Коротко


Подробно

Фото: Вячеслав Прокофьев / Коммерсантъ   |  купить фото

«Каждый выбирает сам, в каком контексте жить»

Борис Гребенщиков о своем новом альбоме «Соль»

1 ноября вышел новый сольный альбом лидера группы «Аквариум» Бориса Гребенщикова «Соль». Это десять песен, записанных в студиях Лос-Анджелеса, Лондона и Санкт-Петербурга. Перед тем как отправиться в турне в поддержку альбома по городам России, Германии, Украины и Белоруссии, «Аквариум» собрался для репетиций в подмосковном пансионате, БОРИС ГРЕБЕНЩИКОВ ответил на вопросы БОРИСА БАРАБАНОВА.


— По какой причине в альбоме «Соль» стоит ваше имя, а не название группы «Аквариум»?

— «Соль» для меня — это набор из десяти очень личных песен, довольно печальных, даже мрачных. Я не считаю себя вправе втягивать в это то присутствие, которое называется «Аквариум». Слова «мрачный» и «Аквариум» для меня несовместимы.

— В каком хронологическом порядке рождались эти песни? Правильно ли будет сказать, что первыми широкая публика узнала те песни, которые были написаны позже прочих?

— Все песни, кроме «Селфи», написаны в прошлом году, задолго до политических событий, с которыми некоторые из них принято соотносить.

— И «Праздник урожая во Дворце труда»?

— Он был даже записан уже в августе прошлого года. А соотношение — оно в головах слушателей. Дело в том, что любой человек, который пишет настоящие песни, так или иначе неизвестным мне путем подсоединяется к сфере, где все уже произошло. Это, наверное, то, что Платон называл «сферой идей». Песни приходят. Я, может быть, и не хотел, чтобы они приходили, но они приходят.

— В качестве сопродюсера альбома «Соль» указан Митчелл Фрум. Кто это?

— То, что его не знают у нас, печально характеризует советских меломанов. Митчелл продюсировал первые три альбома Crowded House, одной из лучших групп последних 30 лет. Он также спродюсировал семь альбомов Ричарда Томпсона, одного из лучших гитаристов эпохи. Митчелл работал с Полом Маккартни, с Fleetwood Mac, c Сюзан Вегой, много с кем. Мне неинтересно работать одному, мне нужно от кого-то отталкиваться, с кем-то сравнивать свою точку зрения, с кем-то совместно жонглировать идеями. Митчелл живет в Лос-Анджелесе, и я поехал в Лос-Анджелес, впервые после долгого перерыва. Я бы к нему куда угодно поехал. Теперь у нас с ним план — в следующем году «забить» одну студию под Марселем и посидеть там, посмотреть, что у нас может выйти.

— Ричард Томпсон появился в альбоме через него?

— Нет, наоборот, я попросил Ричарда найти Митчелла для меня.

— Ричард Томпсон играет только в одной песне — «Губернатор»?

— Это все, что он успел, потому что он все время на гастролях.

— В композиции «Любовь во время войны» на флейте играет Ян Андерсон из Jethro Tull. Самые знаменитые партии Дюши Романова в альбомах «Аквариума» записаны явно с Jethro Tull в качестве ориентира. Участие Андерсона в «Соли» выглядит как некое завершение картины. Так ли это?

— Скорее, это начало новой истории. Социально мы знакомы с ним довольно давно. Ян Андерсон знает про «Аквариум». И я на самом деле вырос на его музыке. Он для меня один из важнейших персонажей музыки XX века. Когда появилась эта песня, я послал ее ему, и он ответил, что с удовольствием сыграет и не возьмет за это денег.

— Мела Коллинза, который играет в песне «Ветка» на бас-кларнете, упоминают в контексте группы King Crimson, но там вообще-то много кто переиграл…

— Мел Коллинз там играл почти с самого начала, начиная с альбома «In the Wake of Poseidon». С нами он работал в перерыве между участием в новом воплощении King Crimson, где на авансцене три барабанщика, а сзади стоят Роберт Фрипп и другие музыканты сегодняшнего состава. В студию он приехал прямо с репетиции с Фриппом.

