«Расхождения в созданной США коалиции становятся все более заметными»

Саудиты возглавили новый альянс по борьбе с терроризмом

Саудовская Аравия создала свою коалицию по борьбе с «Исламским государством». Заявление опубликовало Saudi Press Agency. В военный антитеррористический альянс вошли 34 страны, среди которых Катар, Иордания, Турция и Египет. Штаб коалиции будет открыт в Эр-Рияде. Цель объединения — «защитить исламские нации от зла ​​всех террористических групп, независимо от их названий», говорится в сообщении. По данным телеканала «Аль-Арабия», коалиция была сформирована за последние 72 часа. Политолог и востоковед Карине Геворгян обсудила тему с ведущим «Коммерсантъ FM» Алексеем Корнеевым.

Фото: Saudi Press Agency/Handout via Reuters ATTENTION EDITORS - THIS PICTURE WAS PROVIDED BY A THIRD PARTY. REUTERS IS UNABLE, Reuters

— Как вы думаете, почему так быстро, за 72 часа, 34 государства нашли общий язык? Или какие-то переговоры были раньше?

— Я напоминаю, что ОАЭ, которые собственно и выступили инициаторами создания «Исламской коалиции против терроризма», так это называется, достаточно конфликтно выступали против Вашингтона и даже прерывали свое участие в бомбардировках позиций ДАИШ. В общем, эти расхождения в большой коалиции, созданной Соединенными Штатами, становятся все более заметными. В данном случае мне представляется, что, несмотря на то, что Турция сейчас не называется в первых рядах, главная задача именно «Исламской коалиции» — освободить Мосул. Их предложение Вашингтону пока еще не принято. Они же предлагают вооружить суннитские племена юга Ирака, и Вашингтон этому делу противится. Мы наблюдаем, что в товарищах согласия пока, видимо, нет, и это несогласие как-то углубляется, потому что каждый пытается играть в свою игру.

— То есть у коалиции есть еще какие-то свои задачи?

— Да.

— Видимо, и задачи в самой Сирии? Потому что мы знаем, в коалицию не вошел Иран — в общем, ожидаемо, сложные отношения, учитывая Эр-Рияд и Иран. Значит ли это, что коалиция будет более активно содействовать свержению Асада? Может такое быть, что и эта задача стоит перед ними?

— Если можно так выразиться, это суннитская коалиция. Иран — все-таки шиитская страна, и, в данном случае, большинство из религиозных деятелей упомянутых стран считают Иран и иранцев еретиками, которых следует уничтожить в первую очередь, они не стесняются об этом говорить. Поэтому то, что там нет Ирана, — это абсолютно закономерно. Кроме всего прочего, власть в Ираке, в основном, центральная, в Багдаде принадлежит шиитам.

Несмотря на то, что нынешний иракский премьер Аль-Абади пытается увеличить присутствие суннитов в правительстве, многие суннитские племена, в том числе юга Ирака, считают эту деятельность недостаточной. Из-за этого, надо сказать, большая часть суннитских племен именно юга Ирака присоединилась к ДАИШ. Теперь Саудовская Аравия и ее союзники предлагают перетянуть эти племена, как бы оторвать их от ДАИШ и тем самым использовать их потенциал в борьбе против него. Но вы сами понимаете, что в такой ситуации это достаточно сложно сделать. В общем, можно сказать, что это некоторый бунт на корабле западной коалиции, в которую входили и некоторые из этих стран в том числе.

— Ну да, 65 стран за исключением определенных стран, 30 стран этой коалиции, более 90 стран, с одной стороны, а с другой стороны Россия и Сирия. Значит ли это, что мы играем в какую-то не очень равную игру и остаемся в одиночестве?

— Это политические действия, и мы видели, что военная работа, если можно так выразиться, война — это тоже работа западной коалиции, как мы видели, не была эффективной. Наверное, уже на уровне домохозяек мы понимаем, что их задачей было не столько уничтожение ДАИШ, сколько его сдерживание, сколько манипуляция этим фактором в регионе для того, чтобы полностью переформатировать регион. Когда-то в начале нулевых, я точно не скажу, в 2006 году некоторые серьезные политические деятели в США откровенно заявляли, что Ближний Восток должна ожидать судьба Советского Союза — полный распад, полное переформатирование. Эти планы не сданы в архив, поэтому в данном случае они скорее используют ДАИШ.

Если Россия отстаивает некоторые свои интересы на поверхности, об этом говорит президент Путин, о том, что там воюют представители из стран бывшего Советского Союза, в том числе из России — они могут вернуться, это понятно, это очень весомый аргумент.

Но у России как у большой державы с большими экономическими, политическими интересами и так далее есть свои интересы сохранения позиций в этом регионе. Наши действия, на самом деле, действительно очень эффективны.

Они неэффективны в сфере пиара. Но согласитесь, то, что происходит на земле, то, что происходит в реальности, и то, что происходит в виртуальном пространстве, — это две большие разницы, как в Одессе говорят. Наши позиции достаточно сильны, мы действуем эффективно. Эта новая «Исламская коалиция», которая создана, — попытка некоего предложения, я думаю. Здесь они оставляют некую лазейку тем же Соединенным Штатам, несмотря на тот внутренний конфликт, о котором я говорила, для того, чтобы показать, что это тоже не будет некоторым фактором сдерживания успехов России на пространстве Ближнего и Среднего Востока.

— Как вы думаете, найдет Россия общий язык со странами коалиции, учитывая сложные отношения, в том числе и с саудитами? Так как саудиты были, в общем-то, не рады тому, что Россия начала свою военную операцию в Сирию. Другие страны, которые в этой коалиции, не будут ли тоже под влиянием Саудовской Аравии неким образом выражать свое недовольство позицией или действиями России в Сирии, там много стран?

— Здесь я вижу некоторое запрограммированное расхождение в риторике. Существует дипломатическая риторика. Естественно, на высоком дипломатическом уровне все должны говорить, что мы против всего плохого и за все хорошее — то есть никто не может сказать, я вот за тех, кто режет головы. Это пока еще непристойно. Это дипломатический уровень.

Но на уровне экспертном, с моей точки зрения, Россия и не особо нуждается в том, чтобы объединяться с этой коалицией. Потому что понятно, что, во-первых, там действительно в товарищах согласия нет и не будет, и это несогласие будет углубляться, потому что очень интересно: с одной стороны, вроде бы турки вошли в регион, в Ирак ввели свои дополнительные контингенты, там уже и так есть их базы. Тем не менее, они ввели дополнительный контингент, Ирак воспротивился, вопрос поднимался в ООН и так далее. Теперь Саудовская Аравия, несмотря на то, что поддерживает хорошие отношения с Турцией, хотя у Турции с Катаром еще более хорошие отношения, там есть внутренние конфликты между Катаром и Саудовской Аравией. Та же Саудовская Аравия и Объединенные Эмираты не хотели бы, чтобы у Турции возникли слишком сильные позиции. Они пытаются тоже в этом участвовать для того, чтобы не дать Турции усилиться на этом пространстве.

Это такой, получается, слоеный пирог. Все они понимают, что задача Соединенных Штатов — ослабить суверенитет их всех вместе взятых. Это осознание тоже есть. Но порвать с Соединенными Штатами, учитывая, что именно США пользуются вооружением, которое они у них закупают, они пока не могут.

Осознание того, что США не заинтересованы в том, чтобы эти государства обладали сильным суверенитетом и большими зонами влияния, у них есть, и они пытаются тоже урвать свое.

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...