Коротко


Подробно

Фото: Василий Шапошников / Коммерсантъ   |  купить фото

"А почему Донбасс не Чечня?"

от

Совет федерации почтил минутой молчания память погибших на Украине журналистов ВГТРК Игоря Корнелюка и Антона Волошина. О развитии событий на юго-востоке Украины рассуждает писатель Сергей Шаргунов.


Там и тут что анонимный тролль, что маститый политолог, только и спрашивают одно и то же с жизнерадостным задором героя шукшинского рассказа "Срезал!". "А почему Украине нельзя бомбить Славянск, если Россия бомбила Грозный? А почему Донбасс не Чечня? Везде сепаратисты, разве нет?" И всякий раз получается как-то так, что, к удовольствию вопрошающего, вопрос его повисает без ответа.

Между тем, если уж и проводить аналогии, никто почему-то не вспоминает о событиях, предшествовавших первой чеченской войне – о бунте регионов 93-го. Тогда местные руководители, называвшие себя патриотами России, всерьез грозили Ельцину созданием Сибирской республики и переносом мятежа в свои города. Причем после роспуска президентом парламента и краха Конституционного суда, аргументация в Новосибирске и Кемерове была та же, что в этот раз в Севастополе или Донецке. "Проамериканский переворот", "антинародные олигархи" (в 93-м они как раз нарождались вместе с приватизацией), и, наконец, Конституция, которая, если отменяются ее ключевые статьи, перестает действовать целиком.

А теперь представим, что 4 октября ничего не кончилось, и летчики из Нижнего Новгорода либерального Бориса Немцова бомбят Брянск красного Юрия Лодкина вместе с больницами и школами… Каково? Не то чтобы я выпячивал этничность, но вот тут аналогия точная, ведь и в Киеве, и в Славянске живет один народ — украинцы и русские, ну да, где-то русских больше.

А вообще-то, никакой народ бомбить нельзя, не правда ли? Кто, интересно, в восторге от первой чеченской? Я, например, по-прежнему убежден, — это была безобразная бойня. Вспомнить хотя бы новогодний ад грозненского штурма. Может, надо извлечь из случившегося какие-то уроки? Вторая же чеченская началась, если помните, когда Басаев вторгся в Дагестан, а у России нашелся весомый союзник – главное духовное лицо Чечни Кадыров-старший, и та война была тоже тяжкая, но все-таки другая.

Так кто сейчас союзник на Донбассе у киевских властей, где 90, если не больше процентов жителей их не хотят? Нацгвардия, пламенные революционеры, которым раздали оружие и дали путевку на восток? Может быть, темпераментный националист Олег Ляшко, позирующий на допросах возле голого связанного мужика, порезанного ножом?

Да и не просится ли рифма между "проектом Краины" этого самого националиста и как раз таки дудаевско-басаевской Ичкерией, где моноэтничность достигалась известными методами?

Зато в наши дни особо красочно проявились те, кто, когда надо, трясут изо всех сил своей светлой совестью, а когда снова надо, выказывают поразительное жестокосердие. Сколь многие известные персонажи двадцать лет назад лили слезы из-за того, что Россия присоединяет Чечню, но сегодня требуют решительно раздавить Донбасс, потянувшийся к России. Как говорится, вот в чем вопрос.


Комментарии