— Привез, можно сказать, частичку энергии King Crimson?

— Не уверен, что я этого хочу. У Роберта свое, у меня — свое.

— В песне «Не было такой» играет Эндрю Берд. Он мало кому известен здесь, хотя музыкант прекрасный.

— Митчелл работал с ним на нескольких альбомах. Я знал Эндрю по его песням, но не догадывался, насколько он хороший скрипач. И через Митчелла к нам попал Дэвид Идальго из группы Los Lobos. Они дружат лет 30. После того как мы познакомились, Los Lobos очень нацелились на гастроли в России. Песню «La Bamba», которую они сделали популярной, у нас, думаю, знают так же, как и во всем мире.

— Наконец, с вами сейчас двое музыкантов из Oasis и состава Ноэла Галлахера — Пол и Джереми Стейси. И, как я понимаю, это настоящие легионеры, в этом турне их можно будет видеть на сцене в составе «Аквариума».

— Я пытаюсь их немножко оттереть у Ноэла Галлахера. Сейчас у них есть время поиграть с нами.

— В процессе работы над альбомом не было ситуаций, когда вы с вашими зарубежными коллегами, например, вместе смотрели новости по телевизору? Или спорили о политике в пабе?

— Нет.

— Странно, все-таки запись альбома пришлась на период серьезных исторических потрясений.

— Мы в своей жизни видели много исторических периодов. Это один из них. Какой бы исторический период ни был, люди продолжают рождаться, умирать, быть в хороших отношениях друг с другом, быть в плохих отношениях, собачиться друг с другом, любить друг друга. Мы все это видели. Мы видели времена хуже. Мы видели времена лучше. И они тоже видели. Только что в Израиле ко мне пришел брать интервью один журналист и сразу стал активно расспрашивать о политике. Как только я спросил его про сектор Газа, он тут же схлопнулся. Что касается нашей страны, то на ее территории всегда были конфликты, одна часть населения враждовала с другой. Всегда были люди, которые доносят, и люди, которые по доносу сидят.

— Вопрос территории все же очень болезненный. Вот весной в интернете появился ролик, где вы, Юрий Шевчук, Вячеслав Бутусов и Максим Леонидов призываете Россию и Украину к миру. При этом вы произносите такую фразу: «Мы один народ, мы одна страна».

— Если по этому поводу возникают вопросы, загляните в «Историю государства Российского». Ну, пожалуйста! Кто мать городов русских, напомните мне? Петропавловск-Камчатский?

— Для меня ответ очевиден. Но на момент появления этого обращения у многих людей на Украине на этот счет уже была совсем другая точка зрения.

— Такая точка зрения была всегда. Я не вправе навязывать свою. Скажем так: это два народа, которые исторически близки друг другу. Когда-то это была одна страна. Потом это были разные страны. Потом опять одна. Теперь опять разные. Что будет дальше, никто не знает. Дурак тот, кто решится предсказывать. Я не жалею о том, что сказал в этом ролике. Я продолжаю считать, что любые конфликты должны решаться торговцами, купцами, а не военными.

— Сейчас вам предстоят гастроли в Киеве...

— У нас не гастроли в Киеве! У нас гастроли по всему миру — в Киеве, Минске, Тель-Авиве, Германии.

— Все равно киевский концерт пройдет в определенном контексте.

— Каждый выбирает сам, в каком контексте жить.

— Но не замечать контекст нельзя. Андрей Макаревич, выступив даже не в Киеве, попал под раздачу, страдает не только он, страдает его группа. Наверняка решение выступить в Киеве было для вас непростым.

— Что значит «решение»? Мы играем в городе Екатеринбург? Играем. Мы играем в Минске? Играем. Почему нам не сыграть в городе Киеве, где живут такие же люди, которые так же любят «Аквариум»?

