Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: Росинформ / Коммерсантъ

«На протесты о насильственном занятии Крыма Петербург отвечал, что то сделано по просьбе хана»

Как Россия присоединила Крым в XVIII веке

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 50

В 1663 году находившийся в ссылке в Тобольске священник-униат Юрий Крижанич в своем обширном труде "Политика" детально обосновал необходимость и правомерность захвата Крыма русской армией. А также подготовил план этой операции. Но осуществлять ее начали веком позже, и только в 1783 году последний крымский хан Шагин-Гирей отрекся от престола в пользу Екатерины II.


«В Крыму же живут многие христиане»


Для чего в действительности поступил на русскую службу и в 1659 году прибыл в Москву священник Юрий Крижанич, наверное, навсегда останется тайной. Возможно, он собирался стать важнейшим советником царя Алексея Михайловича. Ведь обширные знания в богословии, политике и множестве других областей делали его поистине неоценимым. Однако в Москве почувствовали, что вместо света знаний он может обращать в католицизм или звать под власть папы римского, в унию православных. А потому от греха решили отправить его в ссылку. Так что давать советы царю он мог исключительно письменно, чем и не преминул заняться.

Среди множества советов, которые он давал русскому государю в обширном труде, озаглавленном "Политика", содержались и те, что касались завоевания сопредельных территорий.

"В придворных советах государей,— писал Крижанич,— никогда не бывает недостатка в таких советниках, которые хотят расширять государство во что бы то ни стало и захватывать всюду, где случай представляет что-нибудь захватить. Но относительно расширения государства потребно серьезное размышление, ибо во многих случаях государству бывает совсем не полезно, даже вредно расширять свои пределы".

Прежде всего, как считал знаток политики, следует определить, насколько справедлива для Руси будущая война:

"Итак, прежде всего следует внимательно рассуждать, есть ли справедливая причина к начатию войны. Христианам, например, всегда будет справедливая причина наступать войною на тех магометан, кои овладели христианскими державами, разорили святые храмы и уничтожают имя Христово: христиане всегда праведно могут воевать против врагов своего Бога и Господа господствующих, Христа. Тем более справедливую причину войны мы имеем относительно тех магометан, кои учинили нам народные обиды; таковы суть наипаче крымцы, кои целые века не перестают обижать сие государство".

Крым, как утверждал Крижанич, следует выбрать для завоевания еще и потому, что иные земли завоевывать нет причин или слишком трудно:

"Сему государству следует расширять свои границы именно к югу, а не на север, запад или восток. В самом деле: 1) против народов северных, западных и восточных, то есть против поляков, немцев, шведов, дауров и китайцев, по временам не оказывается достаточной причины воевать, так что мы легко можем учинить грех, нанося им войну, но против южных народов — крымцев, ногайцев и всех татар — всегда существует справедливая причина войны, ибо они никогда не перестают обижать нас. 2) У немцев, поляков и литовцев мы встретили бы твердо укрепленные города, воинственное население, снабженное огнестрельным и всяким оборонительным оружием; у крымцев же мало укрепленных острогов; оружия огнестрельного и оборонительного также мало, либо вовсе даже нет. С крымцами опасна только генеральная полевая битва; она опаснее, чем со всяким иным войском, и ее следует всячески избегать. 3) Северные страны студены, болотисты, малоплодны, лишены многих нужных вещей: мало пользы от приобретения таких стран; некоторые сверх того так удалены, что, кажется, больше убытка доставляет охранение их, нежели пользы владение ими; Крым же и Ногайские области исполнены всякого Божьего дара. 4) Северные племена не любят русского владычества, наше владение тамошними странами непрочно, там всегда готовы изменить нам; никто не пособит нам в приобретении тех стран; в Крыму же живут многие христиане, которые желают прихода туда русского войска; в приобретении Крыма нам помогут донские казаки и днепровские, поляки, если еще не другие народы, которых крымцы обижают. 5) Многократно была предпринимаема война против поляков и литовцев, но она никогда не была оканчиваема к славе и достоинству сего государства, почему мы должны сказать: нет на то воли Божией, чтобы здесь мы что-нибудь добыли. Напротив, относительно татар Господь дал нам успех именно взятием Казани, Астрахани и Сибири; поэтому мы можем надеяться и должны молить Господа, чтобы Он дал полное одоление на татар и чтобы мы могли прогнать из Крыма общих всего света мучителей и разбойников. 6) Мы, если захотим, можем иметь покой ото всех северных народов и не бояться никакого зла от них — ни наступательной войны поляков, ни нашествия шведов; сами не раздражая этих соседей, мы можем иметь всегдашний мир с ними, а они за такое благодеяние к ним будут нашему государству с той стороны вместо оплота и стены".

