Коротко

Новости

Подробно

Фото: Сергей Киселев / Коммерсантъ   |  купить фото

"Законопроект о нежелательных организациях ударит по инвестиционному климату"

от

Госдума во втором чтении рассмотрит законопроект о так называемых нежелательных организациях. Этот документ предполагает внесудебное по представлению Генпрокуратуры и согласованию с МИД прекращение деятельности в России любых неправительственных организаций, наносящих ущерб национальной безопасности России. Депутат Дмитрий Гудков обсудил тему с ведущей "Коммерсантъ FM" Оксаной Барыкиной.


Единственным депутатом, высказавшимся против данного законопроекта во время рассмотрения в первом чтении, стал депутат Дмитрий Гудков.

— В чем опасность этого законопроекта?

— Во-первых, очень опасно, когда у нас решение принимается не судом, а прокурорами. При всем уважении к Генеральной прокуратуре, мы же прекрасно понимаем, что это уход от правового государства, это первое. Второе, если вы внимательно прочитаете текст закона, увидите, что сегодня после принятия Генеральная прокуратура может закрыть любую иностранную организацию, при этом организация может быть некоммерческая. Там прописана следующая формулировка — "неправительственные организации". Что такое неправительственные организации, наше законодательство не знает, на этот вопрос ответа не дается. Есть понятие некоммерческие неправительственные организации — вот такая формулировка в нашем законодательстве присутствует. Формулировки "неправительственные организации" наше законодательство не дает.

— А это не пересекается с законом об НКО никак?

— Нет-нет, это две разных формулировки. Завтра наша прокуратура, поскольку никаких судебных решений не будет, — по согласованию, кстати, с МИДом, а не с ФСБ, хотя речь идет об организациях, которые представляют угрозу национальной безопасности, — может закрыть какую-нибудь компанию, типа Apple или "Макдоналдс", потому что наша прокуратура может трактовать закон так, как ей нужно. Если будет принято решение закрыть коммерческую компанию, значит, закроют коммерческую компанию, она же ведь неправительственная тоже. Если она не получает деньги от правительства, значит, она неправительственная, поскольку никакой конкретики в законе нет, можно трактовать так и так. Плюс это внесудебная практика принятия решения.

— Но ведь если это такой сырой законопроект, его не должны принять?

— По идее, он не нужен, потому что у нас достаточное количество законов, которые защищают нашу страну от всяких угроз национальной безопасности. У нас есть Уголовный кодекс, законодательство по борьбе с терроризмом, шпионажем. У нас даже, если помните, Светлана Давыдова, мать семерых детей, чуть в тюрьме не оказалась за один телефонный звонок. Поэтому закон абсолютно вредный, ненужный, он на самом деле ударит по инвестиционному климату в нашей стране. Вы просто представьте, у нас и так кризис, у нас и так проблемы с инвестициями. Пойдет ли кто-то в нашу страну вкладывать деньги, если знают, что без суда и следствия решением просто чиновников компанию могут закрыть в любой момент? При этом мы же понимаем, что у нас коррупционная страна, и подобный механизм, этот закон, может быть использован для рейдерских захватов, для передела рынка, все что угодно может быть.

— А как-то эта формулировка "нежелательная организация" трактуется в этом законопроекте? Что это за "нежелательная организация"?

— Нежелательная организация — это организация, которая представляет угрозу безопасности государства, обороноспособности страны. Такая обтекаемая формулировка. Под это может попасть все что угодно. Завтра Онищенко какой-нибудь очередной скажет, что, например, грузинские вина или какие-нибудь шпроты представляют угрозу здоровью нации, ну и все, под этими формулировками можно закрывать любую компанию.

— Но вы единственный депутат, который высказался "против", а что говорили другие депутаты, как мотивировали?

— Другие депутаты, к сожалению, не имеют свободы для принятия решения по голосованию. Нет, есть депутаты, которые не будут голосовать, безусловно, например, депутат Зубов, депутат Петров, они не будут голосовать за этот закон. Все понимают прекрасно, большинство разумных людей в Думе считает, что это абсолютно вредный закон, но есть, видимо, установка на каком-то более высоком уровне для того, чтобы принять этот законопроект.

— А кто авторы, кто инициаторы?

— Авторы — депутаты.

— Это понятно, что депутаты, но какие ?

— По слухам, ноги растут из Совета безопасности, как говорят в кулуарах. Я, честно говоря, не знаю, но, как мне объяснили, придумали этот законопроект в Совете безопасности для того, чтобы у России была возможность адекватно реагировать. Я еще даже читал несколько публикаций, явно, это был "слив" от каких-то соответствующих структур, что объектом, первой целью подобного закона станет компания Apple. Я, честно говоря, не понимаю, что они могут сделать с компанией Apple. Тем более у нас уже весь средний класс и представители власти пользуются продукцией этой компании. Но совершенно очевидно, что создается механизм, который позволит неправовыми методами ликвидировать любые компании. Более того, появилась новая поправка, которая запрещает банкам и другим кредитным организациям работать с такими организациями.

— Насколько нам известно, законопроект накануне рассмотрения раскритиковало и правовое управление Госдумы. Это действительно так?

— Раскритиковало текст в первом чтении, потом появилась формулировка "неправительственные организации". Я вам как законодатель могу сказать, что такой термин отсутствует в нашем законодательстве. Под формулировку "неправительственные организации" могут попасть коммерческие организации, коммерческие структуры.

— Вся критика заключалась в том, что теперь появилась трактовка нежелательной организации, больше ничего не изменилось после этой критики правового управления?

— Да, добавили слово "неправительственные", что несильно меняет ситуацию, просто чуть-чуть приглаживает этот законопроект. Есть термин в международном праве "неправительственные организации" – NGO (non-governmental organization), да, действительно. Если бы мы жили в государстве, которое бы соблюдало международные нормы, то тогда бы и в нашем законодательстве это должно было быть расшифровано. А в нашем законодательстве ни NGO, ни "неправительственные организации", а другой термин — "неправительственные некоммерческие организации". И вот наличие слова "некоммерческие" меняет смысл закона и создает возможность для ликвидации именно коммерческих компаний. Это может спровоцировать отток капитала.

Комментарии
Профиль пользователя