— Такой сценарий, как отмена концертов в Екатеринбурге после выступления в Киеве, вы не рассматриваете?

— Я не подписываюсь под военными сценариями. Я продолжаю считать, что приезд «Аквариума» в любой город оказывает успокаивающее воздействие. Та энергия, которую «Аквариум» вырабатывает на своих концертах, может помочь миру. Мирные решения в интересах всех людей, если я не ошибаюсь. Покажите мне человека, который скажет, что мирное решение не в его интересах.

— За последнее время произошло слишком много противоречащего этой логике.

— Я не знаю, почему так происходит. Я только говорю, что мирное решение проблем — дело чести каждого человека. Если кто-то так не считает, значит, он больной.

— Вернемся к альбому. В первых откликах на него наряду с восторгами чувствуется определенное разочарование от того, что часть этих песен уже известна.

— По большому счету мы перестали работать в формате альбомов. Все, что у нас появляется, мы выкладываем в сеть. Не хотите разочаровываться — не скачивайте синглы, подождите, пока это выйдет как альбом. Это ваше решение. К тому же если вы заметили, иногда есть довольно серьезная разница между тем, что выложено сразу, и альбомной версией. Послушайте хотя бы ту же песню «Любовь во время войны».

— Очень хочется расспросить вас о песне «Stella Maris». У вас ведь есть целый ряд сложносоставных вещей, близких к симфонизму, и даже альбомы целые есть, и с хором вы не в первый раз работаете, но «Stella Maris» по воздействию сильнее их всех.

— В раннем Средневековье был культ поклонения Божьей матери как «звезде моря», stella maris или etoile de la mer. В парижской церкви Сент-Юсташ есть целая мозаика, посвященная Божьей Матери как путеводной звезде моряков. История написания этой песни — магическая история, как будто из Толкиена, Урсулы Ле Гуин или Питера Бигла. На протяжении 11 лет мне приходили отдельные куски этой песни, и я не понимал, зачем они приходят. Только когда они сложились в одно, я понял, о чем идет речь. Когда я ее писал, я вообще не чувствовал, что делаю что-то сложное. Мне казалось, ребенку ясно: это, потом это, потом это. Теперь, спустя неделю или две после того, как мы ее закончили, я вижу, что это далеко не так очевидно. Ничего себе! Вот это да!

— «Если я уйду» — тоже песня с длинной историей?

— Это песня примерно 1985 года. После того как я ее сочинил, мы сыграли ее один раз, с Александром Ляпиным, в Ленинградском дворце молодежи. Потом она по неизвестным причинам просто исчезла. Спустя двадцать с чем-то лет я ее вспомнил, мы записали демо, и я снова про нее забыл. И вот недавно она стала меня беспокоить. Мы стали ее играть на концертах, дописался правильный последний куплет и буквально с первого дубля мы записали ее с Сашей Титовым и братьями Стейси.

— Каков вообще объем нереализованного архивного материала у «Аквариума»?

— По моим подсчетам, у нас материала на четыре альбома. Часть где-то засвечена, часть никто не слышал. Предполагается, что это будет альбом «Аквариума», альбом каверов на отечественные песни, альбом всяких странных треков, и в планах особый альбом, который сможет выйти только после того, как я отправлюсь прочь из этого мира. Я его оставлю своим родным. Там будут песни, которые никто не слышал.

— То и дело встречаешь в интернете «мудрые истины от БГ». Стоит ли доверять аккаунтам в соцсетях, которые озаглавлены «Борис Гребенщиков»?

— Я им уже счет потерял. Но есть один точно мой аккаунт в инстаграмме. Есть твиттер, которым занимаются наши друзья по моему поручению. Есть фейсбук, вот два точных адреса:

1. Борис Гребенщиков

https://www.facebook.com/profile.php?id=100001212153135

2. Boris Grebenshikov Musician/band

https://www.facebook.com/grebenshikov

— Мой последний вопрос. Как вы себя чувствуете?

— Я себя чувствую значительно лучше, чем когда-либо в жизни.

Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение