Коротко


Подробно

Фото: Евгений Переверзев / Коммерсантъ   |  купить фото

Восток оставили без ОЭЗ

Ликвидированы так и не начавшие работать льготные территории

На Дальнем Востоке, так и не получив ни одного резидента, ликвидированы две особые экономические зоны — портовая ОЭЗ в Советской Гавани и туристко-рекреационная на острове Русский. Обе были формально созданы в 2009–2010 годах, но за эти годы не получили ни объектов инфраструктуры, ни инвесторов. Хабаровские чиновники уже рассчитывают, что на Совгавань удастся распространить другой льготный режим — свободного порта, действующий для соседнего Ванино, а в Приморье признают, что туристического бума на остове Русский не случилось. Впрочем, успешной остается лишь особая зона в Магадане — местные власти сумели пролоббировать для нее льготы по НДПИ, которые уже начинают привлекать недропользователей.


Правительство России досрочно прекратило деятельность восьми особых экономических зон (ОЭЗ) как неэффективных, в том числе двух на Дальнем Востоке — портовой зоны в Советской Гавани (Хабаровский край) и туристско-рекреационной зоны на территории острова Русский (Приморский край). Соответствующее постановление опубликовано на сайте кабмина в минувшую пятницу. ОЭЗ «Совгавань» и «Остров Русский» были созданы в декабре 2009 года и марте 2010 года соответственно, но ни одного резидента в них так и не появилось. Досрочное прекращение деятельности ОЭЗ, в которых за первые три года их существования не зарегистрированы компании-резиденты, предусмотрено законодательством.

Портовая ОЭЗ в Советской Гавани была создана для реализации экспортных планов нескольких крупных компаний: к 2016 году они должны были вложить в строительство терминалов более 13,1 млрд руб. На 2,9 га ОЭЗ могли появиться терминал на 7,1 млн т железнорудного сырья ООО «Советско-гаваньский морской торговый порт», на 3,4 млн т контейнеров и рыбы — ООО «Морской порт Новая советская гавань». В 2015 году в число потенциальных резидентов вошел проект терминала на 8–10 млн т сжиженного углеводородного газа и нефтепродуктов ООО «Компания „Ремсталь“» Рифката Бадрутдинова.

ОАО «Особые экономические зоны» (через дочерние компании управляет всеми ОЭЗ в России) получило 3,15 млрд руб. из федерального бюджета на строительство инфраструктуры ПОЭЗ, но распорядиться ими до сих пор так и не смогло. К маю 2015 года регион и ОАО создали совместную управляющую компанию, но полномочия для работы с резидентами она получила только в текущем году. На 1 января из зарезервированных в средств на ПОЭЗ было потрачено 183,7 млн руб. на создание проектов планировок и иные вспомогательные работы, но не на строительство, констатировали в апреле аудиторы Счетной палаты. В АО «ОЭЗ» ситуацию вчера прокомментировать не успели.

Хабаровские власти до последнего момента пытались трансформировать ПОЭЗ — сначала предложили расширить ее территорию за счет соседнего Ванинского района, где заявлены крупные транспортно-логистические проекты, пытались привлечь в ОЭЗ рыбоперерабатывающие предприятия и даже готовы были строить инфраструктуру за собственные средства — с дальнейшим возмещением из федерального бюджета. На середину лета, заверял хабаровский губернатор Вячеслав Шпорт, в ОЭЗ по-прежнему были готовы вложить до 10 млрд руб. две компании. Фактически же крест на Совгаванской ПОЭЗ поставило распространение с июля 2016 года на близлежащий Ванинский район другого преференциального режима — свободного порта. Он предполагает налоговые и таможенные преференции, аналогичные тем, что получают резиденты ОЭЗ, но гораздо проще администрируется — не через систему управляющих компаний, подведомственных Минэкономики, а через АО «Корпорация развития Дальнего Востока», подотчетное Минвостокразвития.

Предложение о досрочном закрытии ПОЭЗ «Советская Гавань» выдвинули сами хабаровские власти, заявил в понедельник в Комсомольске-на-Амуре Вячеслав Шпорт. «В течение пяти лет мы никак не могли найти с этим акционерным обществом (АО ОЭЗ.— „Ъ“) взаимоотношения. Она и не работала. Мы внесли предложение, чтобы Совгавань подсоединили к свободному порту Ванино. Это будет, мне кажется, более эффективно,— заявил господин Шпорт.

