Коротко


Подробно

Фото: Геннадий Гуляев / Коммерсантъ   |  купить фото

Прочитав дело, снегоуборщик раскаялся

Водитель машины, в которую врезался самолет главы Total, просит осудить его в особом порядке

Полностью признал свою вину один из главных фигурантов громкого уголовного дела о катастрофе в октябре прошлого года в аэропорту Внуково самолета Falcon 50, на борту которого находились президент международной нефтегазовой компании Total Кристоф де Маржери и три члена экипажа. Водитель снегоуборочной машины Владимир Мартыненко, в которую врезался лайнер бизнес-авиации, заявил, что действительно нарушил инструкции, выехав на взлетно-посадочную полосу без разрешения диспетчеров. Между тем последние, также являющиеся обвиняемыми, ни в чем признаваться не намерены. Сам же господин Мартыненко рассчитывает на суд в особом порядке, мягкий приговор и амнистию.


Как сообщил "Ъ" адвокат господина Мартыненко Александр Карабанов, в понедельник он и его подзащитный закончили ознакомление с материалами уголовного дела, подписав соответствующий протокол. По словам защитника, согласно его рекомендации Владимир Мартыненко написал в документе о своем отношении к обвинению, что полностью с ним согласен, заявив, что просит применить к нему особый порядок судебного производства. Он подразумевает рассмотрение дела без судебного следствия, изучения документов, допроса свидетелей и т. д. При этом особый порядок предусматривает, что по приговору обвиняемому может быть назначено наказание свыше 2/3 от максимально возможного по вмененной статье УК РФ. В случае с Владимиром Мартыненко и остальными фигурантами этого громкого дела речь идет о статье "Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации судна воздушного транспорта, повлекшем по неосторожности смерть двух и более лиц" (ч. 3 ст. 263 УК РФ), по которой им грозит до семи лет лишения свободы.

Адвокат Карабанов не скрывает, что он и его клиент надеются на "синицу в руках" — мягкий приговор суда и применение к водителю снегоуборщика акта об амнистии в связи с 70-летнием Победы в Великой Отечественной войне. "Мой подзащитный может попасть почти под все критерии об амнистии — ему более 50 лет, преступление было совершено неумышленное, а по суду он вполне может рассчитывать на снисхождение и получить меньше пяти лет лишения свободы",— пояснил юрист. По его словам, решиться на признание вины Владимира Мартыненко подвигло изучение всех материалов дела и пришедшее осознание того, что случилось. Как отмечает господин Карабанов, Владимир Мартыненко признал: он действительно выехал на взлетно-посадочную полосу (ВПП) в нарушение действовавших инструкций: запросил разрешение на выезд у диспетчера, но поехал, не дождавшись ответа. Кроме того, водитель снегоуборщика не отрицает, что при этом он отстал от колонны и потерял пространственную ориентацию на ВПП.

Надо особо отметить, что, по версии СКР, в момент столкновения с Falcon Владимир Мартыненко находился в состоянии алкогольного опьянения, что зафиксировано в акте медицинского освидетельствования. Впрочем, адвокат со ссылкой на своего клиента поясняет, что водитель выпил кофе с коньяком уже после трагедии, но доказать это сейчас уже невозможно, а потому с обвинением пришлось согласиться.

Александр Карабанов подчеркивает, что особый порядок по уголовному делу о гибели главы Total возможен только в том случае, если и все остальные фигуранты дела будут с этим согласны. "Я призываю остальных обвиняемых и их адвокатов не заниматься популизмом, а также пойти на признание вины",— заявил "Ъ" адвокат. Он также напомнил, что его доверитель "покаялся" и даже написал письмо с извинениями семье Кристофа де Маржери, переданное через журналистов французской газеты Le Figaro.

Впрочем, как стало известно "Ъ" из источников, близких к следствию, остальные пять фигурантов — руководитель полетов аэропорта Внуково Роман Дунаев, диспетчер-инструктор Александр Круглов, диспетчер-стажер Светлана Кривсун, диспетчер руления Надежда Архипова и ведущий инженер аэродромной службы Владимир Леденев — своей вины не признают. Более того, они еще не успели закончить ознакомление со всеми материалами, которые составляет 64 основных тома и 5 дополнительных. Между тем особый порядок рассмотрения дела в суде возможен лишь только в случае признания вины всеми обвиняемыми. В противном случае дело Владимира Мартыненко должно или выделяться в отдельное производство и рассматриваться отдельно, или же слушаться вместе с остальными.

Адвокат Романа Дунаева Игорь Чернецкий пояснил "Ъ", что почти все материалы и вещественные доказательства уже изучены, а остались "формальности" и для окончания чтения осталось не более нескольких дней. По его прикидкам, уже через неделю-две обвинительное заключение поступит на утверждение в Генпрокуратуру, а уже в начале осени будет направлено в суд (скорее всего, Солнцевский районный) для рассмотрения по существу. Защитник отметил, что его клиент по-прежнему не видит своей вины в происшедшем. Более того, по его мнению, катастрофу вообще невозможно было предотвратить.

"Диспетчерам ставят в вину то, что они должны были предвидеть непредвиденное — несанкционированный выезд на ВПП снегоуборщика наземной службы. Но сделать этого было невозможно!" — уверен господин Чернецкий. По его словам, команда на взлет экипажу Falcon давалась в тот момент, когда полоса была свободна. Кроме того, в последний момент и второй пилот самолета заметил препятствие и дважды прокричал об этом, но не диспетчеру, а своему коллеге, не попытавшись сообщить об этом диспетчеру или прекратить разгон. "Скорее всего, ничего сделать уже было нельзя, все решали даже не секунды, а доли секунд",— заявил адвокат. Он также отметил, что ранее одним из основных обвиняемых следствие считало все же действия наземных служб. Однако в последнее время, по его словам, "акценты сместились" и главными виновниками трагедии называются уже диспетчеры.

Руководитель юрслужбы Федерального профсоюза авиадиспетчеров России Олег Бабич пояснил "Ъ", что в их организации по-прежнему убеждены в невиновности коллег и готовы делать все для их защиты. Напомним, что ранее профсоюз не только помогал с оказанием юрпомощи, но и предлагал многомиллионные залоги за помещенных в СИЗО или под домашний арестов диспетчеров. Господин Бабич также отметил, что следствие пока опирается на весьма неоднозначные выводы, по его мнению, летно-технических экспертиз, хотя выводов Межгосударственного авиационного комитета о причинах авиакатастрофы во Внуково еще нет. Пока материалы российских экспертов еще не представлены французской стороне, а согласованы они будут, по предварительным данным, не ранее ноября-декабря. То есть, скорее всего, уже когда дело будет рассматриваться в суде.

Между тем, как напомнил господин Бабич, СКР еще продолжает расследование в отношении ряда должностных лиц Госкорпорации по организации воздушного движения (ГК по ОрВД) и аэропорта Внуково. Так, по уголовному делу по той же ст. 263 УК РФ проходят Владимир Ужаков — руководитель Московского центра автоматизированного управления воздушным движением (ГК по ОрВД), его первый зам Александр Повалий, начальник центра ОрВД аэропорта Внуково Геннадий Ярмуш и сменный директор аэропорта Сергей Косик. Правда, все они, по данным "Ъ", несмотря на претензии следственных органов, продолжают занимать свои посты. Вполне возможно, что СКР намерен дождаться решения суда по делу их подчиненных и в случае их осуждения использовать уже вынесенный обвинительный приговор как решающее доказательство вины руководства.

Владимир Баринов


Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

актуальные темы

обсуждение