Коротко


Подробно

Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ   |  купить фото

Психоневрологические отклонения

В правительстве признали, что положение пациентов в подмосковных интернатах требует срочных мер

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 3

Правительство разработает новое положение о деятельности психоневрологических интернатов (ПНИ). Поводом для этого стали факты нарушений прав человека в некоторых из них, о чем, в частности, писал журнал "Коммерсантъ-Власть". Проект положения предложит Совет по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ в ближайшие три месяца.


Проблема бесправного положения российских граждан в психоневрологических интернатах обсуждалась на заседании Совета по вопросам попечительства в социальной сфере при правительстве РФ в связи с опубликованной 20 октября в журнале "Коммерсантъ-Власть" статьей "Это такая территория вне закона".

В ней сообщалось о многочисленных нарушениях прав человека в Звенигородском психоневрологическом интернате — в частности, о том, что "провинившихся" инвалидов наказывают большими дозами психотропных препаратов, лишают их свободы и даже дееспособности. Через два дня после публикации вице-премьер Ольга Голодец поручила администрации Московской области (МО) разобраться в изложенных фактах, а Общественная палата (ОП) инициировала проверку учреждения. О предварительных выводах и рассказали члены комиссии на совете: подтвердились факты чрезмерного лечения медицинскими препаратами и неоправданного назначения молодым людям аминазина, который не только слишком подавляет активность, но и вызывает среди прочего паркинсонообразные расстройства и нарушения работы почек и печени. Комиссия отметила, что многие люди, попавшие в этот интернат, хотели бы научиться читать и писать, но с ними никто не занимается — в интернате проживают 400 человек и работают 180 сотрудников, однако среди них только два специалиста по социальной работе. За три последних года восемь человек были лишены дееспособности и ни один не был восстановлен в правах, что свидетельствует об отсутствии реабилитационной работы в интернате. Опрошенные комиссией люди подтвердили, что хотели бы восстановить дееспособность, а также выяснить, могут ли они жить самостоятельно, но, по их словам, администрация ПНИ не идет им навстречу в разъяснении их прав, что свидетельствует о ненадлежащей юридической поддержке со стороны учреждения. Напомним, что ПНИ — это учреждение социальной защиты, в котором люди находятся по собственному желанию на основании подписанного с учреждением договора. Выводы комиссии свидетельствуют о том, что условия проживания часто напоминают тюремные. У многих обитателей интерната, особенно его "закрытых" этажей, отбирают телефоны, деньги, паспорта, и они не могут связаться с внешним миром. Из этого следует, что, дав однажды письменное согласие на проживание в этом ПНИ, люди оказываются в заложниках — выйти из учреждения в город могут лишь единицы — по пропускам, которые выдаются только в качестве поощрения. В течение длительного времени на четвертом этаже учреждения располагался так называемый карцер — комната с железной дверью, в которую запирали людей в целях наказания. Еще в 2013 году в Звенигородском ПНИ работала комиссия ОП, которая обнаружила в карцере человека, прожившего там два месяца: он подтвердил, что за это время ни разу никуда не выходил, а врач осмотрел его лишь однажды. Лишь около двух недель назад железная дверь карцера была демонтирована. Ольга Голодец назвала наличие карцера и насильственную длительную изоляцию людей "издевательством". "Не надо быть врачом, чтобы отличать издевательство от изоляции",— отметила вице-премьер.

Несмотря на заключение комиссии ОП от 2013 года, зафиксировавшее многочисленные нарушения прав человека в Звенигородском ПНИ, вице-губернатор Московской области, бывший министр соцзащиты МО Ольга Забралова заявила на заседании совета, что факты нарушений в интернате ни разу не подтвердились. По ее словам, в интернате проводились областные проверки, в том числе следственным комитетом по Звенигороду. Из ее слов следовало, что шум устроили волонтеры, по вине которых учреждение проверили уже семь раз.

Однако вице-премьер раскритиковала Ольгу Забралову: "Я, не будучи в вашем интернате, уверена, что большая часть фактов, которая приведена в статье,— это правда. Не надо защищать честь мундира. Вы тем самым только усугубляете ситуацию. Надо спокойно и откровенно, по-честному разобрать ситуацию. Самое вопиющее, что наказанием за поведение людей является лечение препаратами, которые им не назначены. Вы понимаете, что это преступление против личности?" На возражение Ольги Забраловой, что областная медицинская комиссия этого не подтвердила, Ольга Голодец ответила: "Думаете, что кто-то из медиков подтвердит, что давал неправильно лекарство? Вы где живете?"

А члены совета порекомендовали вице-губернатору не надеяться на комиссии областного уровня, которые работают по принципу корпоративной солидарности, а больше привлекать независимых экспертов. Член попечительского совета детского дома-интерната (ДДИ) N8 в Москве Ксения Алферова рассказала, что лишь после того, как директор ДДИ была уволена, независимые врачи обнаружили, что детям назначались препараты, которые не были им показаны.

О необходимости гражданского контроля со стороны волонтеров и НКО напомнила и Ольга Голодец: "Очень важно общественное присутствие в этом ПНИ". По словам вице-премьера, руководству области нужно больше внимания уделить реорганизации психоневрологических интернатов и детских домов-интернатов: злоупотребления медицинскими препаратами были зафиксированы и в Звенигородском ПНИ, и в Колычевском детском доме-интернате — и это "большая беда именно Московской области". В ближайшее время Росздравнадзор по распоряжению Ольги Голодец проверит областные учреждения соцзащиты.

Также совет разработает положение о деятельности ПНИ, в котором намерен объяснить руководителям интернатов (которыми часто назначают военных пенсионеров), что домашняя обстановка в таком учреждении важнее дисциплины и порядка, что каждый человек имеет право на личное пространство и что нельзя заставлять 80-летнюю пенсионерку вставать по зову утренней сирены или входить к ней в комнату без стука.

Кроме этого, Совет федерации собирается вносить в Госдуму законопроект о совместной опеке, который позволит волонтерам, представителям НКО, родственникам напрямую участвовать в жизни недееспособных граждан. Сегодня единственным опекуном недееспособных людей, живущих в ПНИ, является директор учреждения — это создает жесткую вертикаль, в которой права личности не учитываются вовсе. Новый закон позволит представителям НКО становиться опекунами наряду с руководством учреждения, что значительно увеличит свободу и возможности людей, лишенных дееспособности. "Если закон будет принят, внешний опекун будет решать вопрос, где вообще может проживать его подопечный,— говорит председатель попечительского совета Морозовской детской больницы Юлия Басова,— и тогда директор ПНИ будет заинтересован, чтобы проживающий в интернате человек хотел остаться именно в нем, а не выбрал какой-то другой. И тогда, в условиях конкуренции, директору придется создавать достойные условия для жизни людей".

Впрочем, эксперты, опрошенные "Ъ", не уверены в том, что реорганизация ПНИ решит проблему несвободы личности в системе. "Эти интернаты созданы для того, чтобы изолировать людей от общества,— говорит председатель правления Центра лечебной педагогики Роман Дименштейн.— Система управления интернатами основана на насилии, и люди, которые там работают, не знают, что можно по-другому. Чтобы человек, неспособный жить самостоятельно, был защищен, нужно его социализировать. Для этого нужны социальные квартиры и система социального сопровождения. Но это затратно. Местным властям выгоднее ПНИ. Эти ПНИ решают их проблемы".

Ольга Алленова, Роза Цветкова


Комментарии
Профиль пользователя