симонс дал нам именно то, что мы от него ждали. Образцовую коллекцию для Calvin Klein, в которой есть все то, из чего сейчас складывается современность.

Во-первых, это та самая гендерная амбивалентность. Показ открывали мальчики и девочки, на которых были надеты одинаковые штаны, плотные рубашки, пиджаки и абсолютно прозрачные телесные кофты. Естественно растрепанные волосы, чистые лица без видимого макияжа и даже эта одинаковая прозрачность — все создавало тот самый актуальный современный образ, в котором мужские просвечивающие соски могут смотреться не менее сексуально, чем женские, и механизм этой сексуальности функционирует иначе. Это новая сексуальность, она возникает из контекста и не является целью. И это во-вторых. В середине коллекции появляются платья с перьями и шпильками и брутальные черные куртки, но модели по-прежнему субтильны, и только парень в белом пальто — бритый, с мускулами — выглядит «мужественно», но так же отстраненно. И после него, финальным луком, идет смешной тщедушный мальчик в длинном черном кожаном пальто, которое только подчеркивает эту его тщедушность. И все это — на том месте, где раньше были раскачанные парни с кубиками в трусах cK. Важна не маркированность вещи как мужской или женской, важен общий стиль.

В-третьих, это удивительно свежая коллекция. Свежесть и легкость, безусловно, и обеспечивают то чувство современности, которое буквально излучал этот показ. Довольно эфемерное качество, которое так сложно достижимо и так же сложно поддается описанию. Когда смотришь, понимаешь, что именно такая растрепанность, такие прямые длинные брюки, такие суперкороткие топы в сочетании с супервысокой талией и даже такие сомнительные перья и серебряные сумки — все вместе это выглядит классно, круто, и нам это нужно.

В-четвертых, Симонс изящно и остроумно выстраивает контекст. Тут есть все, что он любит,— те самые 1990-е, в которых он вырос и сформировался как дизайнер. Линда Лоппа, бывший профессор антверпенской Королевской академии изящных искусств, вспоминает первый парижский показ Maison Martin Margiela, SS90, на котором Симонс был: «Прозрачные пакеты из химчистки были трансформированы в пальто, пиджаки, туники и платья, подпоясанные лентами и ремнями с металлическими застежками». Именно эти пластиковые пакеты-покрытия мы и увидели у Симонса — с металлизированными сумками на месте застежек. А вместе с ними куртки из денима, похожие на те, что делал Хельмут Ланг, и костюмы Жиль Сандер, и черные джинсы, отсылающие к джинсовым хитам раннего Кельвина Кляйна.

Ну и в-пятых — это просто очень красиво. Симонс всегда был мастером цветосочетаний, и в этот раз он выбрал не прозрачность акварели, не плотность масла, а легкую приглушенность гуаши. Его голубой был не ядовитый, но и не бледный, а от соединения в одном луке черного, синего и фиолетового было просто не отвести глаз, и без лишнего нажима проступал весь послевоенный американский модернизм от Ротко и Уорхола до Флавина и Принса.

То, как все это складывается у Симонса, это и есть сегодняшний день: скоро кончится зима, в воздухе легкое томление и беззаботность и классные парни и девушки вокруг. Весна на Заречной улице.

Елена Стафьева

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...