Коротко

Новости

Подробно

9

Фото: Дмитрий Лебедев / Коммерсантъ   |  купить фото

Жил-был Лох

Наталия Нехлебова нашла в саратовской глубинке село, жизнь в котором не уступает яркостью фильмам Эмира Кустурицы

Журнал "Огонёк" от , стр. 26

В селе с обидным названием Лох восстановили старинную водяную мельницу. Как мечта одной семьи изменила жизнь многих людей, узнал "Огонек"


Текст: Наталия Нехлебова, Саратовская область


Фото: Дмитрий Лебедев


"Профессор, але, профессор, вы сегодня коз с испанцем пасти идете? — Нина Кислина подходит к окну (связь в Лоху не очень).— Але, профессор..." Нине Сергеевне 49 лет, она учитель рисования. Последние четыре года вся семья Кислиных спасает водяную мельницу.

Нина Сергеевна разводит руками: "Профессор уже был на выпасе сегодня. Идите без него к испанцу. Это наш Дон Кихот. Еще у нас йог есть. Он 37 раз останавливал сердце. А так он геолог. Мечтает геологические экскурсии водить вокруг села".

Лох — большое село, семь километров в длину, 400 жителей. Около половины из них азербайджанцы, которые поселились здесь в конце 80-х. Азербайджанские и русские бабушки судачат на лавочке, пошатываясь идет дедушка с ведрами, с грохотом проносится ржавая "семерка", пастух гонит стадо коров. Это было бы вполне заурядное село, если бы не несколько исключительных личностей.

Альпийских коз Юрия Карамзина в селе называют летающими — у них очень длинные уши

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Почему Лох — красуля


Еще три года назад семья Кислиных жила в Саратове скучной городской жизнью. Нина Сергеевна рисовала с детьми в школе, старшая дочь Мария изучала филологию в Саратовском университете, младшая Анна училась в 7-м классе. Глава семьи Сергей — бывший военный, занят на непростой работе. Он трудится на... детекторе лжи. Фирмы нанимают его для проверки потенциальных кандидатов на хорошие должности. Кислины очень любят путешествовать, особенно старшая дочь. Мария — тонкая девушка с мечтательным взглядом показывает карту Саратовской области, испещренную точками. "Это места с достопримечательностями, куда мы ездили. Лох был одним из таких мест. В 2012-м мы приехали посмотреть на мельницу, которой 150 лет. Она разваливалась, все механизмы растащили. Нам стало ее очень жаль. Выяснилось, что это последняя водяная мельница в Саратовской области. А было их 5 тысяч".

Местность, где находится Лох, не похожа на приволжские степи. Холмы опоясаны лесом. Берега речки Лошок пахнут земляникой. Альпы да и только. "Здесь в реке у мельницы водились форели,— рассказывает Мария,— самцов форели называют лох. Сергей Аксаков в своих произведениях называет эту рыбу лох-красуля. После нереста они становятся вялыми, скучными, их можно руками ловить. Отсюда и выражение "разводить лохов"".

Это не единственная версия происхождения интригующего названия села. На картах XVII века село именуется Лог. "Видимо, это потому, что рядом с мельницей большая ложбина — лог",— говорит Мария.

Окрестные холмы изъедены пещерами. В одной из них по легенде 400 лет назад жил разбойник Кудеяр и спрятал свои сокровища. Кислины решили завести здесь дачу и попытаться восстановить мельницу. Они взяли кредит, купили дом и вдруг переехали в Лох насовсем. "На холм, который напротив нашего дома, выходят олени,— рассказывает Нина Сергеевна,— приходят с оленятами, всем стадом и стоят. В Саратове такое разве увидишь?" Нина Сергеевна сообщила директору своей школы, что едет в Лох спасать мельницу, и уволилась. Директор покрутил пальцем у виска. Младшая дочка Аня перешла в сельскую школу, где в классе вместе с ней оказалось только два человека. Саратовские друзья не поверили "Обалдела? Сектанты охмурили? Родители заставляют?" Аня хотела сама. Мария и Сергей до сих пор разрываются между городом и деревней. Заработать пока удается только в Саратове.

