Коротко


Подробно

Фото: Василий Дерюгин / Коммерсантъ   |  купить фото

Кто на самом деле стоит за крахом «Донинвеста»?

Адвокаты совладельца финансовой структуры Александра Григорьева, который был арестован Ленинским районным судом Ростова на три с половиной месяца по обвинению в мошенничестве на 107 млн руб., полагают, что за этим уголовным преследованием следует поискать реальных заказчиков.


Дело с задержанием одного из собственников банка «Донинвест» Александра Григорьева, судя по всему, может в ближайшее время принять новый оборот: защитники бизнесмена Сергей Ахундзянов и Сергей Логинов уверяют, что в процессе расследования могут появиться новые и очень важные моменты, которые в состоянии пролить свет на реальные причины его задержания.

Александр Григорьев, напомним, был задержан 30 октября прошлого года в Москве — в ресторане на Новом Арбате, в тот же день его этапировали из столицы в Ростов-на-Дону, где Ленинский райсуд арестовал его до 2 апреля нынешнего года по обвинению в особо крупном мошенничестве на 107 млн руб., которые он якобы вывел из приобретенной им ранее финансовой структуры.

За две недели до этого тот же районный суд арестовал и двух бывших топ-менеджеров «Донинвеста» — экс-предправления «Донинвеста» Аллу Калитванскую и ее зама Светлану Гуленкову. Обеих дам обвинили также в мошенничестве — по версии следствия, они выдали ряд «заведомо безвозвратных кредитов фирмам-однодневкам» на общую сумму более чем в 1 млрд руб. Причем госпожа Калитванская, утверждают адвокаты Григорьева, напрямую связана с человеком, стоявшим у истоков создания «Донинвеста»,— Михаилом Парамоновым.

«Господа все давно в Парижах»

Последнее появление на публике в Ростовской области основателя финансово-промышленной группы «Донинвест» Михаила Парамонова, в которую входили и одноименный банк, и обанкротившийся автопроизводитель ТагАЗ, произошло в феврале 2012-го. Тогда он специально на один день приехал из Парижа, где проживает уже несколько лет, чтобы встретиться на заводе с губернатором Ростовской области Василием Голубевым.

В этом же году ТагАЗ был признан банкротом и сократил всех рабочих — 1300 человек.

ФПГ возникла в далеком 1991 году, многие связывали ее взлет с поддержкой руководства банка со стороны тогдашнего главы региона Владимира Чуба: через некоторое время банк «Донинвест» стал уполномоченным банком обладминистрации и мэрии Ростова-на-Дону, кредитовал сотни предприятий. Сама группа стала владельцем десятков активов, в том числе Таганрогского комбайнового завода и автобусного завода «Красный Аксай»: именно на базе последнего в 1995-м начали собирать Daewoo Espero и Daewoo Nexia, а через несколько лет на площадке комбайнового завода появился ТагАЗ.

Строительство современного завода обошлось в $320 млн, из которых 50 млн дал «Донинвест», 150 млн в виде кредита выделили корейцы, а остальную сумму в виде займов предоставили Сбербанк и областной бюджет.

Спустя год Daewoo отказалась поставлять комплектующие, пока завод не расплатится с уже существующими долгами. Конвейер стоял несколько месяцев, пока не был заключен договор с французской Citroеn. Базовый фургон Citroеn Berlingo стали собирать под российской маркой «Орион М». Но через несколько месяцев правительство РФ отменило льготный ввоз комплектующих, и завод снова встал на несколько месяцев. В 2001-м снова появился Hyundai, которому удалось настоять на 100%-ной предоплате, но в 2010-м он построил свой завод под Петербургом, и ТагАЗ перестал им быть интересен.

Сборка китайских Chery в 2008–2009 годах была последним аккордом «Донинвеста» Михаила Парамонова и закончилась в январе 2014 года, когда Арбитражный суд Ростовской области признал ТагАЗ банкротом.

Вскоре дела всей группы «Донинвест» пошли под откос. Сразу 12 банков-кредиторов потребовали вернуть выданные ТагАЗу 24 млрд руб. Даже невзирая на участие занимавшего на тот момент пост премьер-министра России Владимира Путина, проводившего в декабре 2011-го совещание, где обсуждался этот вопрос, после чего госбанки пошли навстречу автомобилестроителям, вытянуть предприятие из кризиса так и не удалось.

Тайна банка «Донинвест»

После банкротства ТагАЗа стал испытывать проблемы и системообразующий ростовский банк «Донинвест», чудом избежавший тогда банкротства. Новая администрация области прекратила с ним сотрудничество, а сам Михаил Парамонов (Forbes оценивал его состояние в 2008-м в $300 млн) предпочитал жить в своем особняке на острове в нижнем течении французской реки Сены.

