В сегодняшнем кризисе российской экономики виновны финансово-экономические власти страны. Об этом в интервью «Коммерсантъ FM» на Московском экономическом форуме заявила член комитета Госдумы по бюджету и налогам Оксана Дмитриева. Причины и пути выхода из кризиса она обсудила с ведущим радио новостей Анатолием Кузичевым.
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ / купить фото
— У меня к вам вопрос по поводу позитивного сценария экономики России: какой бы вы «диагноз» поставили экономике России, есть ли какие-либо теоретические позитивные сценарии ее развития в нынешнее модели?
— Теоретически, безусловно, есть. Опять же, тот кризис, в котором находится сейчас Россия, во-первых, локальный. Мировая экономика растет — Европа, Соединенные Штаты. Растут новые экономики — все, за исключением Бразилии. Во-вторых, он рукотворный. Он — следствие ошибок в управлении страной не только в условиях кризиса, но и до. Потому что девальвация рубля и его падение для экономики может быть фактором роста: тогда товары становятся более конкурентоспособны — как на экспорт, так и в порядке импортозамещения. Но при трех условиях девальвация может дать эффект роста экономики: если есть дешевый кредит, если есть налоговое стимулирование и если идет индексация денежных доходов граждан.
— А в 1998 году какие из этих трех условий были выполнены?
— Все три. Из резервов за счет дефицита стали выплачивать пенсии, была индексация денежных доходов граждан. Были налоговые стимулирования и наведение элементарного порядка с налогами. Тогда был принят, кстати, бюджетный кодекс, и он навел элементарный порядок с бюджетом, то есть были ликвидированы многочисленные финансовые аферы. Поэтому это как раз типичная схема обеспечения роста экономического — это то, что делал Примаков.
— А что у нас сейчас?
— У нас сейчас все с точностью наоборот, хотя ресурсов и возможностей гораздо больше. Во-первых, мы вошли в кризис с большим объемом золотовалютных резервов — они доходили до $500 млрд. Сейчас они снизились до $360 млрд. Во-вторых, все-таки цена на нефть опустилась до $30 за баррель, а в общем, на прошлый год — $53 за баррель. В этом году, может быть, даже к $60 поднимется. Это не $12 за баррель, что было в 1998 году у Примакова.
При этом, что существенно хуже — существенно хуже правительство, финансово-экономический блок и катастрофически хуже политика Центрального банка. Что они делают неправильно? Практически все. Нужно снижать налоги, чтобы дать предприятиям стимул к инвестированию, к расширению производства, а не к свертыванию. Что делает правительство? Оно их повышает, платежи по «Платону» — яркий пример. И так розничный товарооборот сократился на 10%, так его еще и «Платоном» надо задавить — первое. Второе — это переход к налогу на имущество по кадастровой стоимости. В разы увеличилось поступление от налога на имущество — это значит увеличение налога на бизнес. Дальше — обещание введения страховых платежей для малого бизнеса опять. То есть абсолютно неправильные вещи и никаких мер по снижению налогов. Далее по кредиту такая ошибка, которая войдет в экономическую историю, когда ключевая ставка была поднята до 17%. Потом она несколько снизилась. Тем не менее, именно она вызвала паралич экономики, абсолютную неуверенность всего бизнеса в завтрашнем дне.
— Скажите мне, вы говорите — кризис рукотворный. У него, соответственно, есть либо имя фамилия отчество, либо, по крайней мере, есть название той идеологии ил доктрины, которую они воплощают?
— Это была доктрина господина Кудрина — «Кудриномика». Но сейчас, если имя, фамилия и отчество — я считаю, что это Набиуллина, Шувалов, Улюкаев. Они разучились делать что-либо другое.
— Это ошибка, заблуждение? Или диверсия?
— У одних людей это ошибка, глупость и приверженность схемам, поскольку они ничего другого не знают. Но, безусловно, в каждом экономическом действии обязательно есть бенефициарий. Закон сохранения энергии в отношении денег действует точно так же. Деньги никуда не исчезают.
— Кто выгодоприобретатель от подобной политики наших экономических властей?
— Выгодоприобретатель, если в целом говорить, — конечно, консолидированный Запад. Вложениями средств резервных фондов в их ценные бумаги мы финансируем дефицит бюджета. Мы им нефть — они нам бумажки. И потом эти же бумажки мы им и возвращаем.
— Скажите, пожалуйста, если не конкретно имя, то, может быть, конкретную школу, конкретную группу, клуб, который мог бы сейчас сменить нынешнюю финансово-экономическую группу?
— Думаю, что вполне возможна команда, которая может сменить нынешнюю. Во-первых, наша команда, та, что вышла из «Справедливой России», я, мои коллеги — Иван Грачев, Иван Крутов. Есть программа Столыпинского клуба, есть люди, которые стоят за ее разработкой. Там тоже есть отдельные спорные положения, но, в целом, есть целый ряд предложений и механизмы, которые можно было бы задействовать.
— Мы уже подошли к тому краю, когда смена финансово-экономического блока правительства Российской Федерации совершенно неизбежна, или у нас есть еще какой-то запас то ли прочности, то ли терпения?
— Она была уже неизбежна давно, в кризис 2008-2009 годов. Потому что уже тогда было совершенно явно, что мы прошли кризис хуже всех стран большой двадцатки. Более того, из него не вышли по очень многим отраслям. И потом снова вошли в этот рукотворный кризис при самой высокой инфляции и самых высоких издержках на преодоление кризиса относительно ВВП. Самые высокие. Довольно много было потрачено Соединенными Штатами Америки — они заливали кризис деньгами, но мы заливали деньгами гораздо больше, причем лили не туда.
Дальше можно было ставить вопрос о смене финансово-экономического блока в 2013 году. Еще до всех внешнеполитических событий, на которые сейчас финансово-экономический блок явно или не явно любит сваливать все проблемы в экономике, уже в 2013 году был нулевой рост — это была стагнация, это был первый год стагнации. Фактически это был вообще лучший год чистого доказательства того, что весь финансово-экономический блок должен быть отправлен в отставку и должна быть сменена экономическая политика. Теперь что касается внешнего фактора. Ведь 2014 год за счет девальвации вышел в плюсе. Никто не обращает на это внимание, что 2013 год без Крыма, без санкций, без девальвации национальной валюты — нулевой рост. И 2014 все-таки вышел в плюсе за счет девальвации. Но потом подключилась Эльвира Набиуллина со своей ключевой ставкой в 17%, и в феврале экономика уже ушла в отрицательную зону. И до сих пор из нее не выбралась.