12 февраля Московскому зоопарку исполняется 150 лет. Это полтора века истории не только зверей, но также людей — смотрителей и посетителей
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Фото: Коммерсантъ / Варвара Лозенко
Попасть на работу в Московский зоопарк непросто. Например, Мария Панкова атаковала отдел кадров пять лет вопросами о вакансиях. Текучки почти нет. Сейчас ей 28, и три месяца назад ее взяли в "Детский зоопарк". Она — кипер, как здесь на западный манер называют смотрителей. Для того чтобы ухаживать за животными, не обязательно быть, как Мария, зоотехником. Главное — любить животных. Для многих маленьких посетителей знакомство с животными начинается именно с "Детского зоопарка" и рассказов кипера.
— Я отвечаю за площадку общения,— рассказывает Мария,— сюда приходят детишки, гладят барашков (они у нас карликовой породы), общаются с животными, а мы им рассказываем о них. Маленький ребенок может овечку сразу начать обнимать, а кто-то постарше побоится подойти. Кстати, дети нередко лучше разбираются в животных. Взрослые, например, могут спутать пони и ослика.
Обыкновенное чудо
Самой большой популярностью у посетителей Московского зоопарка пользуются экзотичные жирафы, тигры и обезьяны. Однако и обыкновенные звери, обитающие здесь, для своих смотрителей — личности и загадки.
— Животные разные, и отношения у них друг с другом и с нами, киперами, складываются по-разному,— говорит 21-летняя Мария Курилина, она ухаживает за троицей лисиц обыкновенных.— Есть наши старички (им больше 10 лет): Персей, он любопытен, общителен, и Ясон, который предпочитает держаться в стороне. Это не мешает им дружить с годовалой Василисой, которая ведет себя как главная и отбирает у мужиков еду: подбегает с дикими воплями, хватает кусок и уносится с ним. Мы их кормим мышами, они любят курицу, едят фрукты-ягоды, яйца. Не надо забывать, что все же это дикие звери, сколь бы они ни жили в условиях неволи.
Не так давно в Московском зоопарке было введено показательное кормление, как принято в ведущих зоопарках мира. Среди тех, кто первым "вышел на люди", оказались выдры обыкновенные. Испытание они прошли с честью.
— Раньше, если кто-то появлялся снаружи вольера, Льдинка и Гаврюша в панике бросались в домик, боялись посетителей,— рассказывает Александр Новиков (ему 27 лет, 4,5 года он работает в зоопарке).— Мы начали с ними заниматься, постепенно они научились принимать пищу с рук (едят они разные сорта рыбы, мойву, горбушу, минтай, творог, перепелиные яйца, креветки) и не обращать внимания на зрителей. Кстати, они с удовольствием едят больших мадагаскарских тараканов. Бывают, проказничают: громят декорации в вольере, могут перегрызть гидроизоляцию, спустить бассейн. Или коварно оставляют как приманку кусочки рыбы. Потом мы вылавливаем из воды объеденных голубей и ворон. Но это, похоже, Льдина охотится. Гаврюша — спокойный мальчик, всегда аккуратно берет еду с руки. А друг с другом они прекрасно ладят. Они же друзья. А теперь и немножко артисты — ведь посмотреть на то, как их кормят, собираются посетители зоопарка.
Слонам на смех
В начале 2000-х в Московском зоопарке был построен новый слоновник. Он стал новым домом для азиатских слонов, появление которых в зоопарке в середине 1980-х это целая история.
Несколько слонов в 1985 году были отправлены из Вьетнама на Кубу, но там опасались ящура и животных на остров не пустили. В результате корабль с ними на борту полгода дрейфовал у берегов Кубы. Принять зверей у себя согласились два зоопарка — Московский и Рижский. После непростых переговоров слоны оказались в Москве: слон Памир и слонихи Пипита и Прима (последняя умерла в прошлом году).
— Тогда в Московском зоопарке стояло 13 слонов — это уникальный случай,— говорит 30-летний Ренат Джумагалиев, который ухаживает за слонами уже 6 лет.— Позднее некоторых из них отдали другим зоопаркам, в Берлин, Ереван, Алма-Ату. Памир — спокойный, дружелюбный, а весит 5,5 тонны, в полтора раза больше обычного. К нам не раз обращались из других зоопарков, чтобы его обменять. Но он нам очень дорог. Пять лет назад у него с Пипитой родилась дочка, Каприида. 22 апреля будем отмечать ее день рождения, подготовим ей в подарок корзину фруктов. Мама у нее трусиха, а вот она, наверное, как все маленькие, озорная. Когда я только начал здесь работать, вечером делал обход, услышал мурчание из их вольера. Подумал, что, наверное, коты забрели. Утром позвонил своему наставнику, который работает в Харьковском зоопарке, спросил его об этом случае, а он в ответ: "Так это они смеялись". Слоны, оказываются, смеются. Памир, видимо, их развлекал, какие-нибудь истории рассказывал, он их много знает, он живет на свете уже 35 лет.
