Имя собственное

маркетинг

Российские модные бренды нуждаются не только в хороших дизайнерах, правильной маркетинговой стратегии и народном признании, но и в производственной базе. Сейчас большинство отчественных марок шьют свою продукцию в азиатских странах. Но увеличение числа современных фабрик, колебания курса рубля и необходимость оперативно реагировать на потребительский спрос могут подвигнуть их на размещение заказов на внутреннем рынке.

Новые российские одежные марки были представлены в Пекине на неделе моды, в рамках проекта #OpenRussianFashion

Фото: Getty Images / Fotobank

Инвестиции в российскую fashion-индустрию растут, а сам рынок одежды в стране остается привлекательным, считает председатель Европейского совета по делам моды и экспорта текстиля (EFTEC) Райнхард Депфер. По оценке EFTEC, российский рынок одежды, аксессуаров и обуви достиг в 2013 году €58 млрд, из них €35 млрд пришлось на оборот одежды, выросший в 2013 году на 6% по сравнению с 2012 годом. Драйверами роста стали расширение онлайн-продаж и региональных зонтичных одежных сетей. Прогноз, впрочем, не радует: господин Депфер ожидает по итогам 2014 года не роста, а сокращения розничных продаж одежды на 14%, а в 2015 году — спада еще на 12%, до €26,5 млрд — показателя, близкого к итогам кризисного 2009 года. Стабилизации стоит ждать года через три-четыре — столько времени обычно восстанавливается индустрия после кризиса.

В последние несколько лет, по данным Госкомстата, выпуск готовой одежды в России идет на подъем, но отечественные производители не могут конкурировать с китайскими фабриками.

Российские бренды все чаще размещают заказы вне страны. Большинство торговых марок, такие как Incity, Zarina, Befree, Oodji, полностью перенесли производство в азиатские страны. Эта проблема актуальна не только для нашей страны.

"С начала 2000-х годов в Италии закрылись десятки текстильных фабрик, тысячи их сотрудников потеряли работу. Главной причиной стало нашествие китайских конкурентов, которые внедрились в сферу моды и своими поставками почти полностью заменили итальянских производителей. Оборудование перепродается в третьи страны, где рабочая сила стоит дешевле,— в Румынию, Аргентину или Перу. А в центре текстильной промышленности Италии городе Прато почти все фабрики принадлежат китайским бизнесменам,— рассказывает независимый эксперт текстильной промышленности из Италии Франческо Джорджо.— Для моей страны это трагедия, а России стоит учесть этот урок и постараться найти и защитить свою нишу в рынке, если понадобится — при протекции государства".

Отечественных дизайнерских домов, размещающих заказы внутри страны, единицы. К ним можно отнести смоленский бренд "Твое", имеющий собственные хлопкопрядильные, трикотажные, чулочно-носочные мануфактуры в России, и компанию Kira Plastinina, которая ранее заказывала пошив коллекций в Китае, но в 2012 году приобрела бывшую парусно-полотняную фабрику в подмосковном городке Озеры. В ее реконструкцию было вложено 150 млн руб., и теперь компания производит в Озерах не менее 15% от общего объхема своей продукции, в том числе премиальную коллекцию Lublu. "Открытие собственной фабрики позволило сократить производственный цикл, начать гибче реагировать на колебания потребительского спроса и как итог заметно увеличило обороты компании в 2013 году",— говорит создатель бренда Кира Пластинина.

Производители одежды из регионов тоже ищут возможность занять рыночную нишу. Так, Уфимская трикотажная фабрика, еще с советских времен специализировавшаяся на пошиве недорогой трикотажной одежды и школьной формы, провела ребрендинг, обучила персонал с привлечением иностранных специалистов, осуществив модернизацию, зарегистрировала новую торговую марку Tricardo и представила ее в 2013 году на Неделе моды Mercedes-Benz в московском Манеже. Изюминкой коллекций одежды, созданных совместно со Славой Зайцевым, стали этнические мотивы — неслучайно коллекция прет-а-порте Tricardo получила восторженный прием в том же году в Париже во время презентации Башкирии в штаб-квартире ЮНЕСКО. Одновременно с европейским рынком фабрика начала осваивать и азиатский, проведя в октябре нынешнего года успешный показ на Mercedes-Benz China Fashion Week в Пекине. По словам председателя совета директоров фабрики Зухры Исмагиловой, расширение производства сдерживается отсутствием отечественного сырья.

