 |
— Почему вы отказываетесь от прямого диалога с глобалистами?
— В Генуе такой диалог был невозможен. Мы не могли с ними общаться через заборы и кордоны полиции. Власти никогда не пытались с нами вести диалог без газа и дубинок. В Генуе организаторы саммита пытались пригласить на встречу трех представителей от манифестантов. Они сами назвали тех, с кем хотели говорить. Но такой подход нас не устроил, и к ним никто не пошел. Да они и сами вряд ли рассчитывали, что диалог в Генуе состоится. Им была заранее известна наша позиция, что диалог возможен только в достойных условиях и при полном прекращении насилия и провокаций со стороны властей.
В Генуе можно было видеть два мира, ничего общего между собой не имеющие. С одной стороны, лидеры "большой восьмерки", отгородившиеся от мира четырехметровой стеной и выставившие для своей охраны 20 тысяч полицейских-военных. С другой — приехавшие со всего мира 200 тысяч человек для открытого протеста и дебатов по международным проблемам.
Это была самая большая демонстрация протеста против глобализации. Такого еще нигде не было. Мы глубоко сожалеем о драке, вызванной жестокостью полиции и повлекшей за собой гибель одного из манифестантов. Акции насилия в Генуе были спровоцированы итальянской полицией с целью дискредитации общественного движения против глобализации. Однако, несмотря на провокации, успех наших выступлений был тотальным.
— А кто первым прибегнул к насилию?
— Со всей очевидностью можно сказать, что насилие было организовано итальянской полицией. Переодетые агенты полиции внедрялись в ряды манифестантов. Они крушили все подряд, но никого из них полиция не арестовывала. Им она не мешала. У нас есть кадры, снятые итальянским оператором в разных местах города, где группы провокаторов, переодетые в черное, о чем-то договариваются с полицией. Газы, дубинки и пули предназначались пацифистски настроенным участникам демонстрации. Их били и арестовывали даже в тех местах, где они спали.
— Откуда вы знаете, что люди в черном были агентами полиции?
— Некоторые лица мы идентифицировали и узнали в них полицейских. Именно они и организовывали инфильтрацию своих групп и руководили их действиями. Из проверенных источников нам теперь известно, что погромы организовывала не только итальянская полиция. В этом участвовали и их коллеги из Германии, Англии, Франции и Швейцарии. Всякий раз, проникая в ряды демонстрантов, они пытались спровоцировать панику и акты вандализма. Цель у них была вполне очевидна: дестабилизировать движение антиглобалистов, создать ему ужасающий имидж и напугать людей, приехавших в Геную, и в конечном итоге способствовать дезинтеграции нашего движения. Но ничего у них из этого не получилось.
 |
— Наше движение очень многоликое, но никак не централизовано. В него входит около ста международных и национальных организаций. Объединяет нас неприятие того, что логика рынка единственная организующая на планете. К примеру, ВТО. Действия по логике рынка способствуют уничтожению производства многих национальных сельскохозяйственных культур. Таким образом ВТО отказывает странам в праве на свой национальный продовольственный суверенитет.
— Хорошо. Логика рынка вас не устраивает. А за какую логику вы?
— Я против любой логики или идеологии, претендующей на монополию. В мире должно найтись место для множества логик так же, как перед человечеством стоит множество целей. Например, целью может быть такое развитие, которое не ведет к полному истощению ресурсов планеты. А это уже вне логики рынка. Для нас также неприемлемо подчинение логике рынка систем образования и здравоохранения. Неприемлема для нас и перспектива контроля мирового рынка продовольствия со стороны нескольких гигантских агропромышленных групп. Многие страны мира, лишившись своего сельского хозяйства, будут тогда зависеть от них полностью.
— Это только прогнозы, но чего конкретно вы хотели добиться от саммита "большой восьмерки"?
— Во-первых, мы хотели продемонстрировать полную нелегитимность решений этой организации. Когда они на обсуждении касаются не только стран "большой восьмерки", но и всей планеты. Никто им не давал полномочий решать за всех мировые проблемы. Для этого есть ООН, которая и должна принимать политические решения с помощью организаций-посредников. У ВТО структура недемократична и непрозрачна. Механизм принятия решений подвластного ей трибунала не позволяет учесть интересы слабого перед сильным. МВФ и Всемирный банк должны полностью пересмотреть свою стратегию. Они навязывают только рыночные рецепты реструктуризации экономики. Чтобы получить от них кредит, нужно обязательно сокращать бюджетные расходы, в первую очередь на социальные нужды. То есть резать по живому. Опять же в угоду рынку. Мы предлагаем всем странам принять решение о введении социального налога, так называемой таксы Тоббина, на финансовые трансакции по всему миру, включая офшоры.
— А кто вас финансирует? Говорят, приезд и проживание десятков тысяч участников протеста были оплачены.
— Большинство приехали на свои средства, но каждая общественная организация находила деньги для аренды транспорта и оплаты других расходов, собирая их на местах совершенно официально. Для нас это дело обычное.
— Вы не собираетесь создать некий координирующий международный орган антиглобалистов?
— У нас проходят встречи. В прошлом году такой форум прошел в Порту-Аллегри в Бразилии. В начале следующего года мы готовим еще один форум, так что процесс идет.
— Почему, на ваш взгляд, этот процесс незаметен в России?
— Да, из России приехал только один автобус с российскими членами АТТАС (Организация сторонников введения налога Тоббина. — Ъ). В последние годы вы погрузились в свои внутренние проблемы, наверное, поэтому вам не всегда легко увидеть проблемы глобального свойства. Россия вообще позже вошла в рынок и многие процессы у вас только начинаются.
 |
|
