Коротко

Новости

Подробно

Марш миллионов

Восемь историй про то, как наследники распорядились свои стартовым капиталом

Журнал "Коммерсантъ Секрет Фирмы" от , стр. 66

"Секрет фирмы" узнал, какие планы на жизнь строят те, кто в представлении миллионов россиян живет припеваючи. У наследников второго поколения российских предпринимателей свои проблемы и задачи, и далеко не всегда они лежат в сфере бизнеса.


Текст: Сергей Кашин


Мария Линер, студентка University College London


Искусство выбора. Мария Линер предпочла искусство международным отношениям и нисколько не жалеет

Фото: Борис Халфин, Коммерсантъ

Отец: Андрей Линер, совладелец компании "Паркет-холл"

От престижной частной школы в Москве у Марии Линер остались не такие уж приятные воспоминания: "Не могу сказать, что эта школа, несмотря на громкие слова и высокие рейтинги, многое дала мне в академическом плане. Скорее, научила жизни: как построить отношения со сверстниками и учителями". Когда пришло время поступать в университет, выбор стоял между UCL, King's College и LSE. Мария с отцом летом совершили экскурс по местам потенциальной учебы. "Первым по счету был UCL, и я прямо почувствовала: "Мое!" — вспоминает Мария.— B LSE мне делать было нечего, там упор на экономику, а мне это было неинтересно. В King's College не нашлось подходящего факультета". Факультет Language and Culture подразумевал освоение двух языков и возможность изучать искусство, литературу, кино или лингвистику. Мария отдала предпочтение визуальному искусству. "От учебы я получаю колоссальное удовольствие, мне все дико интересно",— описывает свои ощущения от учебы Мария Линер. Она говорит, что выпускник с успехом может работать и в PR, и в медиа, и в сфере культуры: "Меня интересует арт-рынок, уже есть кое-какие идеи насчет работы, в которой я себя вижу спустя пару лет, но сейчас говорить о ней рано".

Заниматься бизнесом, в том числе и семейным, Мария пока не собирается. Да и родители не требуют от нее никаких планов на будущее. "Об управлении семейным бизнесом мы с папой не разговаривали, разве только в шутку",— говорит Мария.

Антон Федун, совладелец и директор лондонского The Ampersand Hotel


Антон-капитал. Антон Федун нашел новую точку роста для инвестиций семейного состояния

Фото: РИА НОВОСТИ

Отец: Леонид Федун, совладелец компании "Лукойл" и председатель совета директоров "ИФД Капиталъ"

Антон Федун никогда не имел отношения к нефтяному бизнесу. Он достаточно рано стал готовить себя к карьере в сфере hospitality, отрасли гостеприимства. "Суррейский университет, в котором я учил менеджмент и туризм, на тот момент был лучшим в Англии по этому предмету",— рассказывает Антон. После Суррея была магистратура бизнес-школы Regents и университет Bond в Австралии, где Антон прошел курс управления отелями.

Почему гостиничный бизнес? "Еще до поступления в университет я знал, что у нашей семьи есть планы развивать гостиничный бизнес, так как в то время компания моего отца открывала в Крыму отель, которым сейчас управляет Rezidor",— вспоминает Федун-младший.

После окончания учебы и стажировки Антон вместе с отцом решили открыть гостиницу в Лондоне, где среднегодовая загруженность отелей превышает 80%. После долгих — больше года — поисков нашлось подходящее здание. "В центре Лондона очень сложно купить что-то по нормальной цене, но в итоге я нашел в хорошем месте отель, который находился в ужасном состоянии, что и позволило нам договориться с владельцами о продаже",— рассказывает Антон Федун.

После покупки здания Антон получил от отца карт-бланш и реставрировал дом, создав новый гостиничный бренд Ampersand: "Для меня было очень важно вникать во все детали и лично принимать все решения, от выбора сантехники до разработки бренда и набора персонала".

По результатам первого года Ampersand завоевал большое количество наград, получил отличные отзывы от гостей отеля и хорошую прессу. Но самое главное — его доходы опережают бизнес-план. Теперь Антон планирует открыть два отеля в Москве возле стадиона "Спартак".

