Коротко

Новости

Подробно

11

Фото: AP

Меж двух майданов

Валерий Калныш — о том, как в Киеве отстаивают сближение с Европой

Журнал "Огонёк" от , стр. 12

Майдан — не река. Войти в него, точнее, на него выйти, как понял корреспондент "Огонька", можно и дважды, и трижды. А вот сохранить убеждения, которые туда привели, гораздо сложней


Валерий Калныш, Киев


21 ноября. Ночь


В 2004-м Украина прогремела на весь мир как страна "оранжевой революции": режим Леонида Кучмы под давлением майдана и европейских посредников отказался поддерживать Виктора Януковича, в стране прошел третий, не предусмотренный Конституцией, тур выборов, в результате которого президентом стал Виктор Ющенко. После этого "цветные" революции пошли гулять по миру — их коллективным организатором стали социальные сети, с помощью которых манифестанты в Египте и Тунисе договаривались о месте встречи и сообщали о своих действиях. И вот круг замкнулся: на киевскую площадь Независимости в ноябре 2013-го вывел Facebook.

Уже через пару часов после того как премьер Николай Азаров поставил свою подпись под распоряжением N 905, которое приостанавливает подготовку к подписанию соглашения об ассоциации с ЕС, в соцсети появились призывы собраться и обсудить, точнее, осудить ситуацию. "Давайте серьезно,— написал на своей странице журналист Мустафа Найем, которого в Киеве многие знают по работе в "Коммерсантъ-Украина", с Савиком Шустером и на интернет-ресурсе "Украинская правда".— Кто сегодня до полуночи готов выйти на майдан? Лайки не считаются. Только комментарии под этим постом со словами "Я готов". Как наберется больше тысячи, будем организовываться". Решение было принято после 700-го...

Наверное, не приди на майдан журналисты, ничего бы не получилось. Ближе к полуночи, когда они стали являться редакциями, чтобы сфотографироваться и отпостить себя в сетях, появились и лидеры оппозиции — Арсений Яценюк, Виталий Кличко и Олег Тягныбок. Им поставили условие — выступайте, но без агитации за свои партии и без символики. Вскоре мы, примерно тысяча человек, уже шагали к администрации президента: кто-то — чтобы выразить свою позицию, кто-то — чтобы отработать событие. Дошли быстро — километр за 15 минут, но подходы к президентскому офису на улице Банковой уже были перекрыты автобусами с бойцами спецподразделения "Беркут" (они тоже, видимо, читают Facebook). Было весело, но немного страшно. "Сделайте шаг назад от милиции. Не провоцируем!" — кричит Мустафа. "Правильно!" — поддерживает его Арсений Яценюк. Кто-то дерзит и приближается к беркутовцам, чтобы повязать им ленточки с украинским флагом и флагом Европы. Те стоят, не шелохнутся. Но это пройдет.

А пока мы возвращаемся на майдан вполне довольные. Некоторые даже думают, что мы заставили власть услышать общественность, а рядовые активисты могут теперь на равных говорить с маститыми политиками. Все поменяется 24 ноября.

Непарламентская дискуссия майдана с "Беркутом"

Фото: REUTERS/Dmytro Larin, Reuters

24 ноября. День


— Синие ладони вверх — это небо! Желтые ладони вниз — это земля! Поддержите нашу акцию! — кричит в мегафон активист у входа в столичный парк им. Шевченко. Макать ладони в краску, пусть даже цветов национального флага, и идти в таком странном виде по городу украинцы, пришедшие на митинг партий "Батькивщина", УДАР и "Свобода", не спешат. Что он будет в Киеве, было известно и до подписания распоряжения N 905: планировалось, что улица окажет давление на президента, премьера и партии большинства и заставит их принять требуемые ЕС законы. Прежде всего — о лечении заключенных за рубежом, что позволило бы экс-премьеру Юлии Тимошенко отправиться поправлять здоровье в Германию. Но подписание распоряжения N 905 все поменяло.

Митинг начинается традиционно — вперед выдвигаются люди, которые держат огромные флаги Украины и ЕС, за ними — колонны с партийными флагами. Так и идем — по бульвару Шевченко, в начале которого памятник Ленину почему-то взят под охрану спецназом. Человеческая река обтекает памятник и бойцов, но вот агитационная палатка коммунистов не выдерживает напора — ее с удовольствием разрывают на клочья националисты. Выходим на Крещатик. Тысячи людей, объединенные благородной целью сделать свою жизнь лучше, причем за счет себя, а не других, это все же красивая картина. Людскому потоку нет помех. Он растянулся на километр — когда голова колонны заходила на Европейскую площадь, ее хвост только выходил на Крещатик (позже оппозиционеры будут говорить о 100, 150 и даже 200 тысячах манифестантов).

