Коротко

Новости

Подробно

Фото: Геннадий Гуляев / Коммерсантъ   |  купить фото

Министр обороны Евгении Васильевой

Свидетель Анатолий Сердюков вчистую оправдал в суде свою бывшую помощницу

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

На вчерашнем заседании Пресненского райсуда Москвы ключевой свидетель по уголовному делу о хищениях военного имущества через структуры ОАО "Оборонсервис", бывший министр обороны Анатолий Сердюков, встал на защиту главной обвиняемой по делу — экс-главы департамента имущественных отношений (ДИО) военного ведомства Евгении Васильевой. По его мнению, продав имущество Минобороны, госпожа Васильева не нанесла ущерб ведомству, а, наоборот, избавила его от балласта, позволив преодолеть последствия кризиса 2008-2009 годов. Позиция свидетеля настолько впечатлила адвокатов, что те потребовали снять со своей подопечной все обвинения.


Лучшая кандидатура


Анатолий Сердюков, еще недавно обвиняемый в халатности, но избежавший уголовного преследования в связи с амнистией, приехал в суд на черном лимузине с маячком. Сопровождали его сотрудники ФСО и бойцы спецназа. Его автомобиль вопреки сложившейся традиции подъехал прямо к ступенькам ведущей в здание суда лестницы, а рамку металлоискателя и паспортный контроль свидетель прошел не останавливаясь. Такой же путь проделала и главная обвиняемая Васильева, которую с места ее домашнего ареста привезла скромная Lada Kalina ФСИН.

Чтобы не нервировать Анатолия Сердюкова, из зала заседаний удалили всех журналистов, попросив их наблюдать за происходящим из соседней комнаты — в режиме видеотрансляции.

Первые вопросы, заданные участниками заседания экс-министру, как и следовало ожидать, касались его некогда близкой подруги, протеже и бывшей подчиненной Евгении Васильевой. Свидетель рассказал, что познакомился с ней осенью 2009 года на межведомственном совещании, посвященном реконструкции находящегося на балансе Минобороны храма в Санкт-Петербурге. Доклад руководившей в то время санкт-петербургским филиалом СУ-155 и ООО "Балтикстрой" Васильевой "о вопросах финансирования, сроках реконструкции и перспективе привлечения к работам тех или иных компаний" произвел на министра сильное впечатление. По его словам, отметив профессионализм оратора, он пригласил госпожу Васильеву к себе, чтобы обсудить с ней уже "вопросы, касающиеся Минобороны". Так она стала сначала советником министра, затем — главой ДИО, а под конец своей карьеры — руководителем аппарата господина Сердюкова. "На тот момент лучшей кандидатуры было не найти",— отметил свидетель.

На вопрос гособвинителя, какие именно профессиональные качества госпожи Васильевой позволили экс-министру остановить на ней свой выбор, свидетель сообщил, что ему "о многом говорил" красный диплом, с которым госпожа Васильева закончила Санкт-Петербургский госуниверситет.

Немного о личном


"Я вас когда-нибудь обманывала?" — поинтересовалась у экс-министра сама обвиняемая Васильева. Напомним, что именно это инкриминирует ей следствие. По версии СКР, махинации с военной недвижимостью экс-начальник ДИО совершала, предварительно введя министра в заблуждение. Однако свидетель опроверг выдвинутые обвинения, заявив, что Евгении Васильевой он полностью доверял — в противном случае не назначал бы ее на ответственные должности, и обман с ее стороны полностью исключает.

Старые знакомые поговорили немного и о личном. Так, например, экс-начальник ДИО пожаловалась бывшему министру на следствие, которое необоснованно, с ее точки зрения, заявило в СМИ об изъятии у нее при обыске "шедевров мировой живописи". Видимо, желая поддержать обвиняемую, свидетель сказал, что за все время ее службы в центральном аппарате Минобороны ни одной картины оттуда, по его данным, не пропало.

К "беспрецедентной кампании черного пиара", якобы организованной против госпожи Васильевой, свидетель Сердюков, как выяснилось, "относится отрицательно". Его несколько озадачила, пожалуй, только одна из озвученных обвиняемой жалоб-вопросов — о том, что ей "угрожали тюрьмой" в случае отказа от компрометирующих экс-министра показаний. "Была такая информация",— как-то неуверенно заметил свидетель. Однако на просьбу конкретизировать свое заявление ответил уже категорическим отказом.

Никакого ущерба, только польза


Как только представители прокуратуры начали задавать ему вопросы, напрямую касающиеся предъявленных госпоже Васильевой обвинений, свидетель стал выступать в качестве адвоката подсудимой. Более того, уже амнистированный, он стал брать на себя и всю ответственность за совершенные, по версии следствия, преступления бывшей подчиненной.