"Честно скажу: Ampersand — не только мой первый опыт ведения бизнеса, но и первая серьезная работа. До этого я работал в турфирме, помогал с отелем в Крыму, работал кассиром в благотворительном магазине в Оксфорде, был интерном в юридической фирме и торговал на финансовой бирже через интернет,— перечисляет Антон.— У меня не было уверенности, что сразу получится сделать собственный бизнес, но отец считает, что пока сам не начнешь всем заниматься, ничему не научишься".

Илья Голубович, управляющий партнер венчурной группы I2BF Global Ventures


Энергия для наноденег. Разработка биотоплива нового поколения привела Илью Голубовича к управлению сотнями миллионов долларов

Фото: Константин Саломатин, Коммерсантъ

Отец: Алексей Голубович, председатель совета директоров Arbat Capital Group

Мать: Ольга Миримская, владелец ОАО "Русский продукт", председатель правления "Банк БКФ"

Илья Голубович учился в Московской экономической школе, потом окончил Стэнфордский университет. "Отец, наверное, хотел бы, чтобы я изучал финансово-математические дисциплины, а меня всегда тянуло в сторону технологий, науки",— говорит Илья, получивший диплом индустриального инженера. После окончания университета он специализировался на изучении биотоплива нового поколения, производимого из водорослей и цианобактерий.

Знакомые его семьи, группа израильско-российских предпринимателей из нефтегазового сектора, приехали в США в 2006 году, чтобы инвестировать в местные биотопливные компании. "Сначала они привлекли меня в качестве технологического консультанта, а в итоге получилось так, что я эти сделки и вел",— вспоминает Илья.

После завершения сделок возникла идея создания профильного венчурного фонда, возобновляемая энергетика была тогда актуальной темой. В 2006 году появилась компания I2BF, управляющим партнером которой Илья Голубович является до сих пор. Объем фондов под ее управлением на сегодняшний день составляет $350 млн, большая часть из которых — деньги "Роснано" и институтов развития из России и других стран. Проинвестировано 15 проектов.

Отец, по словам Ильи, в его фонд деньги не вкладывал: занимаясь в России хедж-фондами, Алексей Голубович до сих пор предпочитает делать инвестиции более ликвидные, чем венчурные.

Илья рассказывает, что бизнес родителей его никогда особо не интересовал: "Вне I2BF у меня есть проекты со всеми членами семьи. На каком-то уровне я до сих пор занимаюсь семейным бизнесом, но все равно основное мое внимание уделяется I2BF — бизнесу, который я сделал сам".

70% семейных бизнесов в мире так и не могут пережить переход от первого поколения ко второму. Во время перехода к третьему поколению выживают только 5% первоначального числа



Мария Преснова-Бойко, сотрудник управления корпоративных отношений ГК "Вашъ финансовый попечитель"


Ваш попечитель. Развитием семейного бизнеса Мария Преснова-Бойко готова заниматься всю оставшуюся жизнь

Фото: Константин Саломатин, Коммерсантъ

Отец: Василий Бойко-Великий, владелец группы компаний "Вашъ финансовый попечитель"

В семье Бойко-Великих существует семейный совет, на котором обсуждаются важные вопросы. "Лет с 10 я участвовала в таких обсуждениях. Нам, детям, импонировало, что к нам относятся серьезно и от нас ждут серьезных недетских ответов, это рождает ответственность",— вспоминает Мария. Дети — а у Марии есть еще старшая сестра и младший брат — придумали, например, название для развлекательно-гостиничного комплекса "Изумрудный город" на улице Казакова (он, правда, так и не был построен). То же самое касается проекта "Рузская Швейцария" (затем переименованного в "Благодатную Рузу"). Когда он задумывался, отец возил семью в Рузу, спрашивал детей, нравится ли им идея.

Мария училась в России — и это было принципиальное решение. "Я несколько раз ездила на короткие языковые программы в Англию, но вариант получения мной высшего образования за рубежом мои родители серьезно не рассматривали. У меня православная патриотическая семья, и я согласилась с родителями",— говорит Мария.

