Премьера опера
Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ / купить фото
В прошлом году Хосе Каррерас после многолетнего перерыва вернулся на сцену. В честь этого события Кристиан Колоновиц написал музыку на либретто Ангелики Месснер. Получилась опера с остросоциальной исторической основой: диктатура Франко в Испании, разгром республиканцев, похищения детей, массовые убийства, разрушенные и разлученные семьи — больное и неприятное место в испанской истории. Спустя год после премьеры "Судью" привезли в Россию.
Либретто явно вдохновлено традициями романтизма. Действие оперы разворачивается где-то в 70-е, где-то после смерти Франко. В Испании бедлам. Федерико уже стар. Его родителей убили, он вырос в монастыре, потом стал судьей, растит дочь и чувствует себя потерянным. Люди по всей стране требуют открыть архивы и узнать правду о режиме и преступлениях. Лидер ультраправых Моралес, главный негодяй, хочет сохранить тайну и вынуждает судью подписать документ о запрете рассекречивания архивов. Архивами владеет церковь. По телевизору Федерико слышит песню барда. Судья неспокоен, вспоминает былое. Бард ищет своего потерянного брата. Влюбляется в предприимчивую журналистку. Вступает в конфликт с Моралесом. Погибает от его руки, перед смертью узнает, что брат его — судья. Церковь соглашается открыть правду.
Очевидно, замышлялась социальная драма. Говорить об этом решили старым языком романтизма. Сетования на жестокую судьбу превратились в восклицания "Жестокая система!", добрый король стал злодеем, вердиевские чисто вокальные конфликты исчезли, и разлученные братья — два тенора, а не тенор и баритон. Сценическое решение — большая клетка в центре темной сцены, объекты без символов тоталитаризма, но с его присутствием в маскулинных формах. Смена пространств — трансформация клетки, появление предметов-маркеров обстановки.
Музыка Колоновица звучит необычно. Оно и немудрено — композитор большую часть жизни существовал в лоне поп-музыки, придумывал в 70-е австропоп, работал с Boney M и Scorpions, в кино, бродил вокруг да около, сурового академизма избегал и вот добрался до оперы. Музыка "Судьи" избегает глубины, ее красота — неподвижная, ритмически ровная, предсказуемая, она прячется за перкуссией и диктатом тактовых черт. ХХ век ее не обошел стороной, и скорее неосознанно в нее пролезли понемногу минималисты, Шостакович с Прокофьевым, а также грубые стилизации испанскости и щепотка усталого веризма. От XIX века — номерная структура, чуть размытая присутствием Вагнера (от него — ходульные лейтмотивы), разрешения в тонику и другие прелести.
"Судья" — опера тотальная и требует всего внимания сразу. Следить только за сценическим действием или сосредоточиться на одной лишь музыке не выйдет — они существуют только вместе друг с другом, получается вполне себе Gesamtkunstwerk. А еще вся эта опера на самом деле не про Испанию, а про Каррераса — мастер оперы XIX века обнаруживает себя брошенным посреди уже не совсем понятного ему мира. И некоторые нелепости оперы — это несоответствие его классического искусства сегодняшнему дню.