Так, например, встал вопрос о назначениях членов советов директоров дочерних структур ОАО "Оборонсервис" — этих людей, как полагает следствие, рекомендовала на должности обвиняемая Васильева, чтобы затем с их помощью совершать сомнительные сделки с военной недвижимостью. Однако господин Сердюков опроверг обвинения, указав, что все кадровые решения в "Оборонсервисе" принимались по его поручению. "Кто бы там ни был — Иванов, Петров или Сидоров,— все они назначались только по директиве министра обороны,— заявил суду свидетель.— Это были мои решения, я сам их принимал, и никто на меня при этом не давил".

Отвечать на вопросы о продажах военного имущества экс-министр начал издалека. По его данным, к моменту его вступления в должность на балансе армии было огромное количество непрофильных активов: 23 тыс. военных городков, 15 тыс. котельных, многочисленные ремонтные заводы, которые были для военного ведомства "большой обузой".

Их приходилось финансировать, давать авансы и кредиты, льготные условия аренды, однако предприятия все равно не могли "подняться с колен". На этих объектах, по словам свидетеля, "постоянно отключали газ, свет либо не платили зарплату", а он, в свою очередь, получал регулярные нагоняи от руководства страны.

Особые хлопоты экс-министру, по его словам, доставляли военные сельхозпредприятия. На Дальнем Востоке, как утверждал свидетель, директор военного совхоза взял в лизинг комбайны и прогорел: ему оказалось негде и нечего сеять. А Орловская птицефабрика, принадлежавшая военным, заявила отпускную стоимость яйца на 15% выше, чем в магазинах. "Если я это яйцо на Камчатку привезу, оно подорожает еще втрое,— возмущался свидетель.— И зачем мне такое яйцо?"

Все убыточные предприятия, по словам господина Сердюкова, не были нужны министерству "ни в каком виде", поэтому, поставив перед руководством страны этот вопрос, он получил разрешение на приватизацию и продажу непрофильных активов.

Благодаря госпоже Васильевой эта задача была, по его словам, реализована, а вырученные средства пошли на перевооружение и обеспечение военнослужащих жильем: "Таким образом, от работы Евгении Васильевой не было никакого ущерба — только польза". Отметим, что по версии СКР, ущерб от вменяемых госпоже Васильевой 12 эпизодов махинаций превысил 3 млрд руб.

По мнению свидетеля, "работа по продаже недвижимости была проведена качественно и вовремя, а если бы Минобороны не избавилось от балласта, то последствия кризиса 2008-2009 годов были бы для министерства гораздо тяжелее".

"А вам не все равно кто купит?"


Вопросы гособвинителей о ценах, по которым было продано военное имущество (следствие, напомним, полагает, что они были существенно занижены для "близких" к главной обвиняемой покупателей), вывели спокойного и немногословного в целом свидетеля Сердюкова из равновесия.

"Имущество продавалось не потому, что кто-то на него нацелился, а потому что нужно было срочно избавить министерство от лишних расходов",— пояснил экс-министр прокурорам. По его словам, законодательство для подобных случаев вообще не предусматривает предварительной оценки недвижимости, а если она все же была сделана, продавец имеет право вдвое скинуть цену на торгах. Тем не менее, как заявил свидетель, все без исключения объекты оценивались, "чтобы иметь какие-то ориентиры и не допустить коррупционных проявлений". Продавали их, несмотря на срочность поставленной задачи и кризисное время, почти всегда по оценочной стоимости и только в некоторых случаях, когда отдельные "неликвиды" зависали на торгах на месяцы и даже годы, сбрасывали цену.

Отвечая на вопрос о якобы аффилированных с экс-начальником ДИО покупателях военной недвижимости, господин Сердюков прямо заявил, что Минобороны мало интересовалось последними: для ведомства были важны лишь прозрачность сделок и адекватность предложенной цены. "Вот вы когда продаете свой автомобиль, вам не все равно, кто его купит?" — поинтересовался он у прокуроров и не получил при этом внятного ответа.

Отметим, что участники процесса не хотели отпускать свидетеля Сердюкова в течение примерно пяти часов. Стороны так увлеклись процедурой, что забыли даже про обеденный перерыв. Между тем к вечеру вопросы к экс-министру обороны явно иссякли и стали повторяться, а свидетелю пришлось напоминать своим собеседникам, что ответы на их вопросы он уже давал и не хотел бы по нескольку раз повторять одно и то же. Судья в итоге сообщила о закрытии заседания и отпустила главного свидетеля.

Его выступление, как выяснилось, произвело огромное впечатление на профессиональных защитников госпожи Васильевой. Покидая суд, адвокаты заявили журналистам, что экс-министр фактически изложил суду консолидированную позицию защиты обвиняемых (помимо госпожи Васильевой перед судом предстали еще шестеро предполагаемых участников хищений). "Главный свидетель убедительно доказал суду, что в уголовном деле нет ни одного аргумента, подтверждающего причастность подсудимых к тем преступлениям, которые им инкриминируют,— пояснил один из защитников.— Лучшим выходом для прокуратуры в этой ситуации будет просто отказаться от всех предъявленных обвинений".

Сергей Машкин


Комментарии
Профиль пользователя