Окончив бакалавриат МГИМО, она поступила в магистратуру ВШЭ по направлению "корпоративные финансы", где сейчас учится на втором курсе. Параллельно Мария работает в ВФП. Начинала в международном отделе. "В первом своем проекте я принимала участие в переговорах, добиваясь опровержения клеветнической статьи, которая была напечатана в Spiegel. В итоге мы настояли на том, что они опубликовали опровержение и компенсировали наши судебные издержки",— вспоминает Мария.

С августа 2013 года она работает в управлении корпоративных отношений. Всего в группе около 40 компаний, много ОАО, где надо проводить собрания акционеров, заседания советов директоров. Управление следит, чтобы все происходило в соответствии с законодательством. "Мне многое стало понятнее. Раньше я только слышала, как дома говорят о бизнесе, теперь же я имею к этому непосредственное отношение",— описывает Мария Преснова-Бойко.

Хотя главным преемником в семье считается брат Марии (он уже работал в юридическом департаменте ВФП), она тоже связывает свое профессиональное будущее только с бизнесом отца. "Я с младенчества, можно сказать, наблюдала, сколько сил вкладывал в бизнес мой отец, и я не хочу, чтобы его старания пропали бесследно. У меня есть желание продолжать то, чем он занимается",— говорит Мария.

Михаил Родзянко, Менеджер поло-клуба


Господин совместитель. Михаилу Родзянко удалось счастливо совместить серьезное спортивное увлечение и развитие семейного бизнеса

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Отец: Алекс Родзянко, глава Американской торговой палаты

Михаил родился в США и приехал в Россию лишь в восемь лет, в 1996-м. Он говорит, что родители и в Америке строго следили за тем, чтобы дома дети разговаривали только на русском. Хотя у него до сих пор чуть заметный американский акцент.

В старших классах Михаил учился в МЭШ. Вспоминает, что требования были жесткие: учителя буквально запирали его в классе, заставляя выполнять задания. И признается, характер у него был сложный: "Если бы я не учился в МЭШ, я вряд ли школу бы окончил". В итоге все завершилось благополучно. Его приняли в UCL, но в августе заболела мама, и он остался в Москве. Заменителем UCL выступил Московский университет Туро.

Уже на тот момент Михаил серьезно занимался конным поло (Алекс Родзянко является большим энтузиастом этого вида спорта и владельцем поло-клуба). В январе 2011 года Михаил перевелся в Lynn University во Флориде, где изучал международный бизнес и менеджмент. По окончании учебы он мог остаться и стать сотрудником финансовой компании или управлять поло-клубом в Москве. Отец и поддержал идею с клубом. Сесть в офис всегда успеешь, сказал он сыну.

Так что сейчас Михаил управляет семейным бизнесом. Своим самым большим достижением он считает проведенный в сентябре прошлого года British Polo Day. Эти встречи организуются группой английских аристократов, в том числе и членами королевской семьи. В дни их пребывания в Москве выпало несколько сантиметров осадков, но гости, говорит Михаил, остались довольны полем, сказав, что лучше есть только в  Великобритании.

Как менеджер клуба, Родзянко-младший надеялся на продолжение встреч с игроками венценосной спортивной организации. Ведь именно их увлечение этим видом спорта способствует привлечению новых богатых игроков и росту бизнеса. В июле этого года англичане собираются приехать снова.

Михаил Бакалейник, специалист-консультант отдела управления рисками EY


Меч самурая. Михаил Бакалейник не согласен идти по тропе, проложенной отцом, он ищет свой путь

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Отец: Иосиф Бакалейник, проектный руководитель "Ренова Менеджмент АГ"

Большую часть детства Михаил Бакалейник провел во Владимире. Его отец руководил тогда Владимирским тракторным заводом. Михаил вспоминает, что в его первом учебном заведении — лицее N17 — был довольно странный курс английского языка: "Тематика была жестко католическая, без упоминания Господа нельзя было в туалет отпроситься, а каждый урок начинался с присяги американскому флагу". Английским Михаил владел свободно, ведь он родился и прожил свои первые годы в США, когда его отец приехал туда учиться в магистратуре Гарварда.