У каждой из созданных Юрием скульптур своя история

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Индейцы и губернатор


У местного Дон Кихота, который живет рядом с мельницей, все как полагается — седая бородка клинышком, слегка безумный взгляд и испанское прошлое. На самом деле у него красивая русская фамилия Карамзин и зовут его Юрий, но в деревне его называют Дон Кихотом, испанцем и абуэло (дедушка по-испански). Карамзин 10 лет прожил в Испании, работал строителем, а 5 лет назад обосновался в Лохе. Около его дома прямо на пути к мельнице установлена табличка "Сыр из молока альпийских коз по домашним испанским рецептам". Откуда-то в саратовских степях Юрий достал альпийских коз и нубийского козла. Делает сыры, в том числе моцареллу, кефир. Его большой участок украшают скульптуры, которые он ваяет из гипса. Падший ангел грустит спиной к живописным холмам, в траве лежит русалка, на столе — голова Будды, маленькая голубая абстракция — это ангел с глазом рыбы. В одном конце участка у Дон Кихота небольшой русский дом с резными наличниками, в другом заканчивается стройка коттеджа в европейском стиле, над ним испанский флаг. Хозяйство Дон Кихота — теперь туристическая достопримечательность на пути к мельнице, туристы с азартом скупают лоховскую моцареллу. "У меня пенсия 7 тысяч,— признается Дон Кихот,— и инструкции, как на это можно прожить, не выдают. Вот сыр продаю. Раньше только на хлеб хватало, теперь носки могу себе купить. С чего тут все эти туристы начались? Да это киноэпопея — тушите свет. Только губернатор четыре раза приезжал".

Мария Кислина, решив во что бы то ни стало спасти мельницу, принялась изучать архивы, писать московским профессорам — специалистам по мельницам. В поисках исторического облика мельницы участвовали потомки всех последних мельников и директор Всероссийского научно-исследовательского института культурного и природного наследия. С его помощью удалось выяснить, как выглядела мельница раньше — три этажа, два колеса по окна, мельничная плотина на речке и канал от нее к колесам. Посчитали: оказалось, чтобы вернуть мельницу к жизни, нужно 6 млн рублей. Слишком большие деньги для небогатой семьи. Маша стала писать в министерство культуры области, в Саратовский университет, Всероссийское общество охраны памятников и прочие инстанции. "Давайте восстановим последнюю деревянную водяную мельницу в области",— просила она чиновников. И получила ожидаемые ответы — мельница никакой ценности не представляет.

Тогда Маша написала губернатору Саратовской области Валерию Радаеву — умирает последняя мельница в Саратовской области, спасите. И губернатор взял и приехал в Лох. К его приезду разровняли дорогу. Поникшая мельница вызвала у губернатора сострадание. "Давайте будем искать инвесторов!" — предложил губернатор. За полгода Марии Кислиной удалось зарегистрировать Фонд сохранения и развития культурно-исторического наследия "Мир тесен". И губернатор первым положил на счет фонда деньги — 40 тысяч, за ним это сделали министры и саратовские бизнесмены. Набралось 160 тысяч. На эти деньги сейчас делают навигацию по селу и информационные стенды вокруг мельницы. А доски, чтобы заколотить щели на мельнице, Кислины покупали за свой счет.

Как превратить мельницу в музей и найти инвесторов, Маша советовалась с владельцами частных музеев в Саратове, Саратовским государственным художественным музеем им. А.Н. Радищева и разными университетами. Нашлись волонтеры, которые готовы были помочь латать мельницу. Дальше события начали развиваться стремительно.

Поволжский институт управления нашел потомков немцев, которые владели мельницами в Саратовской области до революции. Ими оказались профессора университета из Людвигсбурга. Четыре профессора и 18 студентов выдвинулись из Германии в Лох посмотреть, как в селе восстанавливают мельницу. Лох произвел на них неизгладимое впечатление. Кислины организовывали культурную программу. Профессора, проникаясь историей мельницы (еще в 2000 году она молола муку!), утирали слезы. Студенты ели сыр Дон Кихота, слушали его истории про голубого ангела с глазом рыбы (авторская интерпретация: он такой необычный, что не нужен ни на небе, ни на земле), смотрели на живописные холмы и всхлипывали. Вечером студенты играли с азербайджанскими детьми в футбол. Выяснилось, что одна из студенток балерина. Дети уговорили ее станцевать. Девушка танцевала, солнце садилось, дети роняли слезы. Инвестор не находился.

