Коротко


Подробно

Фото: Григорий Собченко / Коммерсантъ   |  купить фото

«Будем общими усилиями менять ментальность чиновничества»

Вице-премьер Юрий Трутнев в интервью «Коммерсантъ FM»

от

Главная проблема в развитии Дальнего Востока — сопротивление местных властей. Об этом в интервью «Коммерсантъ FM» заявил вице-премьер и полпред президента в Дальневосточном округе Юрий Трутнев. Перспективы региона и препятствия в их реализации он обсудил с ведущим «Коммерсантъ FM» Анатолием Кузичевым.


— Сначала несколько вопросов общего характера, я видел ваш комментарий, и статья была озаглавлена так: «Новая экономическая политика на Дальнем Востоке». Она в чем новая?

— Она новая в уровне конкурентности прежде всего. Дело в том, что когда мы говорим о привлечении инвестиций, то мы должны создать конкурентное пространство. Развивать Дальний Восток для любой территории только за счет бюджетных денег – абсолютно бессмысленно и неэффективно. Надо делать так, чтобы частным компаниям было выгодно вкладывать сюда деньги. Для этого надо подбирать соответствующие налоговые режимы, создавать преференции в административных процедурах, помогать строить инфраструктуру — все это предусмотрено в целом комплексом законов.

Мы за этот год приняли закон о территориях опережающего развития, закон о свободном порте Владивосток. Мы запустили Фонд развития Дальнего Востока, мы отработали механизм инвестиционной поддержки инфраструктурных проектов, и знаете, об этом можно было говорить до форума, просто так вот, что мы это делаем. А после форума я могу сказать, что это работает, потому что полный зал, потому что приехала 31 страна мира, потому что целая масса бизнесменов крупнейших компаний приехали за тем, чтобы работать на территории Дальнего Востока. Значит, мы что-то изменили в конкуренции, значит, то, что до этого было невыгодно, становится выгодным. Вот об этом речь.

— Можно уже говорить, хотя бы по первым общим ощущениям, что идея с ТОРами себя оправдывает, и можно будет потом, возможно, этот передовой восточный опыт перенести на всю страну?

— Идея себя точно оправдывает по той причине, о которой я вам уже сказал: приехали инвесторы, обсуждаются контракты, подписано более чем на 1 трлн руб. соглашений в течение форума. Но я бы все-таки не спешил сейчас давать такие победные реляции, потому что для того, чтобы сказать, что ТОРы точно работают, надо построить на них предприятия, пустить их в действие, запустить на работу людей, вот тогда мы скажем, что ура, это работает! Но это невозможно сделать, подписав документы в правительстве, это надо сделать в поле.

Эта полевая работа по части территорий уже началась, но она потребует реально там где-то полутора, где-то 2–3 лет. Сейчас для нас один из главных вызовов — это контролировать полевую работу, найти для нее очень правильных людей, которые бы берегли каждый бюджетный рубль, не воровали ничего, и быстро и эффективно строили инфраструктуру, создавали территории, помогали предпринимателям запускать предприятия. Вот, собственно говоря, главная история, поэтому…

— Самое интригующее в этой истории, конечно, поняли, да, на что все обратили внимание и о чем все переспросят вас, вернее, моими устами — а как, чтобы не воровали-то?

— А мы умные, знаете, может, со стороны не видно, но вот, например, там, где деньги идут на поддержку инвестиционных проектов, мы их просто чиновникам никаким в руки не дадим, они не будут распоряжаться никакими деньгами. Вот если условно вы инвестор, и вы хотите построить предприятие на Дальнем Востоке, а к нему надо провести отрезок железной дороги, например, первое – это не может быть больше 10% от вашего объема инвестиций, у нас сегодня мультипликатор такой, мы сегодня работаем на этом уровне, и нас все устраивает. У нас там от 9 до 11-12 болтается, соответственно, как вы считаете, если вы будете расходовать миллиард, а мы вам дадим 100 млн для того, чтобы вы построили железную дорогу для запуска проекта стоимостью 1 млрд, вы захотите из этих 100 млн что-то украсть, чтобы погубить собственный 1 млрд инвестиций?

— В общем, это будет парадоксальным подходом.

— Это будет немножко странновато, правда?

— Согласен.

— Поэтому самому у себя воровать — странная история. И более того, даже если внезапно у вас произойдет что-то с деятельностью, скажем так, нервной системы, вы почему-то решите это сделать, то мы с вас эти деньги сдерем, это сразу же будет записано в соглашении. Мы просто у вас их отберем, и на этом вся история закончится, потому что мы же будем иметь дело не с чиновником, мы будем дело с предпринимателем, у которого есть активы и с которым мы можем подписать соглашение, гарантией обеспечить, да. Поэтому не летает, здесь воровать ничего не удастся.

— Понятно. Про ТОРы вы сказали, что рано какие-то еще делать выводы, есть основания, как бы сказать, сдержанный оптимизм, считать, что это хорошая идея. А про форум, два рабочих дня полноценных уже прошли, про форум можно сказать, что он состоялся, давайте уже так потихоньку подводить итоги его, если это возможно?

— Подводить итоги будем, когда он закончится, но вот итоги такие: на форум заявилось в пять раз больше людей, чем мы приглашали. Это вызвало определенную сутолоку, но самый главный позитивный момент — то, что людям интересно. Это значит, что мы нашли правильное место и правильное время. Я не думаю, что вот мы бы ничего не делали, и год назад без всех этих законов все бы приехали сюда.