После окончания Владимирского промышленно-коммерческого лицея Михаил поступил в Высшую школу бизнеса МГУ. Он говорит, что в ВШБ дают достаточное количество навыков выживания в деловой среде. "С первого курса нас заставляли функционировать в условиях стерильной конфронтации, сначала командной, потом индивидуальной. Жестко, не стесняясь в выражениях, надо было "закапывать" противоположные точки зрения и отстаивать свою",— вспоминает Михаил.

Привычки пригодились ему в консалтинговой компании EY (прежнее название — Ernst & Young), куда он пришел работать после ВШБ. В прошлом году прошел стажировку в лондонском офисе компании. Михаил планирует когда-нибудь начать работать "на себя", считая нынешнее свое занятие подготовительным этапом. "Но именно на себя, я бы не хотел, чтобы меня воспринимали как удачно выехавшего на фамилии человека",— резюмирует Михаил Бакалейник.

Серьезной частью его жизни стали боевые искусства. Давние занятия каратэ кекусинкай дополнились занятиями иайдо (искусство владения мечом), го, изучением чайной церемонии и японского языка. "Я обобщаю эти практики термином "хэй хо", "метод ведения войны", и пытаюсь понять объединяющий принцип, которой можно переложить на другие контексты и масштабы, в том числе на бизнес",— говорит Бакалейник-младший.

Елена Ордовская-Танаевская, владелец Catering Via delle Rose


Елена Ордовская-Танаевская совмещает воспитание двух детей и управление кейтеринговым бизнесом

Фото: Константин Саломатин, Коммерсантъ

Отец: Дмитрий Ордовский-Танаевский, владелец ресторанного холдинга «Ди стайл»

В середине 1990-ых, еще совсем маленькой, Елена училась в Великобритании в школе Oakham. Главной причиной стало даже не получение хорошего образования и совершенствование языка, а умение самостоятельно принимать решения. Вместе с ней в Oakham учились ее старшая сестра Светлана и двоюродный брат Константин, сын Ростислава Ордовского-Танаевского. Но виделись сестры и брат редко, а родители не могли часто прилетать, поэтому поначалу Елена чувствовала себя в Великобритании очень одиноко. Через два года привыкла и уже не хотела возвращаться в Россию.

После окончания Российского университета дружбы народов (РУДН) Елена Ордовская-Танаевская перешла в магистратуру по специальности «менеджмент в сфере высшего образования». «Папа никогда не пытался притащить нас за уши в ресторанный бизнес — хотя он этим жил и дома, и вне дома, и на отдыхе», — рассказывает Елена. Ордовская-Танаевская изучала существующие модели онлайн-университетов, их программы и способы создания подобной формы обучения в России. Как личное достижение Елена вспоминает выход на переговоры — ей тогда было 22 года — с одним испанским университетом. История, правда, ничем не закончилась — РУДН не устроило какое-то расхождение с российским законодательством во франчайзинговом договоре, который нужно было подписать, чтобы воспользоваться наработками испанцев.

После полугодовой работы в РУДН Елена пришла к отцу: «Все, папа, я наигралась и возвращаюсь (в семейный бизнес. — СФ)». Объясняет, что после многих усилий, приложенных ее семьей, чтобы она получила хорошее образование, было бы несправедливым сидеть на шее у отца, а на 17 тыс. руб., которые на тот момент ей платили в университете, другой возможности не было. Елена прошла череду экзаменов в «Росинтере» и заняла позицию директора одного из ресторанов «Планета суши». Через год она ушла в декрет, из которого в «Ди стайл» уже не вернулась (ее второму ребенку недавно исполнился год).

Еще работая в «Ди стайл», Елена помогала сестре Светлане с ее личным бизнесом — кейтеринговой компанией Via delle Rose. «Светлана занималась ресторанами еще будучи студенткой, начиная с азов. Она — человек бизнеса, обладает железной хваткой, я — другая». Но Via delle Rose сейчас стал ее бизнесом и ее любимым занятием. Светлана сосредоточилась на управлении «Ди стайл».