По словам защитников Александра Григорьева, всеми банковскими проблемами занималась председатель правления КБ «Донинвест» Алла Калитванская, возглавлявшая банк практически с момента его создания, а решения по серьезным вопросам она, похоже, согласовывала лично с Михаилом Парамоновым.

Весной 2014 года она приехала в Москву в надежде найти на спасение банка 120 млн руб. — именно такую сумму «Донинвест» (это было незадолго до инициированной ЦБ РФ проверки, результатом которой стал запрет на проведение банком новых вкладов) обязан был выдать срочно своим вкладчикам и дружественным компаниям. Эта информация была известна многим в столичных банковских кругах, так как сам банк также продавался. Во многих местах был получен отказ.

И единственным, кого удалось «зацепить» Алле Калитванской, оказался, по его признанию, как раз-таки член правления банка «Западный» Александр Григорьев. Сам Григорьев до сих пор не понимает, как он мог согласиться выдать межбанковский кредит на 120 млн «Донинвесту», поскольку проверка специалистами «Западного» показала, что «Донинвест» — рискованный заемщик с плохим балансом.

Однако, как утверждают адвокаты Григорьева, тут могло сыграть свою роль мнение вице-президента «Западного» Григория Кулеши, давно знакомого с Калитванской.

К слову, Григорий Кулеша, перед тем как устроиться на работу в «Западном», трудился в должности замруководителя дочерней структуры Внешэкономбанка — «ВЭБ-инвеста», глава которого Алексей Шулепов подозревался в том, что умудрился втайне от головного офиса вывести из-под контроля госкорпорации Андрюшкинское золоторудное месторождение стоимостью около 1 млрд руб. Через неделю после выдачи «Донинвесту» кредита в 120 млн руб. под личное поручительство Григорьева Калитванская снова пришла к нему на встречу, заявив, что им не хватает еще 60–80 млн, которые необходимы для спасения банка.

Взамен Калитванская предложила оформить на эту сумму часть акций банка на Григорьева, однако акции ему «были уже не интересны», поскольку он «просто хотел вернуть вложенные деньги». Тогда Калитванская «для урегулирования всех спорных вопросов» организовала ему во Франции встречу с основателем «Донинвеста» Михаилом Парамоновым, который являлся реальным хозяином банка на тот момент.

Встреча состоялась в конце мая – начале июня 2014 года в одном из ресторанов Парижа, и на ней присутствовала и Алла Калитванская. Господин Парамонов сразу же сказал, что никакие долги и требования кредиторов его не интересуют, и ему, Григорьеву, не оставили иного выбора, кроме как взять банк в свои руки и попытаться выправить ситуацию.

А потом, через несколько месяцев после этой рискованной сделки, несмотря на отчаянные попытки нового собственника вытянуть банк из кризиса, регулятор отозвал у «Донинвеста» лицензию. Сказалась бездонная финансовая брешь, возникшая до него. Установив, что ряд операций проведен с явными признаками мошенничества, ЦБ РФ официально сообщил об этом в полицейское ведомство, после чего было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества, и под стражу взяли госпожу Калитванскую и ее заместителя Гуленкову.

«А затем, по необъяснимой логике, под каток расследования попал и новый владелец банка — Григорьев, который об этих операциях ничего не ведал и, соответственно, никуда не скрывался,— комментирует ситуацию председатель Ростовской областной коллегии адвокатов «Право вето» Михаил Тохмахов.— Как зачастую бывает в банковском бизнесе, за ошибки прежних собственников банка отвечать приходится новым совладельцам. Суд без особых разбирательств санкционировал арест Григорьева на целых полгода, пока следователи будут искать виноватых. Получается, что Парамонов спокойно живет во Франции, а Григорьев поплатился своей доверчивостью и теперь находится в СИЗО по обвинению в выводе из банка „Донинвест“ 107 млн руб. Хотя фактически он пытался спасти свои инвестиции и реанимировать банк».

КСТАТИ

Сегодня своей участи по экстрадиции в Россию ожидают или уже экстрадированы ряд экс-чиновников и банкиров. Это и бывший директор государственной компании «Росграница» Дмитрий Безделов, и владелец БТА-банка Мухтар Аблязов, которого обвиняют в мошенничестве на несколько миллиардов долларов. В списке запросов на экстрадицию находятся и беглый банкир и экс-сенатор Сергей Пугачев, а также бывший руководитель дочерней структуры Внешэкономбанка — «ВЭБ-инвест» — Алексей Шулепов, который, по некоторым данным, скрывается в Юго-Восточной Азии. Но, так или иначе, пока все они находились или находятся за границей, в России в следственных изоляторах и тюрьмах за них сидят другие, втянутые в круговорот незаконных сделок, проведенных их руководителями.



Комментарии

Наглядно

в регионе

обсуждение