Подробно

47

Фото: Вадим Фролов

Увидеть разговор

Брехт в цитатах и фотографиях

от

В августе в Петербурге прошел фестиваль «Точка доступа». Он объединяет разные виды искусств (театр, кино и паблик-арт), события которых проходят в нетрадиционных для них местах. Спектаклям, фильмам и инсталляциям найдется место где угодно. “Ъ-Lifestyle” отправился на вокзал — знакомиться с новой трактовкой пьесы Бертольда Брехта «Разговоры беженцев».


Финляндия. Центральный железнодорожный вокзал города Хельсинки. Годы Второй мировой. Два человека обсуждают происходящее в мире. Словами Бертольда Брехта.

Россия. Финляндский вокзал города Санкт-Петербурга. Наши дни. Два человека обсуждают происходящее в мире. Словами Бертольда Брехта.

Петербургский спектакль создан под руководством Константина Учителя, доктора искусствоведения, историка театра, музыканта, драматурга и продюсера, вместе с молодым режиссером Владимиром Кузнецовым и артистами Максимом Фоминым и Сергеем Волковым. К обсуждению на «Финбане» подключены еще несколько десятков людей. Двое молодых мужчин, Высокий и Коренастый, они же Циффель и Калле, говорят между собой, но актеры Максим Фомин и Сергей Волков снабжены небольшими микрофонами, так что разговор их персонажей транслируется в наушники зрителям/слушателям. Можно смотреть (вернее, подсматривать) на артистов. Можно — совершенно в другую сторону. Можно сидеть, стоять, гулять, пить кофе. И все это — вместе с героями Брехта и их беседами о судьбах мира.

Если вы не успели приобщиться к этим разговорам, не все потеряно — создатели надеются продлить жизнь спектаклю не только в Петербурге, но и в других городах России. В сущности, вокзалы есть почти везде, а значит, спектакль может случиться в любом месте.

Пока же “Ъ-Lifestyle” задокументировал питерское путешествие. «Подстрочник» к фото — цитаты из пьесы «Разговоры беженцев».

 

Максим Фомин: Мы долго-долго работали над самим текстом — из 64 страниц пьесы осталось 37. Нам надо было, так сказать, и воду выплеснуть, и ребеночка не потерять… До этапа выпуска спектакля мы раза четыре приезжали на вокзал, а в принципе вели обыкновенную работу с пьесой, с темами. Так что актерская работа над этой историей, в общем-то, не отличалась от традиционной. Основная сложность не в самой актерской работе, а в работе над зрительским восприятием спектакля. Собственно, на него и сделан весь упор. Реальное пространство, настоящие люди, пассажиры… Однажды женщина с дочкой попросила нас говорить потише, когда мы рассказывали про порнографию. И мы произносили шепотом весь этот кусок. После первого прогона мы вышли в ту форму, в которой существуем сейчас. Поняли, как лучше монтируется зрительское восприятие. Еще раз повторюсь: основная работа велась с этим. Наверное, это одна из моих первых работ, где я не могу смоделировать это восприятие. Ведь каждый в итоге смотрит свой спектакль. Каждый монтирует в силу своих возможностей. Какие-то люди вставали, специально уходили за угол, смотрели с разных сторон. Большинство зрителей принимает «навязанные» правила игры. В этом спектакле не запрещено покупать кофе в тот момент, когда мы покупаем кофе. И даже говорить о чем-то еще! Снимать наушники, отдыхать… Мы тоже находимся в наушниках. И «внутри» наушников ты не чувствуешь, есть внимание или нет. Ты слушаешь только себя. Ну вот еще Сергея я слышу. И музыку. Таким образом, мы находимся в вакууме брехтовских тем. Мне нравится необязательная форма, когда зритель может выключиться, включиться, перестать нас слушать, посмотреть телевизор, отвлечься на какого-то человека, который только что вошел в зал ожидания, снова включиться в наш текст. Мы транслируем мысли, которые каждый человек легко мог бы усвоить, если он сам их еще не выработал.

 

Сергей Волков: Это энергия ярости, протеста, юмора, цинизма, сатиры, сарказма. Все это накапливалось (в предыдущей работе Сергей играл Бертольда Брехта в спектакле Юрия Бутусова «Кабаре Брехт», за эту роль актер удостоен премии «Золотая маска». — “Ъ”) и здесь велось на каком-то накопленном опыте.

Здесь более важен текст, чем актер. Нам важно было найти мысли, которые шли бы через нас. Пьеса ведь литературная. И здесь как-то особенно не поиграешь. Зрителю воспринимать это непросто, потому что текст сложный, литературный. Какие-то мысли попадают, какие-то пролетают мимо — и это нормально. В этом спектакле очень много дает пространство — ведет по большому счету. Все в этом пространстве в помощь: и полицейский, который нас штрафовал за распитие алкогольных напитков, и рота солдат из 150 человек. Все внезапно и приятно.

История получилась интересная. Летняя вокзальная история.

 

Дарья Шамина


Фотограф: Вадим Фролов

Комментарии

Наглядно

Приложения

Профиль пользователя