Коротко

Новости

Подробно

Фото: Александр Чиженок / Коммерсантъ   |  купить фото

Антон Носик: «У Следственного комитета в данный момент ко мне нет претензий»

СК начал проверку записей блогера Антона Носика о конфликте в Сирии

от

Следственный комитет проверяет на экстремизм высказывания Антона Носика о Сирии. 1 октября блогер опубликовал на своей страничке в «Живом журнале» текст под заголовком «Стереть Сирию с лица земли». Как сообщили ТАСС в Следственном комитете Москвы, статья может содержать сведения, направленные на возбуждение ненависти и вражды по национальному признаку. Процессуальное решение будет принято по результатам экспертизы, отметили в СК. Блогер Антон Носик ответил на вопросы ведущего «Коммерсантъ FM» Петра Косенко.


— Вы уже получили какие-то официальные уведомления, или все из прессы узнали?

— Почему из прессы? Я узнал из того же пресс-релиза, что и вы, на сайте Следственного комитета. И он произносит три фразы, из этих трех фраз видно, что мое участие на стадии доследственной проверки не предусматривается, там будут какие-то эксперты разбираться с написанным текстом.

— Если можно, далеко же не все, наверное, читали эту вашу статью, назовем ее так, в чем, как вам лично кажется, претензии Следственного комитета?

— У Следственного комитета в данный момент нет претензий. Там в первый раз на моей памяти использована обтекаемая формулировка, что экстремизм в моем тексте, возможно, содержится, и совершено четко указано, что у самого Следственного комитета по этому поводу собственного мнения нет.

— Понятно, то есть это проверка, да?

— Да.

— У вас есть представители, адвокаты, которые в случае, если проверка покажет, что содержится экстремизм, там до трех лет, по-моему, или до четырех лет лишения свободы, как-то уже вы готовитесь?

— Нет, совершенно нет.

— А почему? Вы уверены, что экспертиза покажет, что нет признаков экстремизма в тексте?

— Такие времена, когда ни в чем нельзя быть уверенным, а уж тем более в их экспертизе. Достаточно вспомнить, что они ходили в суд двух инстанций, требуя признать экстремистской литературой индийскую поэму «Бхагавад-Гита», которой 2,5 тыс. лет, за конкретное высказывание господина Кришны. Так что, в общем, я верю в неограниченные возможности этих экспертов, но, кстати, они проиграли оба суда.

— Нет, но вы-то тоже не Кришна, Антон, давайте уж смотреть на вещи здраво.

— Нет, я, безусловно, не Кришна, но Сирия не обладает признаками национальной, религиозной, половой или любой другой принадлежности. Сирия — это государственное образование. Государственным образованиям свойственно исчезать с лица Земли под воздействием гражданских войн и внешних агрессий. Мы это за нашу с вами жизнь видели довольно много раз. Например, это случилось с Восточным Пакистаном, это случилось с Южным Вьетнамом, это случилось с Объединенным Суданом, это случилось с Объединенной Арабской Республикой, в которую, кстати, входила Сирия. Объединенная Арабская Республика была стерта с лица Земли, возникли на ее месте Сирия и Египет, два раздельных государства. Так что ненависть или вражду к государственному образованию подтаскивать под какие-то национальные, религиозные признаки мне кажется совершенно неуместным.

— К чему вы в итоге призывали в этом своем тексте, в чем был смысл, в чем идея была?

— Идея очень простая. На протяжении всего 60-летия своего существования Сирия несла горе и смерть окружающим ее народам, совершила бесчисленное множество актов агрессии, поддерживала терроризм. Сегодня, в последние четыре года, гражданская война происходит на территории самой Сирии. И смерть из границ этого государства экспортируется наружу, и я в этом не вижу никакой большой трагедии. Мне кажется, гораздо большая трагедия была, когда Сирия эту смерть экспортировала, например, в Ливан.

— Скажите, пожалуйста, эта ваша позиция, вы вообще с какой позиции выступали? С позиции человека, который анализирует исторические аспекты, или с позиции, например, гражданина Израиля, коим вы являетесь?

— А какая разница? Мое личное мнение сформировано множеством факторов, в частности и тем, что я знаю из истории, какими-то моими личными симпатиями. Это по-прежнему мое личное мнение и оценочное суждение. Касается оно не какого-то народа, не какого-то вероисповедания, не какой-то группы лиц, объединенной признаком, она касается определенного государства и его агрессивной политики. И история этого государства, созданного сирийскими нацистами и беглыми нацистами из Европы, которым там широко давали прибежище, и таланты которых использовались при построении государственных структур. Вообще, достаточно прочесть одну статью в «Википедии» про историю Сирии, чтобы волосы на голове встали дыбом, и никакого сочувствия к этому государственному образованию бы не осталось. Повторяю, я говорю о государственном образовании.

— Вы говорите о государственном образовании, но все дело в том, что вы, как многим показалось, вступаете в заочную, тем не менее, полемику между арабами и израильтянами, потому что точно те же самые обвинения, которые вы высказываете в отношении Сирии, большинство арабских стран высказывают в отношении Израиля.

— Какое вообще имеют арабские страны отношение к тому, что в Москве Следственный комитет проверяет москвича и гражданина Российской Федерации, здесь родившегося и прожившего жизнь? Давайте оставим арабские страны в покое. У меня к арабским странам никаких таких огульных вопросов нет. Я езжу с большим удовольствием в Иорданию. Много раз был в Египте, так что совершенно не вопрос арабских стран, арабской национальности, арабского языка, исламского вероисповедания, вообще нет.

— Хорошо, Антон, давайте тогда все-таки о конкретике. В том случае если Следственный комитет признает этот текст экстремистским, какая ваша будет дальнейшая позиция, как вы собираетесь действовать?

— Как вы совершенно верно заметили, я должен буду обратиться к профессиональным юристам, нанять защитника и пойти в суд доказывать, что заключение противоречит известным фактам в деле, собственно, чем я и займусь, если до этого дойдет.

Комментарии
Профиль пользователя