"Мы лучше понимаем индивидуальные особенности каждого региона"

Финансирование строительства социальных объектов со стороны банка подразумевает предоставление денежных средств на длительные сроки — от трех до десяти лет. При этом не все банки имеют возможность предоставить такие длинные деньги. Банк Москвы может: накоплен уже значительный опыт по подобному финансированию

По словам директора департамента управления корпоративными продажами Банка Москвы Евгения Монина, регион сам определяет объект для кредитования.

В Банке Москвы нет каких-то специальных определений для этого термина. К социальной инфраструктуре мы относим детские сады, школы, вузы, медицинские центры и больницы, спортивные объекты, ФОКи, объекты социально-культурного значения — все, что напрямую влияет на качество жизни населения. Регион сам определяет, где у него больное место, куда необходимо направить бюджетные средства. По моему опыту, чаще всего вложений требует возведение детских садов и школ.

Региональная администрация выступает инициатором проведения торгов или конкурсов на право заключения контракта на строительство этих объектов, а банк, в свою очередь, предлагает победителю конкурса инструменты финансирования для реализации этого контракта.

В основном строительство социальных объектов финансируется за счет средств, выделяемых федеральным, региональным или муниципальным бюджетом. Финансирование строительства социальных объектов со стороны банка подразумевает предоставление денежных средств на длительные сроки — от трех до десяти лет. При этом не все банки имеют возможность предоставить такие длинные деньги. Мы можем: у нас накоплен значительный опыт по подобному финансированию.

Соответственно, для реализации контрактов компаниям, осуществляющим строительные и подрядные работы, банк предоставляет кредиты и кредитные линии, а также гарантии надлежащего исполнения обязательств по контракту, возврата аванса по контракту и гарантии на гарантийный период.

Второй способ строительства объектов социальной инфраструктуры, учитывая ограниченные возможности государства по выделению финансирования на эти цели,— строительство с применением государственно-частного партнерства (ГЧП), например концессионные схемы.

Наша сила в другом: мы лучше понимаем индивидуальные особенности каждого региона, каждого объекта, а также все виды рисков, связанных с этими проектами. Помимо финансирования у нас есть специальный тарифный план для проведения расчетов в рамках контрактов, а также продукт для осуществления контроля со стороны заказчика по целевому использованию денежных средств: важно, чтобы деньги пошли именно на те цели, которые определены контрактом.

Все подобные сделки сложные. Достаточно трудно выделить самый-самый. Для меня знаковым проектом является возведение гимназии N3 в Южно-Сахалинске. Проект был очень сложный, и при его рассмотрении в банке мы были вынуждены полностью погрузиться даже в технические особенности строительства.

А, например, во Владивостоке банк предоставил средства для финансирования затрат на строительство крупнейшего в регионе перинатального центра, который был долгостроем.

Первая сложность заключается в том, что сроки госконтракта на стройку превышают бюджетный год, а сейчас мы видим, что они превышают и сроки перспективного бюджетирования (три года). Поэтому понимание, как финансировать длительные контракты (больше трех лет), у большинства банков отсутствует. Вторая сложность — понять, насколько подрядчик готов к реализации проекта, насколько он обеспечен ресурсами, насколько у него проработана проектная документация на длительный срок и т. д.

И если банк умеет работать с такими проектами, развил такую компетенцию, то не важно, в каком в регионе он работает — в Москве или Владивостоке.

Доля строительной отрасли в кредитном портфеле банка в среднем по подразделениям на территории России составляет порядка 18%.

В конце прошлого года мы ставили перед собой цель быть в тройке банков, работающих с городским/региональным хозяйством. И сегодня эта цель уже достигнута.