Via delle Rose — камерная компания, никакого потокового метода. В месяц проводит не более десятка мероприятий, тщательно выбирая заказчиков. Недавно, например, Via delle Rose сопровождала встречу в память Булата Окуджавы в концертном зале им. Чайковского и организовывала прием для благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко. «В этом бизнесе очень много маленьких винтиков, поэтому, если хочешь получить хороший результат, ни про один нельзя забыть», — описывает Елена тонкости ведения дел. Компанию часто рекомендуют родственники — в сентябре проходил юбилей Первого московского кадетского корпуса, на проведение которого их компанию рекомендовал их дядя Ростислав, сам в прошлом кадет. Елене хватает времени совмещать воспитание детей и ведение бизнеса — менять в ближайшее время она ничего не собирается.

Илья Волошин, член Совета директоров банка «Региональный кредит»


Илья Волошин считает, что без e-MBA вершины московского Сити ему не покорить

Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

Отец: Александр Волошин, экс-руководитель администрации президента, председатель Совета директоров ОАО «Первая грузовая компания», член Совета директоров Public Limited Liability Company Yandex N.V.

С профессией Илья определился задолго до того, как его отец стал заметной величиной в российской политике. Тогда Волошин-старший был предпринимателем. Сотрудник Всесоюзного конъюнктурного института, занимавшегося изучением цен на западных рынках в советское время, в постсоветской России он создал консалтинговую компанию АК&М. Одним их основных направлений ее деятельности был выпуск бюллетеня цен на внебиржевом рынке акций — биржи ценных бумаг на тот момент не существовало вовсе. «Люди уже торговали акциями на вторичном рынке и им был нужен хоть какой-то ориентир по ценам», — поясняет Илья Волошин.

После школы Илья работал в АК&М: «Начинал я с рассылки факсов, которые мне снились по ночам. Рассылали 100-150 штук в день, при тогдашних линиях связи для этого требовались героические усилия». Он был менеджером отдела продаж и предлагал клиентам услуги компании. Чуть позже начал писать аналитические обзоры. «Тогда на рынке выбор был невелик: были такие неопытные аналитики как я и еще специалисты по техническому анализу, которые жонглировали массой непонятных для меня терминов вроде стохастических осцилляторов».

Это была середина 1990-ых. Тогда все нынешние крупные компании еще были маленькими и за продуктами АК&М приезжали часто сами отцы-основатели. «Атон», «Центр инвест секьюритис», «Союзконтрактинвест», вспоминает Илья тогдашних клиентов. Он общался с ними, все люди были «приятные и адекватные» и Илья все больше и больше ассоциировал себя с ними. Когда появилась Российская торговая система, он стал трейдером компании «Интраст», одной из родственных АК&М компаний.

Потом было приглашение во вновь создающийся отдел ценных бумаг Европейского трастового банка. «Кто- то из клиентов АК&М, кто знал, что я вменяемый срок уже работаю трейдером, позвал меня туда. Трейдеров на рынке всего было человек 200-300, все друг друга знали, регулярно собирались на тусовки в «Бублик», который тогда еще не принадлежал Ксении Собчак», — вспоминает Илья Волошин.

Он сравнивает себя тогдашнего с героем фильма «Волк с Уолл-стрит», который недавно посмотрел. Правда, в России торговля неликвидными акциями процветала по той причине, что других практически не было: «Все, что было у нас или в портфелях наших клиентов, мы продавали. Не было никакого четкого индикатива и это давало возможности для прыжка в цене на любое расстояние. Самыми ликвидными были бумаги нефтяных компаний и «Газпрома».

Когда рынок обрушился в 1998 году, отец предложил Илье прерваться на учебу. После школы Илья недолго был студентом МГЮА, но отношения с высшим образованием тогда не заладились. С 1999 по 2003 года Волошин-младший провел в Великобритании — в частном университете в регионе Бакингемшир, где изучал психологию. «Я этим увлекался давно. Кстати, профессия оказалась даже ближе к бизнесу, чем я себе представлял. В Великобритании психология — это статистический анализ отклонений в поведении. 75% всего времени обучения посвящены сбору и обработке данных, математике в чистом виде», — рассказывает Волошин-младший.

