Минские договоренности подлежат ратификации в народных советах непризнанных ЛНР и ДНР. Об этом агентству "РИА Новости" заявил официальный представитель самопровозглашенной Донецкой народной республики Денис Пушилин. Он отметил, что обсуждение пройдет в субботу. Российский журналист Андрей Бородулин ответил на вопросы ведущей "Коммерсантъ FM" Натальи Ждановой.
Фото: Коммерсантъ / Станислав Тихомиров / купить фото
Фото: Коммерсантъ / Николай Лазаренко/Pool / купить фото
— Расскажите, где вы сейчас находитесь?
— Я сейчас в центральной части города, немного ближе к северу.
— Как обстановка в Донецке, что-то изменилось после минских переговоров?
— К сожалению, нет. К сожалению, уже глубокой ночью и вплоть до настоящего момента слышны залпы.
— С той же интенсивностью они происходят, как и было?
— Довольно интенсивно. Во время нашего разговора даже сейчас они звучат, но транспорт заглушает.
— Нам не слышно, к сожалению.
— Ну, в среднем каждые две-три минуты доносится с окраин, то есть явно ополчение ведет огонь.
— Это непосредственно в Донецке происходит или где-то в отдаленных населенных пунктах?
— Это происходит на окраине, возможно, это зона аэропорта, возможно, это пригород, то есть это, естественно, не центральная застройка, не многоэтажная.
— В четверг вечером сообщалось, что обстрел аэропорта продолжался, но при этом — по-моему, это говорил господин Басурин, — интенсивность обстрелов, по крайней мере со стороны украинских военных, снизилась.
— Я в девять утра был в зоне, близкой к аэропорту, Куйбышевский район, и была очень интенсивная стрельба со стороны украинских позиций по терминалу, по прилегающим участкам к аэропорту, где были позиции ДНР, использовались "Грады", возникли пожары, я спускался с местными жителями в подвал, то есть в четверг было все довольно интенсивно. И, как я понимаю, обе стороны вели огонь.
— Андрей, скажите, как в целом жители Донецка восприняли вчерашние договоренности, есть ли надежда на прекращение войны?
— Мнения жителей обычных и ополченцев явно не то что разделились, а они по-разному восприняли этот инфоповод. Жители, в первую очередь, обратили внимание на пункт о дате и времени прекращения огня, потому что для мирных, конечно, главное, чтобы поскорее война закончилась.
— Ну да, многим непонятно, почему 15 числа решили прекратить огонь, почему не сразу.
— Ну, здесь так это все воспринимают, что каждая что-то себе захочет "добрать", так сказать, что-то "поднадкусить" — такие бывают выражения. Но жители некоторые действительно искренне надеются, что через неполные два дня огонь может прекратиться. Но я успел пообщаться и с бойцами, они обращают внимание, прежде всего, на пункт о том, что фактически они в некотором смысле признаются незаконными вооруженными формированиями, подлежащими разоружению, в то время как они себя, конечно, здесь воспринимают как армию республики. И этот пункт у них вызвал явное разочарование.
— Их не устроила сама формулировка или пункт о разоружении?
— Их не устроило, что той системе, которую они построили, армейской, фактически подписан приговор, что ей недолго осталось. Еще больше их разочаровал пункт об этой линии разграничения, разведения сторон по сентябрьским минским договоренностям, она проходит фактически через области, совсем не определяет Донецкую и Луганскую область, и выходит так, что многие ополченцы остаются в зоне ДНР, в то время как те города, уроженцами которых они являются, находятся на украинской территории. То есть, иными словами, они надеялись их отвоевать, а эти договоренности эти планы убирают.
— Андрей, скажите, насколько они серьезно разочарованы? То есть это просто эмоциональные высказывания или они не готовы соблюдать положения?
— Конечно, я пообщался только с несколькими представителями, они не могут определять настроение всей армии, но это не была ругань, не было какое-то агрессивное негодование. Они обсуждали между собой разочарованным тоном, явно они еще анализируют, следят за ситуацией, особенно офицеры. Еще даже не прекращен огонь, они еще не делают какие-то окончательные выводы, но в целом это не то, чего они ожидали от этих переговоров.
— Они же понимают, что нужен был компромиссный вариант, который устроил бы обе стороны?
— Они воспринимают это как, в первую очередь, вариант, удобный именно Киеву.
— Так, понятно. Еще скажите, в целом что заявляет руководство так называемой Донецкой народной республики, что говорит господин Пушилин в частности?
— Честно говоря, не смогу дословно процитировать, не совсем я обратил внимание на официальные заявления, которые прозвучали в четверг вечером, в пятницу еще ничего не было.
— Ну а в целом атмосфера, по вашим ощущениям, какая? Дело идет к какому-то прекращению боевых действий или пока еще непонятно, что будет дальше, что будет 15 числа?
— За время нашего короткого разговора, наверное, около десятка залпов до меня донеслось, то есть это как такой отдаленный гром, который где-то в 4-5 км от вас. Конечно, слыша это, сложно говорить о том, что есть какая-то надежда на скорое прекращение войны.