«Турки придут им на помощь»


Крижанич указывал и на главную выгоду завоевания Крыма — его климат, природные богатства, что создавало прекрасные условия для жизни и русских воинов, и их царя:

"Римляне давали своим солдатам поместья в добытых вновь землях и не запрещали желающим гражданам селиться там новыми посадами. А Константин и сам со всем двором переселился на жительство в новый город, на место более богатое и более удобное для столицы, чем самый Рим. Высокочтимый великий Государь! Пригодно иметь в виду, что Перекопская держава будет весьма удобна, гораздо больше, чем другие страны русские, удобна для твоего государева пребывания по следующим основаниям: 1) ради приморских городов и корабельных пристаней; 2) в тамошнее море впадают русские реки, по берегам коих живет русский народ; 3) вино, деревянное масло, шелковые и всякие дорогие товары доплывают туда близким путем из тех самых земель, где родятся, тогда как немцы привозят их к нам на Архангельск чуть не чрез половину всего света; 4) сама крымская страна украшена и обогащена многими дарами Божьими: не говорю про хлеб, вино, масло, мед и разные фрукты, коих множество вывозится оттуда в Царьград; напомню лучше, что там плодятся кони, очень пригодные к военному делу, каких на Руси большой недостаток; там же находится мраморная руда, разные камни и деревья, пригодные для постройки государевых палат и городов; не знаю, не родится ли там даже серебряная и медная руда. Там была столица Митридата, того славного государя, который владел двадцатью двумя народами и говорил на всех языках их, если только следует верить тому, что о нем пишут. Да! Невозможно ни сказать, ни описать, насколько Перекопская область счастливее русских стран и как она удобна для государева жительства. Итак, если от Бога суждено русскому народу когда-нибудь владеть ею, то не без достаточно важных причин мог бы ты, преславный Государь, или один из твоих наследников перейти туда и построить там новую столицу; или если бы государство разделилось между несколькими братьями, то один из них мог бы туда переселиться".

У Крижанича был план крымской войны и, казалось, ответы на все вопросы:

"Нам могут представиться два важных препятствия при выполнении нашего намерения (то есть крымского похода). Первое, конечно, то, что крымцы суть народ весьма воинственный, неодолимый, всегда берущий верх в сражениях; однако надобно взять во внимание и другие стороны дела. Перекопцы, кажется мне, неодолимы только вне дома; у себя же дома они — в сущности, не сильный, одолимый народ. У них нет многочисленных городов и нет хорошо укрепленных; они не умеют ни чужих городов брать, ни своих защищать... Нам нечего дожидаться, чтобы татары еще раз пришли к нам; мы сами должны чинить поиск над ними в собственной их земле, разорить их селения, захватить их жен и детей, чтобы они не могли больше плодиться".

Не забыл Крижанич и еще об одном важном моменте, который стал определяющим в завоевании Крыма:

"Другим важным препятствием делу может служить то обстоятельство, что перекопские татары находятся под покровительством Турции, и мы, задевая крымцев, должны ожидать, что турки придут им на помощь".

«Войска вступили в Крым по просьбе хана»


Даже век спустя, когда Крым значительно ослабел, а Россия вошла в число главных военных держав Европы, покровительство Турции мешало осуществлению любых планов по присоединению Крыма. Только череда войн, в которых ослаблялся не только Крым, но и Турция, приблизили завоевание Крымского ханства.

"Походы Миниха и Ласси,— писал в 1886 году историк Ф. Ф. Лашков,— были одним из таких ударов, после которых ханство оправилось только благодаря усилиям единоверной Турции, и то на время, чтобы дожить до нового удара, более разрушительного. Турецкая война 1768-1774 года и последовавший в 1771 г. поход Долгорукова в Крым были новым ударом, после которого Крым не мог уже подняться".

