ЕСТЬ ЛИ В СССР ВАЛЮТНЫЙ РЫНОК?

Свободно конвертируемая валюты все больше входит в советский

внутрихозяйственный оборот. Многие виды сырья и материалов предприятия
        сегодня "уступают" друг другу только за валюту; растет сеть
        продовольственных и промтоварных валютных магазинов за наличный расчет;
        только за валюту предоставляется и достаточно широкий набор услуг... Все
        это, в условиях обесценения рубля, ведет к повышению спроса на СКВ для
        использования уже не только за рубежом, но и внутри страны. Для
        обслуживания этого спроса сегодня, как никогда, необходим валютный рынок.
        Безусловно, недавние аукционы Внешэкономбанка, специальный новый курс рубля
        для неторговых операций - важные шаги в сторону расширения валютообменных
операций в стране.
       
Однако, как считает эксперт "Коммерсанта" А. ФИЛОНЕЦ, эти шаги не ведут к
        появлению в СССР эффективного валютного рынка. Речь идет скорее о
        формировании "квазирынка", на котором продается и покупается не валюта, а
        лишь право на ее использование. При этом решение о реализации этого права,
по-прежнему, в большинстве случаев остается государственной монополией.
       
В последнее время в печати все чаще раздаются призывы к скорейшему созданию
        в Советском Союзе валютного рынка. Действительно, трудно примириться с
        многократно доказавшей свою неэффективность долголетней практикой
        волюнтаристского и иррационального разделения валютного пирога
        пропорционально политическому весу или личным качествам просящего -
        министра, директора, председателя... Отсутствие рынка валюты - безусловно,
        одна из главных причин и многомиллиардных запасов (если не сказать завалов)
        неустановленного импортного оборудования, и не слишком сильного желания
        предприятий продавать свои товары на союзном оптовом рынке ( поскольку нет
        не только гарантированного товарного, но и валютного обеспечения "рыночных"
        рублей), и сохраняющейся монополии производителя (поскольку потребитель не
в состоянии свободно переключиться на импорт).
       
Начали ли мы в этой связи строить то, что избавит от всех подобных бед -
валютный рынок?
       
Вообще-то, рынок уже есть. Достаточно упомянуть о хорошо известном феномене
        черного (нелегального, теневого) оборота инвалютной наличности,
        представляющего собой классический рынок, где цена "товара" определяется
        исключительно как результат взаимного согласия сторон вне зависимости от
        точки зрения вышестоящих валютных инстанций. Такой рынок возникает, как
        известно, там и тогда, когда власти прибегают к валютным ограничениям, хотя
        бы и минимальным. Иными словами, рынок (и не только валютный) нельзя ввести
        или отменить законодательным актом. Единственное, что в состоянии сделать
        закон (в юридическом смысле) - это либо легализовать рынок, либо оставить
        его привилегией исключительно теневой экономики. Со вторым решено бороться
        объявлением о легализации самого рыночного способа распределения валютных
ресурсов.
       
Однако, предпринимаемые попытки легализации самого рыночного способа с
        помощью аукционов Внешэкономбанка СССР по покупке и продаже средств в
        свободно конвертируемой валюте (СКВ) за рубли - строго говоря, к валютному
рынку отношения не имеет.
       
Собственно валютный рынок представляет собой не что иное, как совокупность
        банковских или биржевых валютообменных операций с платежными документами
        (переводами, траттами, чеками) или банкнотами по курсу, складывающемуся в
        результате свободного столкновения спроса и предложения соответствующих
        валют. Применительно к безналичному валютному обороту, о признаках
        появления валютного рынка в Советском Союзе можно было бы говорить в
следующих случаях:
       
а) при условии либерализации продажи валюты Внешэкономбанком СССР по
официальному курсу, близкому к курсу соотношения свободного рынка;
       
при наличии у советских юридических лиц, в том числе и прежде всего - у
        коммерческих банков, права открывать валютные счета в зарубежных банках и
        на этой основе осуществлять валютообменные операции, в частности, покупать
платежные документы (выраженные в рублях) советских. импортеров;
       
в) наконец - при приобретении рублем статуса СКВ.
       