В Саратовскую область с велопробегом прибыли французы под эгидой ассоциации российско-французской дружбы. В администрации правительства Саратовской области им сообщили, что необходимо посетить село Лох, где восстанавливают мельницу. Французы приехали к Кислиным. Слушали историю мельницы (в 30-х годах мельника с семьей отправили по этапу, но жители села взбунтовались — их лишили лучшего мельника в округе. И неслыханное дело — мельника вернули), ели испанский сыр, смотрели на холмы и к вечеру отправились в магазин за пивом. Там им повстречалась галка, которую они напоили пивом. Галка стала кидаться на прохожих и отрывать у них пуговицы. Волонтеры забивали щели на мельнице досками и закрывали окна полиэтиленом. Приехал губернатор, к его приезду еще раз разровняли дорогу. В Париже прошла фотовыставка французских велосипедистов, посвященная Лоху. Инвестор не находился.

С лекциями о создании частного музея по просьбе радищевского музея в Саратов приехали индейцы Сиу из Северной Дакоты. Мэтью и Мара. В США у них музей современного искусства с экспозицией, посвященной предкам. Услышав историю о восстановлении мельницы, они запросились в Лох. Переводчица ехать отказалась. Маша катала индейцев по селу на "четверке". Специально для поездок в Саратов была приобретена бледно-желтая "четверка" бальзаковского возраста. Глубоко за 30. Потрясенные индейцы фотографировали внутренности антикварной машины и, ударяясь головой о крышу на каждой кочке, восклицали: "О! Лох!"

В Лоху они посетили мельницу (волонтеры закрывали досками дыры в полу), забрались в Кудеярову пещеру и прибыли на свадьбу — в этот день Маша выходила замуж. Лоховчане жестами объяснили индейцам, что русская традиция — это пить на свадьбе. Индейцы пили, кричали "горько!", пели песни Цоя, восклицали: "О, Лох!" За живописные холмы садилось солнце, пьющую галку видели в разных концах деревни. Ожидался приезд губернатора. Ровняли дорогу. Инвестор не находился.

Художник Александр Берестнев хранит в сарае около сотни своих картин

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Лоховская АРТель


В мае 2015 года губернатор дал поручение Министерству природных ресурсов Саратовской области восстановить мельницу. 6 млн так и не нашли, зато у министерства было полно леса. Поэтому мельницу отдали им. Маша отправила в министерство исторически верный проект мельницы. В июле Кислины выиграли грант от фонда Тимченко — 200 тысяч. Фонд выделяет гранты на социокультурные проекты в малых городах и селах. Кислины решили создать "Лоховскую АРТель". Учить детей рисованию. В селе в их мельничную затею никто не верил. "И чего приехали? У нас тут делать нечего, все разваливается".— говорили местные жители.

На полученные деньги Кислины купили краски, бумагу. Нина Сергеевна снова стала работать по профессии. "Мы решили, что надо изменить отношение к мельнице, к истории села у жителей,— говорит она,— а с кого можно начать? С детей. Потому что дети могут влиять на родителей. Родители на бабушек и дедушек". В селе около 50 детей. Почти все они стали ходить к Нине Сергеевне. На первом занятии она объявила им: "Мы будем делать проект "Жил-был Лох. История села в картинках"". Дети смутились. "Может, жило-было село Лох?" — робко спросили они.

Дети стеснялись названия своего села. "Нет! Жил-был Лох",— настаивала Нина Сергеевна. Кислины придумали расшифровывать Лох так: "Людей объединяет хорошее". Дети слушали историю села и рисовали. Разбойника Кудеяра с булавой, Героя Советского Союза родом из Лоха, рыбку Лох-красуля, людный базар, кузницы, лавки, которые были здесь, когда в Лохе жили 5 тысяч человек. И, конечно, мельницу. Она из развалины все-таки превращалась в музей.

Потрясенные индейцы фотографировали внутренности антикварной машины и, ударяясь головой о крышу на каждой кочке, восклицали: "О! Лох!"