Одержав военные победы, Россия в 1774 году настойчиво потребовала предоставить Крыму независимость от Турции.

"По Кючук-Кайнарджийскому миру,— писал действительный член Российской академии наук Н. Ф. Дубровин,— Россия приобрела пространство между Бугом и Днепром, Кинбурн с его округом, Керчь, Ениколь и Азов. На основании постановлений того же трактата была признана вольность и независимость татар, живших в Крыму и на Кубани. Эта статья трактата была настолько щекотливой и спорной для Турции, что, несмотря на неудачи и поражения турецких войск, мирные переговоры несколько раз прерывались и потом снова возобновлялись. Порта хорошо понимала виды России и признавала всю невозможность независимости татар. Присоединение к составу Империи вышеназванных крепостей и приморских пунктов удаляло Турцию от Татарии и в то же время давало возможность России, вмешиваясь в дела татар, образовать себе среди них преданную партию и стать твердою ногою в Крыму и на Кубани. Сила обстоятельств заставила Порту согласиться на тяжкие уступки, но она медлила разменом ратификаций, не выводила своих войск из Тамани, интриговала в Крыму и на Кубани".

Затем пришла пора следующего этапа операции по завоеванию Крыма — приведения к власти в независимом ханстве зависимого от России хана:

"Один из преданных нам потомков прежних татарских ханов, Шагин-Гирей, был отправлен на Кубань и при содействии России избран ханом кочевавшими там ногайскими ордами. Под прикрытием русских войск Шагин-Гирей был перевезен из Тамани в Крым, где преданная нам партия провозгласила его ханом всех татар. На протесты Порты о вмешательстве России в дела татар и о насильственном занятии Крыма русскими войсками петербургский кабинет отвечал, что то сделано по желанию и просьбе хана, избранного народом, что татары имеют право выбирать кого пожелают, что русские войска вступили в Крым по просьбе хана — правителя независимого, от которого требовать отчета Порта не имеет права".

Как отмечал академик Дубровин, правление Шагин-Гирея доставляло русским властям немало хлопот. В 1782 году, например, началось восстание против него:

"Шагин-Гирей вступил в управление страною, но преследованием противной ему партии и попыткою завести регулярные войска возбудил народное неудовольствие. В Крыму вспыхнул бунт против хана и его союзников русских войск. Пользуясь этим, Порта старалась вмешаться в дела татар, и нашим войскам пришлось укрощать мятеж, обезоруживать татар".

К тому же хан думал, что правит всерьез и надолго, и принялся за реформы, но это не соответствовало интересам России:

"Россия,— писал Н. Ф. Дубровин,— успела поставить Шагин-Гирея в еще более зависимое положение. В Крыму находилось в то время много христиан, произведения труда которых составляли главные статьи доходов хана. В руках христиан находилась промышленность, садоводство и земледелие всей горной части Крыма. С выселением их вся культура ослаблялась, и доходы хана ограничивались. Под предлогом опасности, которой подвергались христиане при всякого рода возмущениях татар, русское правительство успело вывести из Крыма в Россию до 30 000 человек греков и армян. Хану в первое время заплачены все убытки, а влиятельным лицам назначены подарки, и спокойствие в Крыму снова водворено".

В 1783 году в Петербурге решили, что игру в независимый Крым можно прекращать. Шагин-Гирей отрекся от престола в пользу Екатерины II, и императрица известила европейских монархов, что Крым отныне — часть России. Бывшего хана поселили в Воронеже, назначив весьма приличное содержание — 200 тыс. рублей в год. Но то ли деньги поступали нерегулярно, то ли немалую их часть прикарманивал обязанный выплачивать их от имени казны фаворит императрицы Потемкин, но Шагин-Гирей испытывал серьезные финансовые проблемы. Он пытался жаловаться в Петербург, но Потемкин ловко доказал, что хан занимается интригами, тайно переписывается с бывшими подданными. И в итоге ему в 1787 году милостиво разрешили уехать в Турцию, где он и был казнен.

О плане Крижанича, как считали историки, ко времени реального завоевания Крыма никто уже не помнил.

Евгений Жирнов


Комментарии
Профиль пользователя