Коротко

Новости

Подробно

Фото: Следственный Комитет России

Во Внуково недоглядели за заблудившимся снегоуборщиком

МАК обнародовал результаты расследования катастрофы Falcon

от

Межгосударственный авиационный комитет (МАК) обнародовал итоги расследования происшедшей в октябре 2014 года в столичном аэропорту Внуково катастрофы самолета Falcon 50, на борту которого находились президент международной нефтегазовой компании Total Кристоф де Маржери и три члена экипажа. Эксперты пришли к выводу, что причиной трагедии стала цепочка нарушений, которые привели к тому, что на пути взлетающего самолета оказался снегоуборщик. В свою очередь, французский экипаж Falcon имел возможность уйти от столкновения, но на родине не был подготовлен к тому, как действовать именно в таких ситуациях. Напомним, сейчас в Солнцевском суде Москвы рассматривается дело в отношении пяти человек, которых СКР счел виновными в катастрофе.


Крушение Falcon 50 EX компании Unijet произошло 20 октября 2014 года в 19:58. Изначально, как следует из отчета МАК, вылет самолета, экипаж которого состоял из двух пилотов и стюардессы, планировался на 18:00. Из Парижа в Москву Falcon прибыл днем ранее, экипаж был доставлен для отдыха в Novotel City на Краснопресненской набережной. Перед обратным рейсом из Внуково в Ле-Бурже, как установили специалисты МАК, все предусмотренные правила подготовки к полету были соблюдены: экипаж отдохнул положенное количество часов, накануне вылета был обеспечен необходимой документацией, в том числе о погодных условиях. Они, кстати, не были экстремальными: на аэродром спустился туман, но видимость была вполне достаточной. Как позже выяснилось, технических неисправностей самолет также не имел. В ходе расследования, кстати, было установлено, что этот Falcon и прежде практически не ломался. Что касается экипажа, то оба пилота имели большой опыт — по несколько тысяч часов — работы на самолетах такого типа, а командир воздушного судна до перехода в гражданскую авиацию много лет прослужил военным летчиком.

Место в самолете экипаж занял около половины третьего. Тем временем на работу заступала новая смена водителей снегоуборщиков. Как установили эксперты, водитель снегоуборщика Владимир Мартыненко, как и его коллеги, прошел положенный медосмотр, который проблем в его состоянии, в том числе и алкогольного опьянения, не выявил.

Между тем ждать вылета экипажу пришлось долго: единственный пассажир Кристоф де Маржери опаздывал. Все это время пилоты и стюардесса находились в самолете. Речевой самописец даже зафиксировал фразу второго пилота: «… (нецензурно). Когда уже улетим отсюда?» Эксперты предположили, что столь долгое ожидание могло негативно сказаться на психологическом состоянии пилотов и их действиях во время взлета.

В свою очередь, снегоуборщики (один из которых сломался и уехал на ремонт) очистили одну из рулевых дорожек и стали возвращаться. В этот момент один из водителей Владимир Мартыненко потерял ориентацию на местности, скорее всего, из-за того, что выпил во время работы (после ЧП при проверке у него было зафиксировано наличие около трех промилле алкоголя в крови). После довольно хаотичных маневров он оказался на пересечении двух взлетно-посадочных полос (ВПП), где и попытался разобраться, где он находится.

В свою очередь, как отметили эксперты, руководитель аэродромной службы не проконтролировал движение машины Владимира Мартыненко и не уведомил диспетчерскую службу о «потере» снегоуборщика. Между тем диспетчеры, как установили специалисты МАК, не использовали должным образом систему A3000, которая позволяет полноценно вести наблюдение за тем, что происходит на летном поле. В частности, система не получила сигналов о наличии постороннего объекта на ВПП, поступавших с одного из радиопеленгаторов. Не была активирована система на обнаружение помех на ВПП и на рабочем месте руководителя полетов.

Тем временем экипаж получил разрешение на взлет от диспетчеров и начал разбег. Вскоре командир воздушного судна заметил стоящий на пути снегоуборщик. «Что за машина, что пересекает дорогу, а?» — воскликнул он, однако продолжил разбег. В этот момент скорость самолета составляла 157 км/ч, а до машины оставалось 730 м. Через несколько секунд командир экипажа передал управление второму пилоту (техническое устройство самолета таково, что носовое колесо можно контролировать только с левого кресла), а сам стал следить за приборами. Именно в этот момент машина остановилась на пересечении ВПП. Если бы экипаж тут же начал торможение (что является базовым требованием в подобных ситуациях), установили специалисты МАК, то самолет успел бы остановиться еще до столкновения либо объехать машину. В наихудшем случае, показало моделирование ситуации, столкновение было бы незначительным и не привело к жертвам. Однако самолет по-прежнему набирал скорость. В последний момент пилот попытался резко набрать высоту и пролететь над снегоуборщиком, однако столкновения избежать не успел. Как выяснилось позже, на тот момент в компании Unijet еще не действовали инструкции для пилотов Falcon 50, как действовать в случаях появления на ВПП внешних опасных факторов.

В итоге, пришли к выводу специалисты МАК, к катастрофе привела совокупность нарушений и недоработок, позволивших водителю снегоуборщика оставаться на взлетно-посадочной полосе фактически незамеченным аэродромными службами, а также неготовность экипажа к подобной ситуации.

Тем временем СКР провел расследование уголовного дела, возбужденного по факту катастрофы. В итоге перед Солнцевским судом Москвы предстали сотрудники Внуковского центра организации воздушного движения — руководитель полетов Роман Дунаев, диспетчер стартового диспетчерского пункта Александр Круглов, диспетчер руления Надежда Архипова, а также водитель снегоуборочной машины Владимир Мартыненко и руководитель смены отдела эксплуатации Владимир Леденев. Полностью вину признает только господин Мартыненко.

Елизавета Кузнецова, Александр Александров



Почему в деле Falcon ввели цензуру


Апелляционная инстанция Мосгорсуда, по данным "Ъ" в июне, отказала в удовлетворении жалобы Романа Дунаева, одного из главных фигурантов скандального дела о катастрофе в октябре 2014 года в аэропорту Внуково самолета Falcon 50, на борту которого находился президент международной нефтегазовой компании Total Кристоф де Маржери. Бывший руководитель полетов аэропорта требовал отменить решение следователя, взявшего с него подписку о неразглашении данных следствия, которое, кстати, уже закончено. Обвиняемый настаивал, что действия СКР нарушают его право на защиту, исключая возможность консультаций с независимыми экспертами. Читайте подробнее

Комментарии
Профиль пользователя