МАРИЯ-ХЕСУС АБАД (Maria Jesus Abad), директор музея современного испанского искусства Patio Herreriano в Вальядолиде, откуда привезена в Москву выставка, рассказала МИЛЕНЕ Ъ-ОРЛОВОЙ, как возник этот новый музей.
— Мы нашли новую для Испании формулу сотрудничества. Наш музей — памятник кастильской архитектуры, знаменитый монастырь Сан-Бенито. В последние годы он принадлежал военным, которые его изрядно попортили. Городские власти решили вложить средства в его реставрацию. Получился музей 7000 кв. м. Из них три тысячи — залы, а остальное библиотека, научный центр, реставрационные мастерские, ресторан, хранилища и тому подобное. То есть здание музея принадлежит мэрии Вальядолида.
— А коллекция?— А коллекция частная. С 1987 года в Мадриде существует ассоциация из 22 предприятий, которая создала фонд для закупки коллекции для музея. Туда входят банки, швейная промышленность, есть один очень состоятельный нотариус.
— Они получают за это налоговые скидки?
— Нет, дело в том, что работы остаются их собственностью, если бы они их подарили, вот тогда они могли бы получить льготы. Но согласно уставу, отбор производят не сами промышленники, а комитет из специалистов-искусствоведов. И держать у себя произведения они не могут — они должны храниться в музее. Я работала в качестве директора коллекции все это время. Собралось около 900 произведений, которые показывались на выставках. И вот весной, в мае, наконец-то открывается музей. Мы делаем акцент именно на испанском искусстве, и в том числе на его международной пропаганде.
— Как вы оцениваете опыт Музея Гуггенхайма в Бильбао, самого знаменитого в Испании музея современного искусства? У нас наступление Гуггенхайма многие рассматривают как экспансию западной массовой культуры. А как в Испании?
— Испанцы прежде всего говорят: "Е-мое! Что за здание!" И эта фантастическая архитектура затмевает все остальное. Это больше чем музей — он послужил финансовому возрождению города. Такое можно делать только с очень большими деньгами. Но мы надеемся, что музей в Вальядолиде тоже станет таким местом привлечения туристов, хотя у него совершенно другой антураж — архитектура XIV-XVI веков, национальное искусство. Думаю, что и для России наш опыт мог бы быть полезен.