Зима Морзе

"Репатриация" Игоря Вулоха в фонде "Екатерина"

Выставка живопись

43 работы известного нонконформиста Игоря Вулоха (1938-2012) были найдены вдовой художника Натальей Туколкиной-Охотой и пасынком Егором Альтманом в Европе и возвращены в Россию. На выставке в фонде "Екатерина" их впервые показывают в Москве. Рассказывает ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.

Многие художники сделали блестящую карьеру на волне интереса к искусству подполья, возникшему благодаря перестройке и распаду СССР. Но бывали и случаи таинственных исчезновений работ, отданных в какую-нибудь западную галерею средней руки. Недобросовестность западных дилеров была скорее исключением, нежели правилом, и тем не менее такие истории благодаря разнице в законодательстве, связанном с искусством, могли длиться годами — и некоторые длятся до сих пор. Родственникам художника Игоря Вулоха тоже пришлось с боем добывать существенную часть его наследия при помощи адвоката Андрея Васильева из "Васильевы Лигал Групп". Господин Васильев, практикующий в Санкт-Петербурге, недавно представлял группу художников питерской "новой волны" в иске к Сергею "Африке" Бугаеву, связанном опять же с пропажей работ, только на этот раз — в российском собрании. Эта тяжба все еще продолжается, а вот с картинами Вулоха, пропавшими в Германии, все сложилось удачнее. Хотя и сроки другие: полотна были вывезены дилером и бывшим сотрудником Министерства культуры СССР Сергеем Поповым (к своему полному тезке, владельцу московской галереи pop/off/art, он отношения не имеет) на выставку еще в 1992 году, домой после показа не вернулись и застряли в Германии вплоть до смерти Попова. Теперь при участии недавно созданного теми же родственниками Фонда творческого наследия Игоря Вулоха эти работы показывают и в Москве.

Художник родился в Казани, рано потерял отца, убитого на Великой Отечественной, и из-за болезни матери прожил несколько военных лет в детском доме. Отучившись пять лет в Казанском художественном училище, Вулох попадает в Москву и оказывается на художественном факультете ВГИКа по протекции выдающегося советского пейзажиста Георгия Нисского. Тут он быстро обзаводится интересными знакомствами и чуть не играет главную роль в не прошедшем худсовет фильме Василия Шукшина. В 1961 году Вулох знакомится с поэтом Геннадием Айги, главным проводником французской утонченности и белого стиха в послевоенной советской поэзии, и окончательно посвящает себя абстрактной живописи, построенной на пейзажной структуре и наборе оттенков бежевого и серого, заставляющих вспомнить как о культовом для советской интеллигенции итальянце Джорджо Моранди, так и о современных Вулоху поисках намного более знаменитого Владимира Вейберга. В отличие от последнего, у Вулоха узнаваемых предметов и форм, за исключением вполне беспредметного оконного проема, нет: в его живописи ритмическая часть важнее содержательной. Это вполне видно и по скупости описаний — для своих работ у Вулоха был определенный набор названий: "вечер", "деталь", "пейзаж" могли появиться и в 1964 году, и в 1990-м.

На "Репатриации" видно, что утомительные судебные тяжбы стоили затраченных усилий. По качеству вернувшиеся работы ничуть не уступают вещам, показанным на большой ретроспективе Вулоха в Московском музее современного искусства два года назад. Возможно, это следствие открытости метода художника, который и в последние годы жизни говорил, что его поиски еще не окончены. Почти каждая вещь Вулоха — простое, но мудрое сочетание оконного проема в дымчатый цвет бесконечности и идущих перпендикулярно к этой перспективе элементов, иногда напоминающих примитивную письменность или азбуку Морзе. Бесконфликтное противостояние сигналов и дали, может, не самый оригинальный принцип для абстракциониста, но Вулох почти всегда добивался интриги, вроде бы и читаемой быстро, но столь простой, что глаз не отвести.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...