«Инструмент, к сожалению, не пошел, и мы это ощутили еще год назад,— пояснил „Ъ“ глава краевого минэкономики Виктор Калашников.— Это обусловлено тем, что на Дальнем Востоке существуют более сильные режимы экономических преференций — и свободный порт, и территории опережающего развития. Сейчас в Ванино-Совгаванском узле, который мы всегда рассматривали как единый, все немного разбалансировано: для Совгавани льгот нет, а для Ванино — свободный порт. Но мы обязательно будем устранять эту деформацию»,— заверил „Ъ“ чиновник.

«Сожалеем, что так и не получили тех средств, что уже были выделены на ПОЭЗ, и инвесторы строили реальные планы. Но режим ОЭЗ закрывал для Совгавани возможность распространения там свободного порта, а теперь мы обязательно будем выдвигать такую инициативу. Поручение президента по итогам второго Восточного экономического форума на счет расширения есть»,— подчеркнул Виктор Калашников.

По данным „Ъ“, ОЭЗ на острове Русский столкнулась с другой проблемой — вопросами, связанными с выбором земельных участков, находящихся в ведении Минобороны. Кроме того, туристический потенциал Приморья «пока не трансформировался в поток туристов на остров Русский», признал в разговоре с „Ъ“ один из чиновников администрации. «В 2012 году, в год проведения саммита АТЭС во Владивостоке, регион посетил 1 млн туристов. Ожидался серьезный рост числа гостей из Азии. В 2015-м турпоток превысил 2,2 млн человек, причем иностранных — вырос на 30% к 2014 году. Но его сгенерировали как косвенные факторы, падение курса рубля и приток китайцев туристов с целью выгодных покупок,— так и первые шаги в реализации крупных проектов: например, казино Tigre de Cristal. Остров „выпал“»,— сказал он „Ъ“.

На данный момент на Дальнем Востоке остается всего две территории с режимом преференций, отличных от ТОР и Свободного порта Владивосток. Первая — формально созданная в 2014 году ОЭЗ промышленно-производственного типа на территории Владивостока. Вторая — особая экономическая зона в Магаданской области, работающая с 1999 года в рамках специального закона на территории Магадана. Она предоставляет своим резидентам режим, отличный от режима ОЭЗ, создаваемых с конца 2000-х.

В законе о Магаданской ОЭЗ было зафиксировано, что участники ОЭЗ получат льготы только на операции с хозяйствующими субъектами Колымы, что резко сузило круг интересантов — из них выпали предприятия золотодобывающей и рыбной отрасли, местные аэропорт и морской торговый порт. Долгие годы ОЭЗ была интересна преимущественно импортерам из-за таможенных льгот. Но в 2014 году действие ОЭЗ решили продлить до конца 2025 года, расширив преференции. Сейчас в них включены льготы по НДПИ — резиденты освобождаются от уплаты федеральной части налога (2,4%). Это уже вызвало интерес у крупных недропользователей: в июне ООО «Золоторудная компания „Павлик“» (контролирует инвестгруппа «Арлан»), чей комбинат на одноименном месторождении за 2015 год произвел 1 т золота, подала документы на вхождение в ОЭЗ. Впрочем, на 1 января 2016 года половина из 146 резидентов ОЭЗ по-прежнему занимаются торговлей (34 из них пользовались таможенными льготами и сэкономили на платежах за 2015 год 702 млн руб.). Связаться с руководством администрации ОЭЗ „Ъ“ вчера не удалось — ее глава Сергей Гребенюк со вчерашнего дня в отпуске, а его заместитель Анна Чумакова была недоступна для комментария.

Научный сотрудник сектора региональной и глобальной транспортной инфраструктуры Института экономических исследований ДВО РАН Елена Заостровских считает, что неудача с ПОЭЗ в Советской Гавани связана с «обширностью территории» российского Дальнего Востока, непростыми природно-климатическими условиями и «всегдашним противостоянием между географами и экономистами на тему, что вперед — транспортная инфраструктура или производство». «У нас в России, и это задел от плановой экономики, сначала создается производство, а потом под него подстраивается инфраструктура. Южная Корея идет иным путем. Сначала строится инфраструктура, а потом на ее основе рядом начинает создаваться производство. У них очень высокая концентрация, территория маленькая, и им это удалось. А у нас слишком большие расстояния»,— говорит ученый.

Дмитрий Щербаков, Михаил Большаков, Владивосток; Эрнест Филипповский


Коммерсантъ (Владивосток) от 04.10.2016
Комментировать

Наглядно

обсуждение