Командный зачет

Жаркое 15 июня 2003 года навсегда вошло в историю Bentley: в тот день темно-зеленые болиды культовой британской марки выиграли гонку 24-Heures du Mans, первенст­во в которой англичане утратили еще в середине 1930-х, уступив напористым итальянцам из Alfa Romeo. Вернуться и выиграть ту самую суточную гонку в окрестностях французской деревеньки Арнаж, которую в 1920-х и прославили Bentley Boys во главе с миллионером и плейбоем Вульфом Барнато, англичанам удалось только 70 лет спустя. С пыльного гоночного кольца Сартэ, окруженного стихийным и буйным палаточным лагерем, празднование победы 2003 года переместилось на Елисейские Поля — триумф еще несколько дней отмечали дорогущим французским шампанским.

Десять лет назад победоносное возвращение Bentley на круги 24-Heures du Mans было жизненно необходимо для продвижения компании на рынке. В 1998 году культовая марка была приобретена Volkswagen Group, пять лет ушло на то, чтобы придумать и создать Bentley «нового типа» (на момент приобретения немцами британской компании ее модельный ряд состоял, в сущности, из одной-единст­венной модели — дорогого почтенного лимузина Arnage). Дебют был намечен на 2003 год. Выход в свет купе Continental GT, ознаменовавшего новую громкую эру в истории Bentley, нужно было подогреть ярким спортивным результатом. Им и стала историческая победа в суточной гонке в Ле-Мане.

Тогда на фоне бурных спортивных и автомобильных событий почти потерялось событие часовое: в начале 2003 года швейцарская часовая компания Breitling заключила контракт с маркой Bentley на производство линии спортивных часов, названной Breitling for Bentley (первой моделью линии стал хронограф Le Mans, сделанный в честь знаменательной победы в гонке). Кроме того, часовщики Breitling начали экипировать своими приборами панельные доски купе всех Bentley Continental GT. Так возникло автомобильно-часовое сотрудничество, деловой союз, который в этом году отмечает свой первый серьезный юбилей — десять лет.

Надо сказать, что часовщики и производители автомобилей всегда находили общие темы и возможности для сотрудничества. Образцовый пример — взаимоотношения британской автомобильной марки Aston Martin и швейцарской часовой мануфактуры Jaeger-LeCoultre. Этот союз возник еще в середине 1910-х годов, когда часовщик Эдмон Жежер комплектовал приборами собственного изготовления первые автомобили Aston Martin. Сегодня эти отношения успешно продолжаются: у Jaeger-LeCoultre существует специальная коллекция AMVOX, часы которой создаются вместе с представителями Aston Martin (например, одна из моделей AMVOX3 Tourbillon GMT имела оригинальный корпус: часть его задней крышки служила ключом к болиду Aston Martin Rapide).

Кроме союза Jaeger-LeCoultre и Aston Martin хорошо известны автомобильные связи TAG Heuer, Girard-Perregaux, IWC, Hublot, Rolex, Chopard, Blancpain, Audemars Piguet, Bvlgari, Panerai, A. Dunhill, Parmigiani, Certina, Oris. Одни марки сотрудничали со знаменитыми автомобильными компаниями: Girard-Perregaux, Hublot, TAG Heuer, Panerai — с Ferrari, Parmigiani — с Bugatti, IWC — с AMG Mercedes-Benz, Audemars Piguet и Bvlgari — с Maserati, Blancpain — с Lamborghini. Другие спонсировали гонки (Chopard является давним партнером итальянского ралли Mille Miglia) и одновременно поддерживали гонщиков (дом Chopard дружит с шестикратным чемпионом 24-Heures du Mans Жаки Иксом). Однако наиболее изысканный вариант автомобильно-часового партнерства — создание часовой модели в честь какого-нибудь раритетного автомобиля: так в 2009 году поступил глава мануфактуры Girard-Perregaux, сам в прошлом гонщик Луиджи Макалузо. Его марка выпустила часы в честь культового болида 1970-х годов Lancia Stratos.

Союз Breitling и Bentley отличает здоровый крепкий прагматизм: коллекция мужественных хронографов пополняется ежегодно, и каждый раз новые часовые модели Breitling рассказывают определенную историю, связанную с историей Bentley. Например, спортивные часы могут быть посвящены триумфальным гонкам в Ле-Мане, деревне Арнаж или героической фигуре Вульфа Барнато. Инспирация очевидна: швейцарские часовщики при создании часов используют дизайн различных элементов автомобилей Bentley. Например, рисунок ребристой решетки радиатора Continental GT переносится на часовой циферблат, а при помощи композиции автомобильного колеса создается часовой ротор.

Все модели коллекции Breitling for Bentley можно считать стопроцентно успешными. Промашка случилась лишь один раз — в 2005 году, когда в Breitling предложили клиентам модель Mulliner, хронограф с турбийоном. Эти часы покупатель должен был собрать сам, то есть лично выбрать металл для корпуса, цвет ремешка и циферблата, а также породу дерева для отделки задней крышки. Так часовщики подчеркивали ручное производство часов, точно такое же, каким является сборка автомобилей Bentley на историческом заводе в британском городе Крю. Стоимость хронографа с турбийоном Mulliner равнялась стоимости купе Continental GT в базовой комплектации. И это оказалось как-то уже слишком: все-таки дорогие часы не автомобиль.