Аукционные сделки под эгидой Внешэкономбанка к перечисленным признакам и
условиям существования валютного рынка отношения не имеют.
       
Дело в том, что аукционные сделки никак не отражаются на состоянии
        зарубежных банковских счетов советских покупателей и продавцов валюты. Ни
        предприятия, ни кооперативы, ни иные юридические лица пока не располагают
        реальной возможностью открывать счета в иностранных банках. Между тем,
        ведение долларовых счетов относится к исключительной компетенции
        американских банков, фунтовых - английских, неновых - японских и так далее.
        Если же, скажем, некая неамериканская фирма склонна, в силу тех или иных
        обстоятельств, перевести свои доллары в неамериканский банк, то собственно
        перемещения долларов не происходит - как таковые они остаются в США,
        увеличивая активы соответствующего неамериканского банка, фирме же
        открывается так называемый евродолларовый счет, то есть - счет во вторичных
        или теневых долларах. "Теневых" - ив том смысле, что они не попадают под
        юрисдикцию США, и в том смысле, что они являются как бы отражением, "тенью"
живых американских долларов.
       
К той же категории евровалютных, с известными оговорками, относятся и так
        называемые валютные счета, открываемые Внешэкономбанком СССР советским
        предприятиям и организациям. Отличие состоит "лишь" в принудительном
        характере продажи живой СКВ Внешэкономбанку, практически полкой зависимости
        советских владельцев валюты от точки зрения Внешэкономбанка и Минфина на
        целесообразность выделения этим владельцам реальной СКВ. Ну и, конечно - в
        отсутствии сколько-нибудь развитого внутрисоюзного рынка евровалютных
средств.
       
Уже проводимые и еще только намечаемые в обозримой перспективе нашими
        банковскими и финансовыми органами валютообменные мероприятия было бы,
        пожалуй, точнее и справедливее квалифицировать как квазивалютный рынок.
        Все-таки наш "рынок" заслуживает оригинального наименования." Замечу (во
        избежание возможных недоразумений), что эта пристани "квази-" с равным
        основанием применима к операциям со средствами как внебалансовых, так и
        балансовых валютных счетов. Год назад, когда Внешэкономбанком СССР была
        разработана и введена в действие система балансовых счетов, у действа-'
        тельных и потенциальных владельцев таких счетов могла возникнуть иллюзия
        обладания живой валютой. Но это не так. Живая валюта, как и прежде,
        находилась и находится на счетах Внешэкономбанка в иностранных
        банках-корреспондентах. Что же до балансовых или внебалансовых счетов - и
        те, и другие представляют собой лишь право на использование валюты в
        пределах суммы счета, которое может быть, впрочем, легко блокировано тем
аргументом, что "у государства валюты нет."
       
Это блокирование может быть не только прямым, но и косвенным - скажем, в
        форме лицензирования или квотирования импорта. Разница лишь в том, что, при
        зачислении "валюты" на внебалансовый счет, его владелец получает рублевое
        возмещение, если же на балансовый, то соответствующий банковский процент в
валюте счета.
       
Что же показал первый опыт квазивалютного рынка, каковым стал ноябрьский
аукцион Внешэкономбанка?
       
Прежде всего, обращает на себя внимание неоднократный перенос сроков
        аукциона. Это, видимо, следует объяснить опасениями организаторов
        относительно возможных инфляционного и спекулятивного эффектов крайне
        низких обменных курсов рубля. С трудом, надо полагать, преодолевалось и
        желание сохранить (традиционным способом) престиж советской валюты. И если
        вопрос престижа был в определенной мере снят 10-кратной девальвацией рубля
        к СКВ по расчетам неторгового характера, то предположения о том, что
        аукционы могут способствовать усилению рыночной игры на ценовых разницах и
        взлету цен на импортируемые товары, послужили, в конечном счете, основанием
        для исключения кооперативов из первоначально планировавшегося круга
        участников первого валютного аукциона. Список допущенных был ограничен
        государственными предприятиями, объединениями и организациями (за
исключением бюджетных).
       
