Чебурашка revisited
Лиза Биргер о главных событиях детской афиши
В новом, как бы японском фильме про Чебурашку есть сцена, когда вредная старуха Шапокляк однажды ночью меняет местами все таблички в зоопарке. Изумленные посетители с утра обнаруживают льва на месте крокодила и жирафа на месте льва. Так вот — в полнометражном мультфильме «Чебурашка», снятом в Японии в 2013 году, изумленный зритель, наоборот, обнаружит все на своих местах: и Чебурашку, и крокодила Гену, и льва Чандра, и старуху Шапокляк, и знакомые кукольные силуэты, и знакомые, будто бы выцветшие декорации условно европейского города первой половины ХХ века. И даже с новыми сюжетами история все так же начинается ящиком с апельсинами и заканчивается «Голубым вагоном». В отличие от рисованного мультсериала, кукольный фильм оказывается вообще не про Японию и не для японцев — это самое почтительное, самое внимательное посвящение российской анимации, какое только можно себе представить.

На что это похоже? На все, что было, только лучше. Как если бы сквозь замыленную привычную картинку мультфильма, вдруг проступил тот идеальный образ, что запомнился нам из детства. Новая картинка ровнее и четче. Постановщик фильма, один из лучших современных русских аниматоров Михаил Алдашин, объясняет это тем, что японцы использовали почти ростовые куклы, гораздо больше оригинальных. Немаловажно здесь то, что и наработки, и новый сценарий — русские, и возникли, когда с идеей полнометражного Чебурашки носились на студии «Пилот». Крокодил так же воспитан и тих, но еще интеллигентнее: отправляясь на рыбалку, берет с собой томик Басё. Чебурашка так же задает много вопросов, но чуть менее раздражающе пищит. Оба они перестали говорить сентенциями и отчасти превратились из участников событий в наблюдателей, и это смещение только пошло им на пользу. Разве что старуха Шапокляк в новой версии подрастеряла обаяние и осталась просто вредной и невоспитанной старушенцией. Она, впрочем, все равно перевоспитается в финале.
Если что и есть в фильме японского, так это созерцательная неторопливость кадров. Но в самой этой нарочитой сонной медлительности сюжета мультфильм получается очень русский. Ведь русскую анимацию от, например, американской отличает именно отсутствие гэга. Куда важнее становятся чистота картинки, выдержанность диалога. Куклы двигаются не для того, чтобы устраивать зрителю цирк: в их медленном движении зрителю правильно мерещится совсем другая эпоха. О, этот дедушка в цирке, срисованный с доктора Айболита. И другой дедушка, потерявший в большом городе внучку, на лысой макушке которого так знакомо красуется кепка-аэродром.
«Чебурашка» 1960-х был по сути своей историей о том, как передружились дети в песочнице. В полнометражном мультфильме случается вдруг настоящее волшебство — и это не просто цветы, чудесным образом вырастающие на трибунах цирка. Благодаря тщательности раскадровок, внимательности картинки, ленивой размеренности сюжета, Чебурашка и крокодил Гена превращаются в почти буддистских созерцателей. В общем, тому, кто придумал всей этой красоте слоган «Наш няшка — Чебурашка», должно быть стыдно.
В прокате с 5 июня
Первый московский международный фестиваль фильмов для детей и подростков «КОТ»
«Дети — цвета жизни» в Институте русского реалистического искусства
Цирк Giroldon в саду имени Баумана
«Цирк в саду» в саду «Эрмитаж»
Журнал «Коммерсантъ Weekend» №20
от 30.05.2014, стр. 103