Коротко

Новости

Подробно

Фото: Дмитрий Колпаков / Коммерсантъ

СМАРТС попал под домашний арест

по иску «дочки» МТС

Коммерсантъ (Самара) от

Арбитражный суд Самарской области арестовал акции четырех «дочек» СМАРТСа. Обеспечительные меры приняты в рамках разбирательства в Лондонском международном третейском суде, где МТС пытается принудить СМАРТС продать ей указанные компании. Юристы называют прецедентом то, что российский суд согласился наложить арест по делу международного коммерческого арбитража.


Арбитражный суд Самарской области удовлетворил ходатайство «дочки» МТС «Телеком-Поволжье» и наложил арест на акции «СМАРТС-Ульяновск», «СМАРТС-Йошкар-Ола», «СМАРТС–Саранск» и «СМАРТС-Пенза» (все четыре принадлежат СМАРТСу), говорится в опубликованном определении суда.

В конце декабря 2014 года «Телеком-Поволжье» сообщало, что купило у СМАРТСа компании «Пенза-GSM», «СМАРТС-Иваново» и «СМАРТС-Уфа» за 3,13 млрд руб. с учетом чистого долга (размер не раскрывался). Из определения суда следует, что тогда же СМАРТС обязался продать «Телеком-Поволжью» еще четыре компании (их акции сейчас арестовали), но не сделал этого в установленный срок. В конце декабря 2015 года «Телеком-Поволжье» попросило Лондонский международный третейский суд (по договору, отношения сторон регулируются английским правом, а споры разрешаются в этом арбитраже) обязать Bolaro Investments Ltd. (владеет 15 % СМАРТСа), сам СМАРТС, а также Геннадия Кирюшина (вместе с детьми владеет 61,925 % СМАРТСа) как поручителя продавцов исполнить обязательства. Также Высокий суд правосудия Англии и Уэльса принял обеспечительные меры и запретил ответчику продавать или как-либо отчуждать акции четырех компаний. Однако привести решение в исполнение в России было невозможно, поэтому «Телеком-Поволжье» обратилось в отечественные суды. В обоснование необходимости обеспечительных мер среди прочего указывалось, что в письме СМАРТС сообщил «Телеком-Поволжью» о предложениях по приобретению акций от других покупателей, из чего сделан вывод, что ответчик может совершить действия по отчуждению акций третьим лицам. «Телеком-Поволжье» также ссылается на публикацию в газете «Ведомости», из которой следует, что ответчики считают согласованную год назад и записанную в договоре цену купли-продажи заниженной и не намерены исполнять договор, что «активами СМАРТС интересуются другие претенденты, которые готовы заплатить больше». Соглашаясь с этими доводами, Арбитражный суд Самарской области учитывал также, что заявитель предоставил встречное обеспечение в виде гарантий МТС на сумму 185 млн руб. В МТС не уточнили, из чего складывалась сумма, как и цену, которую они готовились заплатить за четыре актива СМАРТСа. В иске в Лондонский международный третейский суд «Телеком-Поволжье» предварительно оценивало убыток от нарушения продавцами договора и сорвавшейся сделки не менее чем в $35 млн (2,7 млрд руб.).

СМАРТС долгое время пытались продать целиком, но этому мешало то, что на часть его акций (до 32,075 %) претендовала компания «Сигма Капитал Партнерз», которая еще в 2005 году перекупила у ВЭБа долг, обеспеченный акциями компании. В итоге филиалы СМАРТСа начали выделять в отдельные компании и продавать по одной. Помимо МТС активы у СМАРТСа покупали «ВымпелКом» и «МегаФон». Там не комментируют, интересны ли им арестованные «дочки» СМАРТСа. Геннадий Кирюшин заявил, что они намерены «бороться, чтобы сняли обеспечительные меры».

По словам партнера юридической фирмы «Кульков, Колотилов и партнеры» Олега Колотилова, для сохранения акций в натуре непосредственного смысла в аресте активов в Лондоне не было, поскольку такие решения в России принудительно не исполняются (хотя отчуждение акций в нарушение арестов могло бы служить основанием для взыскания убытков по английскому праву). И его, и Сергея Усоскина из юридической фирмы Double Bridge Law удивило, что в текущем определении суда спор в отношении купли-продажи акций в российских компаниях, переданный на рассмотрение иностранного арбитража, был признан арбитрабельным, то есть подлежащим рассмотрению в коммерческом арбитраже. «Во‑первых, это один из немногих случаев, когда российский суд вообще принял обеспечительные меры в поддержку третейского разбирательства. Во‑вторых, ранее суды приходили к выводу, что споры о праве собственности на акции российских обществ неподведомственны третейским судам», — перечисляет Сергей Усоскин. Он добавляет, что интерес вызывает и само содержание обеспечительных мер. «Редко когда арестовывается имущество не для обеспечения взыскания убытков или долга, а для понуждения лица исполнить сделку», — говорит он.

Анна Балашова, Анна Занина


Комментарии

обсуждение

Наглядно

Профиль пользователя