Как и ожидалось, валютные средства были проданы на аукционе с солидной
        премией: обменные курсы по совершенным сделкам варьировали от 10 до 27
        рублей за валютный рубль; средний курс составил 15.2 руб./вал. Руб., или
около 10 руб. за доллар США.
       
Следует, однако, отметить, что обменные курсы, зафиксированные на аукционе,
        для покупателей "валюты" носят как бы "промежуточный" характер, поскольку
        реально (окончательно) цена приобретенного доллара в рублях может быть
        определена лишь в ходе фактического использования средств в СКВ. Дело в
        том, что сумма расходов в рублях, на импортируемые за валюту товары будет
        определяться не только аукционным курсом, во и размером платежей в бюджет
        по импорту, определяемым посредством дифференцированных валютных
        коэффициентов (для кооперативов - специальных коэффициентов или таможенных
пошлин), либо в виде разницы между внутренними и внешнеторговыми ценами.
       
Таким образом, действительная цена приобретенного доллара в рублях будет
        включать, во-первых, аукционный курс, во-вторых, разницу между курсом
        доллара, пересчитанным при помощи ДВК (или спецкоэффициента, или прямого
        соотношения между внутренней и импортной ценой), с одной стороны, и
официальным курсом доллара в рублях (по котировке Госбанка СССР), с другой.
       
Формула расчета действительной цены приобретаемых долларов: Кф = Ка+Ко
(ДВК-1),гд. Кф - фактическая цена доллара в рублях;
       
Ка - аукционный курс доллара, Ко - его официальный курс, и, наконец, ДВК -
соответствующий нормативный валютный коэффициент.
       
Необходимо также иметь в виду, что, хотя купленная валюта зачисляется на
        текущий балансовый счет предприятия (опять к вопросу обладания "живой"
        валютой), при использовании средств в СКВ на командировочные расходы
        предприятие-владелец валютного счета фактически повторно покупает доллары,
        так как должен "компенсировать" Внешэкономбанку СССР разницу между рублевой
        оценкой, списываемой со счета суммы по специальному курсу для неторговых
        операций, с одной стороны, и оценкой этой суммы по официальному курсу, с
другой.
       
Таким образом, очевидно, что реальная цена СКВ может оказаться для
потребителя заметно выше аукционной.
       
Каковы же перспективы развития советского квазивалютного рынка? Думается,
        что в конечном счете они . Определяются не столько консерватизмом или (кто
        знает?) радикализмом наших валютных ведомств, сколько степенью системности,
        или взаимосвязанности, становления этого и прочих рынков - товаров (оптовая
        торговля и прямые связи), денег (банковский кредит), ценных бумаг (акции и
        облигации). Если либерализация в сфере валютообмена будет заметно опережать
        развитие рыночных отношений в экономике в целом, то вряд ли стоит
        рассчитывать на стабильное предложение "валюты" со стороны ее владельцев -
        есть риск остаться с "деревянными" рублями, но без товаров и ценностей,
        рыночное предложение которых крайне ограничено. К тому же, обменные курсы
        рубля будут наверняка уже значительно ниже зафиксированных но аукционе 1989
        г. Это приведет к дальнейшему увеличению разрыва между рыночными и твердыми
        (государственными) товарными ценами, а следовательно - не приблизит, а
отдалит нас от создания здоровой рыночной, экономики.
       
Напротив, взаимосвязанное развитие рынков - валютного, товарного, денежного
        - может позволить реализовать полезный эффект перехода от административного
        к рыночному способу распределения валютных ресурсов. В этом смысле, даже
        квазивалютный рынок можно было бы использовать и как источник обеспечения
        внутренних оптовых рублей, и как способ противодействия наметившейся
        тенденции к простому товарообмену, и как своеобразную антимонопольную
вакцину.
       
Что же касается создания обычного, не "квази-", а просто валютного рынка,
        то это задача несколько более отдаленного будущего. Возможно, его
        становление будет происходить в форме постепенной либерализации продажи
        централизованной валюты по официальному торговому курсу с учетом спроса и
        предложения, как это происходит сейчас, скажем, в Венгрии. Возможно, право
        проведения валютообменных операций будет предоставлено коммерческим банкам.
       ---

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...