3 ноября 2015 года принимать мельницу приехал губернатор. К его приезду построили мост на реке Лошок. По сооруженному деревянному каналу пустили воду. Колесо закрутилось. Внутренние механизмы питали электричеством, сеялки, большие короба, меха все задвигалось, задышало. Мельница была жива. Внутри повесили рисунки детей с подписями об истории села, также сделали информационные стенды о том, как жило-было село Лох. Мельница стала частью особо охраняемой природной территории регионального значения "Кудеярова пещера". Вокруг мельницы поставили деревянные столы, воздвигли русскую печь и тандыр в знак русско-азербайджанской дружбы в селе. В русской печи испекли пироги к приезду губернатора, а тандыр оказался нерабочим. Минприроды закупило дешевый, неподходящий кирпич.

Мельницу оборудовали видеонаблюдением и приставили к ней смотрителя. Турфирмы немедленно заинтересовались свежеотреставрированной достопримечательностью. Представители ведущих турфирм приехали поглядеть на мельницу вслед за губернатором. И в Лох повалили туристы. В пятницу, субботу и воскресенье каждый день приезжает по 3-4 автобуса. Часто большие школьные группы, человек по 80. С 8 утра туристы идут нескончаемым потоком. Художники и фотографы приезжают на пленэр. Организованы экскурсии в формате гастрономического тура и краеведческих экспедиций.

Об успехах мельницы в развитии сельского туризма глава района докладывал на заседании правительства Саратовской области в мае 2016 года. "Ребята,— отреагировал губернатор,— а давайте всем правительством поедем в Лох". Через две недели — губернатор, все министры, начальники департаментов и прочие — всего 60 человек — все правительство саратовской области погрузилось в два автобуса и приехало в село Лох на мельницу. Для всех этих людей, которые отказывали Марии Кислиной в помощи, писали письма о том, что мельница не представляет никакой ценности, губернатор провел экскурсию по мельнице. Радаева встречали хлебом и солью. Всех потенциально оппозиционных жителей, которых подозревали в том, что они могут кинуться министрам в ноги с просьбами, оттеснили. Но зато решили показать, наконец, губернатору разбойника Кудеяра. Местного жителя нарядили в Кудеяра, разбойничье средство передвижения — лошадку — привезли из Саратова. Кудеяр неторопливо разъезжал за деревьями, поигрывая булавой. Губернатор посмотрел и отвернулся, министры налегали на пироги, мельничное колесо крутилось, кудеярова лошадь ступила на свежеотстроенный мостик через Лошок и провалилась.

Юрий Карамзин кладет сыр в банки с оливковым маслом

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Шашлык и вечные ценности


Смотритель мельницы Владимир грустно вздыхает: "Нет, лично я могу прожить и без мельницы. Нет, а чего она должна меня вдохновлять? Что меня может вдохновлять за такую зарплату?" Владимира выбрали смотрителем только потому, что он ближе всех живет к мельнице. Даже ближе Дон Кихота. В его обязанности входит сидеть дома, смотреть в мониторы и пресекать попытки вандализма. При входе на мельницу написан его телефон. Поэтому, если туристы приезжают, а она закрыта, они могут ему позвонить. "Я как в монитор их вижу, телефон выключаю,— делится Владимир,— а чего, если там, например, два человека, напрягаться?"

Маша настояла на том, что вход на мельницу должен быть бесплатным. Чтобы местные жители всегда могли прийти — все-таки это их село. Смотрителя Владимира душит пробуждающийся внутренний предприниматель, и он не может на такую халяву спокойно смотреть.

"Сейчас заработать можно на чем угодно. Доллар-то сколько стоит! Вот хоть мангал поставить. Вот тебе мельница, а вот под колесом мангальчик такой стационарный,— Владимир мечтательно закатывает глаза,— бетонное основание, решеточка резная... шашлычок продавать. Тут тебе музей, тут шашлык".

"При чем тут доллар, не понимаю",— шепчет Мария.

Министр природных ресурсов области также не разделяет ориентировку Кислиных исключительно на культурные ценности. "Вот, Маша, ты в Третьяковке была? — спрашивает Марию Кислину министр.— Была. И где ты там видела бесплатный вход?"

Министерство природных ресурсов признало мельницу убыточной и надеется отдать ее кому-нибудь в аренду. Маша Кислина, которая потратила четыре года, чтобы добиться восстановления мельницы, обивала пороги всех возможных инстанций, со своим проектом создания музейно-туристического комплекса получила президентскую премию, победила в Международном молодежном проекте "100 идей для СНГ" и на Молодежном форуме приволжского федерального округа "Волга", которая пила на собственной свадьбе с индейцами из Северной Дакоты, не может даже водить гостей на мельницу. У нее нет ключей.

