Банк России идет по зебре
Черная полоса для рубля может на поверку оказаться белой
Стресс-сценарий Банка России, разрабатывавшийся как справочный в Основных направлениях денежно-кредитной политики, вполне может стать основным. Первый заместитель председателя ЦБ Ксения Юдаева вчера назвала высоковероятным долгосрочное снижение цен на нефть на уровень $60 за баррель. Банк России предполагает, что это обойдется экономике годичной рецессией в 2015 году с быстрым восстановительным ростом с 2016 года. Впрочем, многое будет зависеть от темпов сокращения импорта: ограничивающие внешнюю торговлю действующие санкции в расчетах ЦБ выступают защитой от будущего вторичного обвала рубля и ВВП.
Первый зампред ЦБ Ксения Юдаева полагает, что структурные реформы будут проводиться под руководством дешевого барреля
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ / купить фото
Ксения Юдаева на семинаре с региональными властями (напомним, ранее аналогичный семинар проводил Минфин; см. "Ъ" от 27 ноября) заявила, что сценарий со среднесрочным снижением нефтяных цен "высоковероятен", во всяком случае ЦБ уже после решения ОПЕК о сохранении квот на добычу нефти в конце ноября подробно рассчитал сценарий поведения экономики при ценах нефти, снижающихся к уровням $60 за баррель. Напомним, стресс-сценарий с такими ценами нефти был справочным в проекте ДКП, внесенном в Госдуму,— пессимистический вариант прогноза ЦБ ориентировался на снижение цен до $80 за баррель в 2015 году с последующим умеренным ростом цен. Теперь они, исходя из слов Ксении Юдаевой, расширены до полноценных прогнозов по двум сценариям: краткосрочного обвала цен к $60 за баррель с возвратом к $80 в 2015 году и постоянного снижения до $60.
По мнению ЦБ, "небольшой" спад в экономике в 2015 году возможен уже сейчас (большинство аналитиков инвестбанков уже полагают рецессию на уровне от -0,5% до -1,7% ВВП неизбежной в 2015 году). Шоковое сокращение цен с отскоком приведет к значимой, но краткосрочной рецессии. Долгосрочное снижение цен, соответственно, запустит диверсификацию импорта и развитие импортозамещения, причем власти РФ могут влиять на скорость этих изменений за счет времени структурной перестройки экономики. Госпожа Юдаева подтвердила расчеты ЦБ коэффициента эффекта переноса курса на цены (0,1-0,12 п. п. роста индекса потребительских цен, ИПЦ, на 10% ослабления реального эффективного курса рубля). ЦБ пока не представляет расчетов стресс-тестовых сценариев, которые грозят превратиться в базовые, в цифрах.
И ЦБ, и аналитики, отметим, весьма спокойно относятся к всплеску инфляции из-за неизбежной при снижении цен на нефть дальнейшей девальвации рубля, считая "таргет" 4,5% ИПЦ достижимым к 2016-2017 годам даже при наиболее драматичном сокращении нефтяных цен. Отметим, при текущей ситуации аналитики Morgan Stanley видят почти неизбежным рост ключевой ставки ЦБ в декабре 2014 года примерно до 10% — и при ограничении темпов роста М2 жесткой политикой ЦБ до 4-5% годовых (см. "Ъ" от 30 ноября), снижении ВВП, обвале инвестиций и рецессии в промышленности инфляция вполне может снизиться до 5% к концу 2015 года вне зависимости от курса рубля к доллару и евро.
Впрочем, в своих расчетах ЦБ явно предполагает, что платежный баланс РФ будет оставаться активным, между тем это не гарантировано. Так, Юлия Цепляева, глава Центра макроэкономических исследований Сбербанка, констатирует: "При сценарии $70 за баррель, который мы тщательно просчитывали по отдельным товарным группам, импорт сокращается на 22%. Если говорить о $60 за баррель, падение будет более значительным — на треть (на $82 млрд.— "Ъ")". По расчетам Сбербанка, возможно, например, сокращение выездного туризма на 50%. Елена Абрамова, директор Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), дает схожие прогнозы: "При $60 за баррель падение импорта будет такое же, как в 2009 году, тогда оно составило 36%. Понятно, что по сравнению с 2009 годом зависимость экономики от импорта очень сильно выросла. Но импорт уже упал, больше даже из-за санкций, чем из-за ослабления рубля".
Напомним, сейчас именно торговые запреты выступают своеобразной защитой сальдо торгового баланса и адаптируют экономику в 2014 году к удорожанию (из-за слабого рубля) импорта 2015 года. Но предположения о скорости сокращения импорта в РФ — наиболее слабое место в этих расчетах: последствия для экономики, например, сокращения импорта на треть от уровней 2013 года (что выглядит возможным при новом снижении курса рубля на схожие величины) не проверялись, эластичность импорта — плохо прогнозируемая величина. Во многом положительное сальдо платежного баланса сейчас поддерживается именно торговыми ограничениями и снижением спроса на инвесттовары. Но адаптация госмонополий и части потребителей к новому курсу рубля, а также стремительное сокращение в первом квартале 2015 года экспортных доходов нефтяных и прочих сырьевых компаний вполне могут сделать торговый баланс дефицитным уже в начале следующего года.
При плавающем курсе рубля это уже новая и для ЦБ, и для всей экономики ситуация, в которой санкции скорее мешают восстановлению. При этом поведение и национальной валюты, и инвесторов в ситуации, при которой "несжимаемый" в перспективе одного-двух лет товарный импорт будет больше объемов экспорта, предсказуемо: это новое, уже фундаментальное, снижение курса рубля, равновесие при меньшей занятости в экономике и при потере части экспортных рынков, что санкции лишь усугубят. В этом случае несколько лет адаптации к дешевой нефти могут быть более болезненными, чем в прогнозах ЦБ.