Проходим по площади Независимости. Ко мне подходит один из видных активистов общественного (не того, что организован партийными лидерами.— "О") майдана.

— Ты туда? — кивает он в сторону Европейской, где политические партии уже установили свою сцену и где открывается другой, партийный майдан.

— Туда,— подтверждаю я.

— Ну хорошо. Передавай партийцам привет. А мы тут останемся.

Желающих говорить громким голосом на майдане хватало

Фото: REUTERS/Vasily Fedosenko, Reuters

Расстаемся друзьями. Вроде бы. Но он ведь не знает, что я на работе.

О Юлии Тимошенко не забывают. Первой со сцены на Европейской площади выступает дочь экс-премьера Евгения. Она очень похожа на маму, даже голос так же дрожит от волнения, когда она зачитывает тысячам людей письмо экс-премьера.

— Мы должны любой ценой остановить новый ГКЧП,— говорит Юлия Тимошенко устами дочери.— А если Виктор Янукович все же закроет нам европейский путь, то, не колеблясь, сметите его с политического лица Украины...

Сметать народ готов. Но ему и целого Януковича мало. Митинг принимает резолюцию с призывом направить в отставку кабмин и распустить Верховную раду, если та не примет евроинтеграционных законов.

В группе выступающих почему-то нет Виталия Кличко. Выясняется: самолет, на котором он летел, отказались принять киевские аэропорты и экс-чемпион мира по боксу мчался на машине аж из Кривого Рога. По дороге его останавливали сотрудники ГАИ — "чуть ли не каждые 200 метров", уверяют соратники. История мигом получает политическое прочтение: рейтинг Кличко выше, чем у любого другого оппозиционера из тех, что не сидят в тюрьме.

Покончив с митингом, оппозиционеры пошли колонной по кругу. От Европейской к зданию правительства (там произошло столкновение с "Беркутом", в ход пошел слезоточивый газ и дымовые шашки), затем направо, мимо Банковой (к президенту решили не заходить — его на работе не было), потом по Институтской мимо майдана, снова вышли на Крещатик и вернулись на Европейскую площадь. Вечером там появились первые палатки.

Возможно, в том и была ошибка — людей не надо было водить кругами, а надо было оставить на площади. А так с каждым витком их становилось все меньше. К полуночи, когда я снова оказался меж двух майданов, на них было не больше пяти тысяч.

Студенты на львовском майдане выражают поддержку майдану киевскому

Фото: REUTERS/Marian Striltsiv , Reuters

24 ноября. Ночь


Два часа ночи. На Европейской стоят палатки. Лагерь уже пережил первый штурм — около полуночи "Беркут" предпринял попытку выдавить с проезжей части и загнать за ограждение активистов. Его отбили: бойцов забросали цветочными кустами и комьями. За ограждение активисты потом ушли сами.

Настоящий майдан кардинально отличается от того, как его показывают в телевизоре. После 3- или даже 8-минутного сюжета кажется, будто жизнь там кипит, время от времени выплескиваясь на шлемы спецподразделений... Это так, но и не так. Оказавшись в палаточном лагере, понимаешь: главное — терпение. Впереди ночь, которую ты проведешь под дождем, потому что палаток на всех не хватит. Если у тебя нет денег — не пугайся, голодным не будешь. Вообще, правила рождаются сами. Чтобы пройти к биотуалетам, например, установленным около здания филармонии, добровольные охранники майдана оставляют щелку между заградительными щитами, так можно не обходить весь лагерь.

Какие-то правила ты устанавливаешь для себя сам. Нельзя тратить много энергии. Ходить быстро не надо. Важно просто иметь силы ходить. Стоять. Лучше всего сидеть, но найти нет, не стул, а кусок чего-нибудь не железного, чтобы бросить на гранитные ступени, непросто. Запретить себе слушать все, что говорят выступающие, подходить к этому избирательно. Не стоять у динамиков. Сигареты — в меру, потому что они вызывают голод и, если их много, головную боль.

Мерно хожу по политическому майдану — его длина 157 шагов. Подсчитал — установлено 38 палаток. Пошел на общественный майдан — до него 700 шагов. Ловлю себя на мысли: "Странно, что политики и активисты не могут преодолеть такое короткое расстояние". Но понимаю, тут дело не в метрах, а в амбициях тех и других.

Какой майдан без поцелуев?

Фото: Александр Яловой, Коммерсантъ

— Пусть они (политики.— "О") уберут свои партийные тряпки, и тогда мы, может, объединимся,— говорит мне обитатель общественного майдана. Там больше молодежи. И сил у них больше — хватает, чтобы петь и танцевать.