Подарок от пеликана
Особенные животные в Московском зоопарке появляются не только из-за границы или загородных питомников, они здесь рождаются. Обитающие в зоопарке пеликаны кудрявые (занесены в Красную книгу) и розовые (считаются исчезающим видом) долго не давали потомство. Но вот два года назад, как говорят местные орнитологи, кудрявые пеликаны преподнесли им подарок: вылупился Матвей.
— У него было много нянек, боялись запустить его маленького к взрослым сородичам,— рассказывает зоолог Ирина Аношина (из своих 50 она 30 лет работает в зоопарке).— Вот и избаловали его, вырос большой и наглый. Тянется к людям, очень ревнив, других пеликанов к нам не подпускает, играет сам с собой: у него есть резиновый мячик и тряпичная змея. Но вот радость, подружился с пеликаном Маней. Посмотрим, как будут развиваться у них отношения.
А год назад уже розовые пеликаны вывели птенца, причем сами.
В Московском зоопарке живет и другая семья, появившаяся здесь. Это двупалые ленивцы Маха и ее дочки Эллочка (2007 года рождения) и Дуся (2010). Но Маха, мудрая, как ее называет кипер 23-летняя Марина Соболева, взяла под свою опеку чужое дитя, выкормленную искусственно Фреди.
— Иерархии у них нет, они не дерутся, не кусаются. Максимум — могут фыркнуть, если что-то не по нраву,— говорит Марина.— Бывает, ластятся к нам, смотрителям. Висит вниз головой на ветке (а это для них привычное положение) и пытается своими когтями расчесать мне волосы. Когти мы им вообще-то подстригаем, в природе они их стачивают, а здесь не получается. Они не против: если в пасти банан, почему бы не позволить? Обожают вареную картошечку. Если почуют ее запах — а нюх у них отличный,— сами придут на кормление, все готовы отдать за нее. Такие калорийные корма (на воле они едят в основном листья, кору, ягоды) позволяют им активнее двигаться. Хотя они больше спят, где-то по 15 часов в день. Ленивцы — такие энергосберегающие животные: еда в желудок у них поступает неделю, а переваривается месяц. В природе вид у них неприглядный, они лохматые, даже водоросли на шерсти растут, а в зоопарке шерсть мягкая, как в рекламе шампуня. Мы им устраиваем имитацию тропического дождя для умывания.
В поисках общего языка
В Московском зоопарке есть часть, где обитают звери из Южной Америки: это безгорбые верблюды и капибары (самые крупные на Земле грызуны, их еще называют водосвинками). Когда тепло, они живут вместе на одной площадке, а зимой капибаров переводят в вольер, ведь у них не такая густая шерсть, как у ламы, гуанако, викуньи и альпаки (все они и есть безгорбые верблюды). И если два вида животных уживаются друг с другом, то внутри одного вида отношения между особями складываются не всегда гладко.
— Гуанако Маша старше остальных (ей 20 лет, другим 5-7),— объясняет 36-летний Александр Савин.— Она всех гоняет. Если человек ей не нравится, требует, чтобы все к нему так же относились, иначе заплюет. Еще она не любит маленьких животных: если кошка забредет в вольер, может стукнуть копытом. Но вообще они миролюбивые звери, симпатичные, с печальными глазами. И, к слову, к мужчинам они благосклоннее относятся.
— Капибары Добрыня и Рыжик — ровесники, им по 2 года, пока они дружные, драк нет, но мы ожидаем появления в зоопарке молодых самочек, не знаем, как они на них отреагируют,— делится переживаниями Анастасия Маслова (ей 34 года, 14 лет из них она работает в зоопарке).— При половом созревании сложно предсказать их поведение, возможно, придется выбирать, кого из них оставить, а кого отдать в другой зоопарк. Дороги оба, растим их с крошечного возраста. Добрыня поматерее, посерьезнее, такой себе на уме, а Рыжик дает больше возможности пообщаться. Они любят, когда им шейку почешут, шерстка у них поднимается, становятся такими раздутыми шариками.
Свои переживания за "диких" подопечных смотрители уносят с работы домой. По-другому никак, ведь звери как родные.