«Городская администрация делает меня бомжом на моей родине»

В Новом Уренгое жители аварийных домов протестуют против выселения без предоставления альтернативного жилья

Власти Нового Уренгоя планируют выселить жителей нескольких многоквартирных домов без предоставления им другого жилья. Двухэтажные деревянные дома, о которых идет речь, были построены еще в советское время в качестве временного жилья для работников различных предприятий города. После вступления в силу Жилищного кодекса РФ в 2005 году, когда все дома, находившиеся в собственности предприятий, автоматически перешли на баланс муниципальных образований, эти дома также были переданы городу. Теперь местные власти планируют их снести как ветхие и аварийные. Несколько десятков новоуренгойских семей, которым фактически грозит выселение на улицу, организовали несколько митингов протеста и написали коллективное обращение к президенту. Городские власти утверждают, что законных прав на получение иного жилья у этих людей нет.

Фото: Евгений Курсков, Коммерсантъ

25 октября в Новом Уренгое прошел уже третий митинг жителей домов, которые мэрия определила под снос. Их жильцы остаются без крыши над головой прямо накануне зимы. По словам организатора митинга Жанны Белик, на этот раз на улицу люди вышли после того, как сотрудники полиции начали наносить визиты к тем из них, кто подписал коллективное обращение на имя президента Владимира Путина. Полицейские пытались брать с жильцов письменные объяснения в связи с обращением. Объяснять, по мнению местной жительницы Надежды Каштановой, нечего: «Сколько лет мы здесь прожили, и теперь зимой нас на улицу выкидывают. Мы планируем шествие до администрации города. Не поможет — устроим голодовку».

Власти Нового Уренгоя включили в программу сноса 23 аварийных дома. Один из них, по данным администрации, уже снесен, пять готовят к демонтажу, а жильцы, с которыми ведется досудебная и судебная работа по выселению, остаются в 15 домах. По словам жильцов, под угрозой выселения без предоставления другого жилья находятся несколько десятков семей. Квартиры в этих домах люди получали от предприятий, на которых работали, еще в девяностые годы, а то и в советские времена. После того как дома перешли в собственность города, администрация отказалась заключать договоры социального найма с людьми, которые прожили и проработали в Новом Уренгое по пятнадцать-двадцать лет, имели ордера на квартиру на руках и прописку в паспорте: «Всем, кто пошел менять ордер на договор после 2008 года, отказывали и говорили: идите в суд и там отстаивайте свои права»,— рассказывает Жанна Белик. Но добиться положительного решения через суд у жителей этих домов не получилось: суд счел их ордера, полученные от предприятий, недействительными.

Впрочем, и тем, кто все-таки смог заключить договор социального найма, зачастую повезло немногим больше, чем остальным выселенцам: Римме Зинатовой в качестве жилья предложили квартиру в доме, который, по ее словам, оказался не лучше предыдущего: «Аварийное жилье, на которое нет акта о вводе в эксплуатацию. Стены промерзают, трещины по несущим стенам, плесень и грибок, а система канализации вентилируется в жилое помещение». У нее на руках решение прокурорской проверки и заключение от Роспотребнадзора, которые признают этот дом непригодным для жизни, и тем не менее городские власти пытаются вселить ее в принудительном порядке, отказываясь предоставлять другое жилье. Но если ей жилье все-таки предлагают, то обитателей 23 аварийных домов городские власти и вовсе планируют выселить на улицу.

Заместитель главы администрации Нового Уренгоя Андрей Мартынов в ответе на запрос “Ъ” подтвердил, что дома, ранее находившиеся в собственности различных предприятий, действительно были переданы в жилищный фонд города и теперь готовятся к сносу «в рамках программы переселения из ветхого, аварийного и травмоопасного жилья». При этом администрация города считает, что «ведомственные ордера», которые были получены жильцами от предприятий и городских служб, «не являются документами, подтверждающими право на жилое помещение», выдавались жильцам без учета требований жилищного законодательства и имеют не установленную законодательством форму. Признать такой ордер соответствующим законодательству может только суд, сообщает господин Мартынов. Администрация города, по его словам, «вынуждена обращаться в суд с требованием о снятии жильцов с регистрационного учета и их выселении», если у них нет документов, подтверждающих право пользования жилым помещением, а суд в таком праве им отказал.

Как следует из материалов, полученных “Ъ” от администрации Нового Уренгоя, как минимум в одном случае суд пошел навстречу жильцам. 8 октября 2015 года было принято судебное решение о признании права пользования помещением квартиры №15 в доме по адресу СМП-700, д. 46. При этом на 14 октября дом значился в списке зданий, которые готовят к демонтажу.

