Семь бед — один рунет

В чем перспективы "цифрового суверенитета" России

Испорченные в этом году отношения с Западом заставили власти всерьез задуматься о "цифровом суверенитете": появились законы о регистрации блогеров и хранении данных граждан РФ на территории страны, делались попытки создания дублирующей инфраструктуры рунета. В итоге число "заглушек" Роскомнадзора на месте неугодных сайтов исчисляется десятками тысяч, интернет-пользователи попрощались с анонимностью, менеджеры зарубежных IT-корпораций пакуют чемоданы, но настоящий "цифровой занавес" пока не выглядит реалистичным.

Фото: dapd/AP

В уходящем году за рунет взялись по-настоящему — никогда прежде он не испытывал такого пристального внимания властей. Причиной стали испорченные отношения с Западом из-за конфликта вокруг Украины и присоединения Крыма.

В апреле президент Владимир Путин заявил, что государство должно отстаивать свои интересы в интернете, а информация о россиянах, которая передается в сеть, должна храниться в России. Инвесторы отреагировали тревожно — акции "Яндекса" и Mail.ru Group в тот же день упали на 10%. В Госдуме оперативно написали и утвердили закон о хранении и обработке персональных данных россиян только на территории страны, который вызвал невиданный шквал критики со стороны бизнеса. Авиакомпании и транспортные операторы, зарубежные соцсети, интернет-магазины и туркомпании не понимали (и во многом не понимают до сих пор), как им изменить свой бизнес, давно выстроенный на облачной IT-инфраструктуре с обработкой данных сотнями серверов в разных точках мира. Перенос баз данных в Россию обернется серьезными расходами, но компаниям, которые не успеют это сделать до 1 сентября 2015 года, грозит фактическое прекращение операций. Пока иностранный бизнес только подсчитывает возможные расходы, но уже заявили о себе госкомпании, намеренные выиграть от этого процесса: "Ростех", разрабатывающий систему бронирования авиабилетов, и "Ростелеком", планирующий построить в ближайшие годы несколько центров хранения данных.

По мере ухудшения геополитической обстановки росла и значимость интернета как политического инструмента. В течение года в администрации президента обсуждалась революционная реформа отрасли, включающая контроль над международным трафиком и доменным пространством в зоне .ru и .рф с фильтрацией всего сетевого контента. В июле Минкомсвязь при участии силовиков провела учения, где отрабатывались сценарии отключения интернета как изнутри — в случае чрезвычайной ситуации, так и снаружи — в случае "злонамеренных действий". Не замечая скепсиса экспертного сообщества, власти, кажется, всерьез считают, что подконтрольный правительству США администратор интернета ICANN может отключить Россию от сети. Интернет-бизнес в этот момент сплотился против возможного наступления на свободу слова. Но простым блогерам все же досталось: летом вступил в силу закон, согласно которому владельцы страниц в ЖЖ, соцсетях и на одиночных сайтах с аудиторией более 3 тыс. человек должны идентифицироваться, проверять информацию и выражаться цензурно — в общем, держать себя в руках.

Не осталась без внимания и экономика рунета, за 20 лет достигшая 1,6% ВВП страны (более 1 трлн руб.). Власти решили, что эти деньги уходят сквозь пальцы: весь год правительство обсуждало, как их "упорядочить". Обсуждался удар по интернет-импорту — посылкам из зарубежных онлайн-магазинов. Сейчас граждане могут закупить товаров на €1 тыс. в месяц, не уплачивая 30-процентную пошлину. Чиновники пытались снизить порог до €150, но после выступления более 100 тыс. граждан в интернете ослабили хватку, предложив компромисс в €500. Падение рубля лишило обсуждение смысла: бизнес интернет-торговцев, которые по-серому провозили через границу импортные товары, умер сам собой.

На этом фоне слово "импортозамещение" прочно вошло в чиновничий лексикон, но в IT-отрасли его считают утопией. Российские операторы на 90% используют импортное оборудование американских вендоров. Когда Cisco начала исполнять требования санкций, попавшие под них структуры остро почувствовали зависимость: отказ от модернизации и техническое отставание оказались безальтернативными. Жить можно, но плохо, говорил обреченным голосом представитель одного из "подсанкционных" банков, когда ему отключили обновление Windows. В Минобороны переход на отечественные IT-продукты обернулся строительством потемкинской деревни: логотипы Panasonic на служебных телефонах закрыли наклейками "Воентелекома" по требованию Сергея Шойгу.

Попытка Минкомсвязи выйти из положения также оказалась неудачной. Министерство предложило создать фонд для поддержки разработки отечественного софта в критичных отраслях, наполняя его за счет 10-процентного сбора с выручки всех продавцов софта. Встретив сопротивление IT-отрасли, Минкомсвязь пыталась поднять налоги для софтверных компаний, но получила жесткий отпор Минэкономики. В результате отечественные разработчики софта развиваются, как и раньше, самостоятельно и, наверное, этому даже рады.

Однако поиски Россией своего пути в информтехнологиях заставили зарубежные компании паковать чемоданы — в декабре Google объявила, что прекратит инженерные разработки в России и переведет разработчиков в другие страны, закрывается представительство Adobe, Microsoft ликвидировала офис разработчиков Skype в Зеленограде и перевозит значительную часть сотрудников в центр разработки в Праге. "Чего ждать рунету в следующем году? Ничего хорошего",— мрачно шутят участники рынка, добавляя, что пока никто не понимает, что будет дальше.

Роман Рожков

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...