Коротко

Новости

Подробно

4

Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ   |  купить фото

Память вдребезги

Мирослав Балка на "Винзаводе" и в Государственном центре современного искусства

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

Выставка современное искусство

Польский художник Мирослав Балка привез в Москву вариацию на тему своей путешествующей выставки "Фрагмент". Это несколько видеороликов, снятых на подручные средства вроде камеры мобильного телефона. Благодаря оформлению в пространстве они выглядят монументально, как памятники. Рассказывает ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.


Берлин, Паризерплац. Пятизвездочные отели, магазины, киоск туристической информации у Бранденбургских ворот. И местная Академия художеств, куда выставка Мирослава Балки приехала осенью прошлого года. Вблизи от Паризерплац располагаются два музейных комплекса об исторической вине немецкого народа. В построенном Даниэлем Либескиндом Еврейском музее архитектура четко и слаженно погружает зрителя в адский ритм смерти жертв концлагерей. Мемориал холокоста архитектора Питера Айзенмана раскинулся на 19 тыс. кв. м — то ли кладбище, то ли вход в потусторонний мир. Между тысячами мемориальных стел гуляют экскурсионные группы разных возрастов. В таком соседстве "Фрагмент" Балки, начинающийся диптихом с двумя включенными горелками газовой плиты, читается как вершина равнобедренного треугольника, очередной памятник Европе-на-крови.

С темой антисемитизма и его катастрофических последствий Балка работает давно, потому что это часть его личной истории. Он родился в маленьком городе Отвоцк неподалеку от Варшавы. Летом 1942 года нацисты собрали около 8 тыс. евреев на железнодорожном полустанке для грузового транспорта и отвезли в Треблинку и Аушвиц — лагеря смерти. После победы СССР и включения Польши в число стран социалистического лагеря эта часть войны была вне общественного внимания. Когда Польша вернула себе независимость, уничтожение евреев при равнодушии или активном участии местного населения тоже не попало в число важных тем — в идеологию строительства нового, демократического государства эти ужасы не вписывались. Чем консервативнее становилось правительство, тем меньше такое прошлое фигурировало в повестке дня. Новое поколение художников и писателей, активно строящее художественную жизнь Польши сегодня, пытается вспомнить все, и видеоработы Балки — одно из самых удивительных проявлений этого процесса. В Москве прямолинейность ассоциаций теряется. У нас, к счастью, есть Еврейский музей, но сделан он по образцу многочисленных организаций, музеефицирующих победу в Великой Отечественной. Главное — танки, мощь, боевой напор. Места, где можно почувствовать ужас рациональной воли, приговорившей к смерти миллионы унтерменшей, евреев ли, славян ли, попадаются тут и там, но нигде так мощно, как в Берлине. Что, наверное, логично: мы нация победителей, а судить самих себя трудно вдвойне.

Благодаря этому работы Балки в Москве выглядят иначе. Они не о холокосте, а о том, как устроена память. О том, как современный человек, на несколько поколений ушедший от непосредственных участников и жертв бойни, может ее себе представить и какие силы на это требуются. Берлинский Мемориал Айзенмана ругают за то, что в нем ты волен вести себя как угодно. Дети и студенты младших курсов играют в прятки, целуются в толще метафорических могил, раскладывают на них гамбургеры — в общем, ведут себя как цветы жизни. Ответственные люди беспокоятся о том, что новые поколения слишком легкомысленны. Видео Балки — ответ на вопрос о том, как прожить историю, которая не укладывается в голове. Он не учит и не проповедует, он просто фиксирует маленькие встречи с действительностью. Каждая встреча становится началом ассоциативного ряда. Зритель, запомнивший образ, идеально минималистичную картинку, превращается в археолога. Например, 15-минутное видео "Я помню, что там должна быть 4" состоит из титульной цифры — то в фокусе, то расплывчатой. Это отсылка к цитате из классической документалки Клода Ланцманна "Шоа". Там вдова школьного учителя-нациста пытается вспомнить, сколько же евреев уничтожили в лагере Хелмно — городе, где она жила во время войны: "Четыре что-то. 40 000? 400 000?". Балка напоминает о том, как легко в голове образуется дыра, и о том, что незнание — это выбор, а память — труд.

Комментарии
Профиль пользователя