Когда Илья вернулся в Россию, то решил попробовать себя на ниве нефтетрейдинга. Создал с приятелем небольшую компанию. Тогда, как и сейчас, для нефтяников приоритетом был экспорт. Внутренний рынок получал продукт со скрипом, по разнарядкам сверху. И Илья вспоминает, что на этом этапе своей карьеры фамилией пользовался нескромно: «Папа был уже главой администрации, а я был молод и нагл. Мог напрямую позвонить, скажем, в «Транснефть» и записаться на прием к Семену Вайнштоку, хотя лично его не знал». Этот способ продвижения бизнеса не остался незамеченным. «Мне позвонил отец и спросил, зачем я хожу по его друзьям. Я сказал, что могу обосновать зачем, но если он хочет, могу в уведомительном порядке предупреждать его, к кому собираюсь. А он даст резюме — стоит или не стоит это делать. С того времени так я и стал действовать», — рассказывает Илья.

Волошин-младший говорит, что, несмотря на беззастенчивое пользование фамилией, больших объемов никто не давал. Клиентам всегда нужно было больше нефти, чем было лимитов у компании. Поэтому Илья решил, что надо переходить на следующий уровень и стать дилером, покупая нефть на несколько месяцев вперед на собственные средства — до этого его компания существовала на комиссионные, закупая нефть на деньги клиентов. Для осуществления плана нужен был кредит. Через знакомых Волошин-младший вышел на Конверсбанк. И свою идею он обосновывал прямо на кредитном комитете в присутствии Владимира Антонова, владельца банка. Кончилось дело тем, что Антонов предложил Илье заняться нефтетрейдингом в рамках банка. Из этой затеи ничего не вышло, на серьезные объемы интересные банку, выйти не удалось. Но Волошин-младший в итоге оказался сотрудником клиентского отдела Конверсбанка. Потом был «НОМОС-банк» и «Юникредит банк». Везде Илья был «клиентщиком» — менеджером, отвечающим за привлечение и сопровождение сделок с определенными корпоративными клиентами. «Клиентщики всегда были банковской аристократией, в России отношения очень персонализированы и личные взаимоотношения очень важны в бизнесе, поэтому зарплата по банковским меркам очень достойная», — поясняет Илья.

Работа клиентского менеджера не только хорошо оплачивается, но и полна нестандартных ситуаций. Илья вспоминает, как в Юникредитбанке работа по созданию совместного с «Роснано» инвестиционного фонда застопорилась на этапе проверки юридических условий сделки. Комплайнс-офицеры проверяют все банковские документы на соответствие федеральному законодательству и требованиям регулятора. Но в этот раз сотрудник комплайнса приводил нестандартную мотивацию отказа: «Пошел к черту этот рыжий, он страну распродал». Позже выяснилось, что настоящего заболевшего комплайнс-менеджера в этом итальянском банке подменил сотрудник службы безопасности. Засбоившая сделка так и не дошла до стадии реализации.

Предпоследним местом работы Ильи Волошина стал Банк Москвы «послебородинского» периода. Знакомые из НОМОС-банка позвали его туда возглавить сеть по Москве и в области в разрезе корпоративных продаж. Банк Москвы всегда специализировался на розничных услугах и обслуживании малого бизнеса. И клиентов из среднего бизнес было совсем мало. «Это было самое начало 2011 года. Я был клиентщиком, а тут мне дали несколько сот человек в подчинение. Было совсем нескучно — 200-300 писем в день и 100-150 звонков были гарантированы. В таком бешеном ритме я не работал никогда до этого», — вспоминает Илья. Но говорит, что горд, что время было потрачено не зря. Первые полгода приходилось «закрывать» план собственными крупными сделками, а когда уходил в 2013 году, сеть практически автономно генерировала 300-500 млн руб. кредитного прироста ежемесячно.

Сейчас Илье 37 лет, у него собственный бизнес --консалтинг в области предоставления банковских гарантий. Он сдал экзамены на курс executive MBA в «Сколково». Говорит, что в прошлом году осознал, что в профессиональном смысле достиг предела возможного при нынешнем образовании. И добавляет, что не видел еще ни одного человека, который прошел бы e-MBA и не изменил бы свою жизнь.

Комментарии
Профиль пользователя