В другом регионе России — в Карачаево-Черкесии, где с давних пор занимаются разведением овец и производится 30% шерстяных изделий в стране, сырьевую проблему решают с 2010 года. В Черкесске компания "Квест-А" строит фабрику по переработке шерсти, производству пряжи и трикотажных изделий. Первая ее очередь уже введена в строй и позволяет перерабатывать до 3,6 тыс. тонн шерсти в год. Вторая очередь — прядильная фабрика, рассчитанная на выпуск 2,5-3 тонн пряжи в год,— завершается в 2014 году, а с 2015 года, как ожидается, начнется строительство третьей очереди — трикотажной фабрики. Общий объем инвестиций в проект, реализуемый в рамках федеральной целевой программы по развитию Северо-Кавказского региона и открывающий более 500 новых рабочих мест, составил более 1,1 млрд руб. Значительную часть средств в создание производства вложил Сбербанк.

По словам учредителя компании "Квест-А" Марата Халкечева, фабрика станет единственным в России предприятием, выполняющим полный цикл производства — от обработки стриженой шерсти до выпуска трикотажа. Уникальность ее и в используемых инновационных технологиях, не имеющих аналогов в Европе: фабрика строится прямо на термальном источнике, его вода используется для мойки шерсти и обогрева цехов. "Импортозамещение — ключ к конкурентоспособности России, но это процесс непростой. Хотя западные санкции напрямую нас пока не коснулись, но падение курса рубля осложнило положение, ведь оборудование и запчасти мы закупаем в Европе, шерсть на переработку — в Австралии, Аргентине, пряжу — в Турции. Вместе с тем мы не можем вслед за ростом валюты сразу на 20-30% повысить цену на свою продукцию, иначе потеряем спрос на нее. Единственный путь — изыскивать резервы для удержания цен на прежнем уровне",— говорит господин Халкечев.

В соседней Ингушетии тоже идет работа над открытием фабрик — швейных. Дом моды Валентина Юдашкина уже четыре года активно сотрудничает в этом направлении с руководством республики. Как сообщил господин Юдашкин, при поддержке Министерства промышленности и торговли России, руководства Ингушетии, совместно с Кораблинской текстильной мануфактурой дом моды разрабатывает проекты технического переоснащения местных предприятий, внедрения современных технологий, готовя для фабрик квалифицированный персонал.

Еще один значительный сектор отрасли — нишевые fashion-бренды, ориентированные не на массового потребителя. Пока, правда, спрос на их продукцию невысок, а в премиальном сегменте лидируют итальянские и французские поставщики. "Причина в высоких ценах на отечественные изделия при качестве, несопоставимом с продукцией известных западных модных домов, поэтому большинство заказов, размещаемых у российских дизайнеров, разовые, а покупки — импульсивные",— объясняет специалист по маркетингу Play Fashion Светлана Терешкина. Разрушить миф "российское значит дорогое" пытается московская компания Sunday Up Market, занимающаяся организацией выставок-продаж продукции почти 200 отечественных дизайнеров.

Но частная инициатива не может сравниться по масштабам с государственной кампанией. Министерство промышленности и торговли России недавно запустило проект, помогающий российским дизайнерам принимать участие в неделях моды в Милане, Париже, Лондоне и Дюссельдорфе.

У российского fashion-рынка есть будущее, и многое будет зависеть не только от его поддержки государством, но и от самих производителей, которым предстоит освоить правила конкурентной борьбы и "не страшиться амбициозных проектов, за счет которых движется вперед большой бизнес",— констатирует Франческо Джорджо.

Ляйсан Юмагузина

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...