Сейчас, когда мы форум готовили, мы начали его готовить только за три месяца, так получилось, нам все говорили: «Вы людей не соберете, потому что руководители крупных компаний не внесут изменения в свои графики, они их планируют за полгода, год вперед». Внесли. Самым удивительным для нас моментом было то, что графики поменяли и руководители крупнейших компаний Азии, Европы, других континентов, просто взяли и приехали. Это значит, что направление правильное. Это не вызывает такой эйфории, что ура, все получилось, ничего еще не получилось, мы только начали двигаться, пошли в ту сторону. Вот мы пока вот это так оцениваем. То есть мы не считаем, что мы победили, мы считаем, что мы в правильную сторону пошли.

— Какая главная проблема на этом пути?

— Главная проблема в развитии?

— Ну да, там инфраструктурная, объективная в виде экономических наших обстоятельств, регуляторная?

— Нет, самая главная проблема другая. Главная проблема, что все чиновники, у которых мы отбираем административные полномочия, выгоняем из цепочки принятия решений, заставляем работать быстрее, будут нам сопротивляться. Мы прекрасно это понимаем.

— А это все чиновники? То есть получается, что вы вообще сейчас замахнулись на то, чтобы изменить в принципе идеологию чиновничества?

— В восточной части Российской Федерации — да. Ответ — да. И я понимаю всю сложность этой задачи, и я поэтому ее назвал главным фактором. Да, построим мы инфраструктуру, и все остальные вопросы тоже решим, экономические модели мы создадим, нет здесь никаких сомнений. А вот с менталитетом я понимаю, что задача намного более сложная. Вы знаете, здесь будем, естественно, уповать на поддержку и доверие со стороны президента Российской Федерации, потому что моего ресурса здесь точно не хватит, но, вы видели его сегодня выступление, он точно настроен на то, чтобы Дальний Восток развивался, он понимает, что здесь нужны неординарные решения, нужны иногда достаточно резкие действия.

Вот будем общими усилиями изменять ментальность чиновничества, ну нет другого способа, понимаете, невозможно создать свободный морской порт, если таможня будет проходить там неделю, это невозможно, мы ни у кого не выиграем. Значит, надо заставить ее работать один день вместо недели. Сторонников вредить не так чтобы уж совсем много, поэтому…

— А это действительно в области менталитета проблема, может быть, еще законодательные есть нюансы или чисто менталитет?

— Нет, законодательные мы вычистили. Они, конечно, были. У нас, мы ведь когда законы вот эти все делали, сопротивление тоже было, потому что все говорили: нельзя, не получится, совещаний кучу проводили, людей убеждали, сказали, что по-другому нельзя. И законы приняты, то есть законодательных ограничений нет, это можно делать.

Ограничений ментальных достаточно. Более того, я хочу сказать, что руководители на федеральном уровне уже с нами согласились, они уже все подписали, они, в общем, понимают, что так придется работать, но упрощать процесс нельзя, потому что в цепочке найдется много людей, которые не станут нашими сторонниками. Нам надо будет или их быстро переубедить, или, извиняюсь, быстро поменять.

— На кого?

— Слушайте, ну вот вы знаете…

— Нет, у вас, я понимаю, что людей много, а команда-то есть? Это же не просто какой-то человек нужен, очевидно, что тут, это вот, помните, как в Штатах была история с ФБР, когда нужна была структура, которая с лицензией на все? Там одним человеком-то не обошлось бы.

— Давайте я вам приведу, наверное, самый слабый аргумент в нашей с вами беседе, я все-таки немножечко еще и идеалист, хотя стараюсь в действиях опираться на строгие экономические законы, тем не менее, я верю, что мы все хотим, чтобы наша страна жила лучше. Значит, мы обязательно должны найти союзников. Эти союзники найдут еще новых людей. Мы должны преобразовывать систему управления таким образом, чтобы она была конкурентной, потому что она является одним из существенных сдерживающих факторов в развитии экономики.

— Какова ваша позиция относительно регулирования отрасли рыбодобычи, и считаете ли вы целесообразным вывод Росрыболовства из-под ведения Минсельхоза с переподчинением напрямую правительству?

— Вы знаете, нет идеальной системы управления. Она зависит от традиций, от людей, от экономической ситуации, поэтому я не знаю ответа на этот вопрос. Я могу только одно сказать: у меня нет никаких целевых задач, давайте все органы, которые нам необходимы для работы, переподчиним непосредственно там мне или непосредственно еще кому-то, никакого такого центропупизма точно не наблюдается. Главное, чтобы это все эффективно работало.

Мы сейчас с Росрыболовством проводим целый ряд совещаний на тему, как работать эффективнее. Я совершенно честно скажу, что отрасль полностью не простроена, проблемы в развитии ее существуют. Если мы вместе пройдем этот путь, и отрасль начнет хорошо работать, абсолютно все равно, под Минсельхозом она будет или под, я не знаю, Министерством внутренних дел. Но если не будет получаться, вот тогда у нас возникнут серьезные противоречия, потому что любой фактор торможения просто мешает мне выполнять задачу, которую мне поставил президент. У нас рыбы от российского улова, у нас дальневосточной рыбы 65%. Если она будет плохо использоваться, значит, это будет таким большим минусом из решения моей общей задачи. Вот тогда нам придется что-то думать, уже что там дальше делать, переподчинять или какие-то другие меры – это уже другая тема.

— Желаю вам удачи от всей души, и спасибо вам большое за интервью.

— Взаимно.

Комментарии
Профиль пользователя