— Мы не будем убирать свои флаги! В конце концов, за оппозицию проголосовало полстраны. Пусть лучше они (активисты.— "О") приходят к нам со своими,— отвечает на это Арсений Яценюк.

Ночью на двух площадях остается в общей сложности не более 500 человек. Это простые люди, они стоят не за деньги, а за идею. Кто-то из любопытства. Время от времени начинается дождь, переходящий в ливень.

Я снова на Европейской. Начало четвертого утра. Слушаю рабочего с "Азовстали". Получив микрофон, он рассуждает о разных цивилизационных различиях украинцев и японцев, мол, первые, увидев лужу в цеху, будут ее вытирать, а вторые попытаются найти течь. "А то, что лидеров, вождей нет сейчас среди нас, это хорошо. Им надо отдохнуть, чтобы днем они принялись защищать наши интересы!" — говорит он.

Его сменяет другой выступающий. Он называет всех оставшихся на ночь "героями". Честно признаюсь, мне уже все равно. Мне холодно. Мокро. Мне утром на работу. Я понимаю, что слушать этого уже не хочу, как и постоянно звучащие — когда нет желающих что-то сказать миру майданщиков — народные и патриотические песни. Особенно эту: "Дзв?нь, дзв?нь, дзв?нь, дзв?ночку, степовий жайвороночку". Я услышал ее, наверное, уже раз сорок. И я понимаю, что не прав — это и есть протест, "игра в долгую". Что революция — она не только яркая, как фейерверк, но и скучная, как холодный ноябрьский дождь.

Начало шестого. Снова иду на беспартийный майдан. Следом туда приходит "Беркут": они не бьют, они просто давят своей массой. Парни и девушки, с одной стороны, бодрятся, с другой — боятся. Рассказывают: "Беркут" пришел не для разгона, а чтобы обезопасить сотрудников коммунальных служб, которые решили, что именно в этот ранний час им надо начать подготовку к установке ледового катка на площади Независимости. Воспринимать этот бред мозг отказывается... Я покидаю майданы в 9 утра. Как раз тогда, когда туда на дорогих авто начинают съезжаться оппозиционеры с депутатскими значками. Они задушевно разговаривают с промокшими, но не потерявшими надежду или что там уже у них осталось людьми. Интересуются, как прошла ночь. Разговаривать с ними не хочется: "Блин, сам постой и узнаешь, как прошла!" У меня впереди день работы. Но, наверное, я вернусь.

Одна из преград на пути в Европу — ограждения у кабмина

Фото: REUTERS/Maks Levin, Reuters

На многие дни вперед


За неделю существования майданы эволюционировали. Утром и днем на них по-прежнему было мало людей — до тысячи в общей сложности. Учитывая это, организаторы разбили ежедневные манифестации на два этапа — утренний поход к зданию кабинета министров и вечерний митинг. Так, во время одного из них активисты на Европейской площади разгромили машину Службы безопасности Украины, в которой находилась аппаратура для слежки и прослушки.

На пятый день майдана подтянулось студенчество. Во Львове, Ивано-Франковске, ряде киевских вузов поход на акции поддержки евроинтеграции стали считать уважительной причиной для непосещения занятий.

А вечером 26-го, во вторник, майданы, в конце концов, объединились. Партийные лидеры отказались от символики, свернули палатки и переехали на площадь Независимости. Кто-то увидел в этом единение, кто-то — нежелание партийцев больше стоять на площади, поскольку это ни к чему не ведет. Тем более что утром после объединения лидеры оппозиции улетели в Литву...

А 27 ноября, за день до саммита ЕС в Вильнюсе, Виктор Янукович дал интервью журналистам ведущих телеканалов. Из него не стало понятно — подпишет он соглашение или нет. Именно в этой неопределенности эксперты увидели прямой ответ — нет, не подпишет.

Лидеры оппозиции Кличко и Яценюк на митинге у здания кабинета министров

Фото: REUTERS/Gleb Garanich, Reuters

"Мы будем делать все, чтобы Украина экономически становилась крепче, чтобы из года в год лучше жили, чтобы страна была конкурентоспособной. Как только мы выйдем на тот уровень, который нам будет комфортным, и когда он будет отвечать нашим интересам, когда мы договоримся на нормальных условиях, тогда будем вести разговор о подписании",— заявил президент.

Он также уверен, что отношения с Россией надо выводить на новый уровень. "Три года было противостояние, те предложения, которые поступали нам от России, они были неприемлемы. И это стало одной из проблем, которые откладывали подписание Соглашения о стратегическом партнерстве. Это соглашение существует и действует, но пришло время его обновить",— считает он.

Кто-то из журналистов спросил Виктора Януковича про новый майдан. Он сказал, что поддерживает тех, кто выступает за сближение с Европой. И даже им похлопал в эфире.

Комментарии
Профиль пользователя