По словам местной жительницы Надежды Каштановой, обитатели домов, подлежащих сносу,— это в основном работники бюджетной сферы, которые не могут позволить себе купить квартиру или снять ее по рыночной цене. Несколько десятков семей, часть из которых многодетные, прожили в этих домах по пятнадцать-двадцать лет. «Я ветеран труда, мать троих детей, в этом доме прожила двадцать один год и проработала в больнице все это время. Имею ордер, прописку, стою во всех очередях на квартиру, а мне говорят, что я проживаю незаконно. Городская администрация делает меня бомжом на моей родине»,— рассказывает Надежда Каштанова. Ее сосед Сергей Гончаров, которого также планируют выселить, вместе с женой, дочкой и внучкой, живет в квартале СМП-700 в доме 47 с 1995 года. По этому адресу он прописан вместе со своей семьей и имеет ордер на квартиру, но уже пять лет не может заключить договор социального найма: «Я с 1996 года работаю в пожарной охране, но наша администрация говорит мне, что двадцать лет проработать на Севере, чтобы получить квартиру,— это еще не срок, люди и побольше работают».

На протяжении последних лет жильцы неоднократно судились за право заключить договор социального найма, но каждый раз проигрывали: суд, по словам жильцов, всякий раз приходил к выводу, что раз они получили квартиры от предприятий, а не от города, то их ордера сейчас законной силы не имеют. Нынешней осенью жильцы перешли к активному протесту: написали обращение к президенту России, пикетировали Следственный комитет в Москве, провели несколько митингов в Новом Уренгое — последний состоялся в минувшее воскресенье. Но протесты жильцов на планы городской администрации по сносу домов не повлияли: по их словам, уже 1 октября компания «Уренгойтеплогенерация» отключила отопление и горячую воду в части подлежащих сносу домов. Спустя две недели отключили и электроэнергию, оставив жильцов без последнего источника тепла в виде обогревателей. В условиях Крайнего Севера, где столбик термометра в октябре ночью регулярно опускается ниже -10 градусов, это становится катастрофой: «У меня пятеро детей, одному ребенку два года, мои дети замерзают и болеют. Жилья мне не предоставляют, мотивируя тем, что для меня как для многодетной матери нет подходящей жилплощади»,— рассказывает жительница одного из определенных под снос домов Оксана Абасова. По словам жильцов, уже почти месяц они и их дети перестали снимать дома верхнюю одежду и спят одетыми, а после отключения электричества некоторым из них пришлось отправляться на ночь в ночлежку для бездомных.

Администрация Нового Уренгоя утверждает, что «до вступления в законную силу решений суда о выселении граждан без правоустанавливающих документов отключение аварийных жилых домов не производится. Однако бывают случаи, когда управляющими компаниями из-за критического состояния внутридомовых сетей, их износа и аварийного состояния, а также невозможности проведения ремонтно-восстановительных работ в целях сохранения безопасности проживающих там граждан принимают решения о приостановлении предоставления коммунальной услуги по горячему водоснабжению». Другие услуги, по данным господина Мартынова, предоставляются до полного расселения. По данным мэрии, из 11 подлежащих сносу домов, в которых на сегодняшний день остаются жильцы, в семи домах отключено горячее водоснабжение — в большинстве случаев это произошло еще весной и летом этого года. В одном доме, по адресу Набережная, д. 52а, с 29 сентября отключено теплоснабжение, хотя с жильцами все еще ведется «досудебная и судебная работа по выселению».

Адвокат Московской коллегии адвокатов «Князев и партнеры» Зиннур Зиннятуллин пояснил “Ъ”, что требования жильцов обоснованны, так как право на проживание у них есть на основании хоть и не заключенного, но юридически закрепленного договора социального найма: «При выселении суд должен признавать уже сложившиеся отношения между жильцами и городом. Если у них есть прописка, это подтверждает их право на проживание, поэтому здесь действует правило Жилищного кодекса: нельзя выселять граждан из жилого помещения без предоставления другого жилья, даже если оно подлежит сносу». Юрист отметил, что отключение от тепла и энергоснабжения также является нарушением: «Пока гражданам не предоставили другого жилья, отключения незаконны».

Юрист коллегии адвокатов Москвы «Совет столичных адвокатов» Сергей Комаров, который специализируется на вопросах незаконного выселения, пояснил “Ъ”, что проблема очень распространена в России: несмотря на Жилищный кодекс, в регионах подобные вопросы регулируют местные нормативные акты. «Местные власти пользуются непроработанностью жилищного законодательства, в котором очень много лазеек,— говорит господин Комаров.— Например, на федеральном уровне не урегулирован правовой статус жилья, которое было передано в городской фонд от предприятий. Поэтому на региональном уровне каждая власть решает этот вопрос по-своему». Решить вопрос через суд в таких случаях практически невозможно, поэтому юрист рекомендует выселенцам обращаться в прокуратуру или администрацию президента.

Михаил Беляев

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...