Министр культуры области Светлана Краснощекова не разделяла увлеченность губернатора мельницей. Аргументы, что создание маленького культурного центра поможет селу, ее не убеждали. В июле был назначен новый министр культуры Иван Кузьмин — бывший директор цирка. Через две недели после назначения он приехал в Лох.

"Маша, скажите, что вам нужно от Министерства культуры? — спрашивал министр.— Давайте передадим мельницу вам, на баланс вашего фонда. Нет, в аренду кому попало ее сдавать нельзя". Вопрос, кому достанется мельница, остается открытым. Кислины волнуются: что если мельницу все-таки передадут их фонду, а денег не дадут? Где тогда искать средства? Ту же зарплату смотрителю чем платить?

В этом году в Лоху столько вишни, что местные не успевают собирать

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Импульсы ренессанса


Жители села постепенно втягиваются в суматоху вокруг мельницы. Продают туристам пироги, яйца, молоко, самые смелые пускают на постой. Учительница местной школы Татьяна выиграла грант для малых предпринимателей от правительства области — 300 тысяч и строит в километре от мельницы у родника баньку.

"Она там землю арендовала, и, теперь кто на машинах приезжает, она плату за парковку просит. Ну что это за вообще! Люди к роднику подъехать не могут!" — возмущается Дон Кихот.

Бывший военный Василий приехал в Лох с женой несколько лет назад. Сам выбрал это место. "Саратовская область — красивая",— лаконично объясняет он. Василий с женой взяли опеку над тремя девочками. Детям было негде играть — детской площадки в селе не было. "Нужно сделать",— решил Василий.

Нина Кислина обсуждала с детьми на занятиях, какую они хотят площадку. Выбирали вместе самые необычные варианты. Остановились на деревянной — с мостиками, домиками, горкой, большими качелями-ладьей. Дети были в восторге.

"А ваши папы помогут ее строить? Кто сможет?" — спрашивала Нина Сергеевна. Дети смутились: "Мой папа не будет... и мой... а у меня нет папы..."

Площадку Василий строил один. Помогал ему только Сергей Кислин. Деньги дал мэр Саратова — 122 тысячи.

Теперь дети проводят на площадке все время. Видят Машу и кидаются к ней с объятиями: "Спасибо! Спасибо!" Русские и азербайджанские бабушки сидят на новых лавочках.

"Давайте восстановим последнюю деревянную водяную мельницу в области",— просила Маша чиновников. И получила ожидаемые ответы — мельница никакой ценности не представляет

"Вот хорошо! Теперь всегда знаешь, где ребенок,— делятся бабушки.— А то мы, помню, в советское время еще деньги собирали на площадку, да так ничего и не построили. И дети выросли. Мельницу восстановили — хорошо. Дети интересуются. Знают хоть, почему село так называется, и названия не стесняются больше. Кислины и летний кинотеатр нам обещали".

"Хорошую площадку построили,— говорит бородатый дедушка,— а я вот возьму и еще лучше построю".

Йог-геолог, который 37 раз останавливал сердце, взбудораженный начавшимся культурным движением, неожиданно открыл курсы йоги в местном клубе. По вечерам азербайджанские девушки подтягиваются туда со спортивными ковриками.

Есть в селе и свой художник. Александру Берестневу 70 лет, живет он на микроскопическую пенсию, картины складывает в сарай. Он плотно забит ими снизу доверху. Сквозь полотна прорастает виноград. Кислины провели в местном клубе его выставку. Местные ходили среди картин притихшие и обескураженные.

Приехал в Лох профессор Саратовского университета Валерий Виноградский. Социолог, изучает деревню. Ходит по селу с камерой и пристает к местным жителям с расспросами.

Каждое утро отправляется в гору с испанцем пасти коз.

"Приезжие меняют деревенский космос. В Лоху зарождаются импульсы крестьянского ренессанса",— втолковывает профессор испанцу.

"Каброн! — орет испанец убежавшему козлу.— Да это полный сеанс! Молока уже на всех не хватает".

Комментарии
Профиль пользователя