Такое дело

Почему иногда на громких бракоразводных процессах крайними оказываются врачи?

Наталья РАДУЛОВА

А как бы вы поступили, если бы в один прекрасный весенний день на вашем пороге появился врач в компании двух рослых охранников: «Здравствуйте, я психиатр из психоневрологического диспансера № 14, пришел поговорить о вашем самочувствии. Ботинки снимать?» Вряд ли вы предложили бы гостям тапочки. Вот и Марианна Савельева, мама троих детей и по совместительству — экс-супруга мини-олигарха, захлопнула дверь перед психиатром и компанией. Но мужчины оказались настойчивыми — почти час они стучали, звонили и выкрикивали странные слова: «Вы должны подчиниться закону! Савельева, мы знаем — вы давно потеряли материнский инстинкт!»

Пока потерявшая материнский инстинкт Савельева испуганно обнимала детей, соседи звонили в милицию. И стражи порядка приехали. Психиатр, Владимир Павлович Куренков, продемонстрировал им вполне натуральное постановление Пресненского суда города Москвы о принудительном освидетельствовании Марианны Савельевой. Оказывается, несколько дней назад ее муж, Владимир Савельев, пришел в районный диспансер и, хватаясь за сердце, сообщил, что жена его, бедняжка, сошла с ума, ведет себя агрессивно, бьет детей, вступила в таинственную секту и, страшно сказать, доктор, скачет по крышам. Голая! Видимо, это так на нее судебный процесс по разводу влияет.

Участковый психиатр посочувствовал горю миллионера и пообещал оказать посильную помощь. Со слов Савельева он составил заключение, из которого следовало, что Марианна предположительно больна и отказывается добровольно пройти психиатрическое обследование. Приложив к заключению заявление убитого горем супруга, врач отправил документы в суд. Судья выдал санкцию на «недобровольное освидетельствование». И вот благородный доктор стоит у дверей предположительно безумной мамаши. А охранники? Ну что охранники? Они вообще-то мужнины, прибыли в качестве моральной поддержки.

Нет смысла углубляться в причины развода Савельевых—некоторые граждане не сходятся характерами с женами, с которыми прожили десяток-другой лет. Некоторые пытаются у этих самых жен отобрать детей всеми возможными способами. Да и некоторые жены прекрасно знают, как за себя постоять. Поэтому поспешим сообщить, что с детьми все закончилось хорошо — они какое-то время были у отца, но потом не без помощи газет, журналов, телевидения и бывшего нашего президента вернулись к матери. Сейчас история не об этом. История наша о врачах. В журнал «Огонек» обратился главный врач психиатрической больницы № 7 города Москвы. Эдуард Федин сообщил нам, что тоже хочет воззвать к общественности, тоже жаждет с помощью СМИ защитить своих коллег от произвола: «Врачи на скамье подсудимых! Им грозит заключение на семь лет! Это угроза всей системе психиатрической службы!»

Впрочем, по порядку. Доктор Куренков, безрезультатно оттарабанив в дверь Марианны Савельевой и не дождавшись помощи от милиционеров, которые почему-то отказались «содействовать организации беседы психиатра и Савельевой», отбыл в свой ПНД. Там он снова составил документ — вынес предположительный диагноз, в качестве одного из симптомов указав «негативизм» Савельевой, то есть немотивированное противодействие больного лицу, вступившему с ним в контакт. Не согласилась, мол, впускать в дом незнакомых мужчин, значит — негативизм. Значит — надо госпитализировать. А говоря по-простому — пора вязать сумасшедшую.

Многих ли граждан вот так могут повязать психиатры по заочному диагнозу, установленному при осмотре пациента через железную дверь? Нам неизвестно. Но в случае с Марианной это оказалось вполне возможным. Более того, участковый психиатр и врач скорой психиатрической помощи, повторно явившись к Марианне и уже удачно ворвавшись в дом, связали руки жгутами не только ей, но и ее маме — теще миллионера. Тещу врачи тоже, чтобы два раза не вставать, решили забрать с собой — она, видимо, еще активнее проявляла свой негативизм. Потом Марианна рассказывала на всяческих ток-шоу, что отца ее связали и бросили в сауну, ее с мамой тащили за волосы из дома, дети при этом кричали: «Отпустите мамочку! Отпустите бабушку!» В общем, картина мало способствовала душевному равновесию госпитализируемых. И даже в психиатрической больнице им. Ганнушкина две женщины отчаянно продолжали вопить: «Он вас купил! Он вас купил!» За что тут же получили новый предположительный диагноз — «форма бреда», психопатологический синдром — и были помещены в палаты.

Позже знающие люди просветили Марианну, объяснив, что против нее была использована широко распространенная среди «почти олигархов» схема. Ее используют, чтобы оставить детей у отца и не делить имущество. Ведь просто так забрать несовершеннолетних у матери в нашем государстве практически невозможно. Если только эта мать не алкоголичка, наркоманка или, например, сумасшедшая.

Марианна, к счастью, сумасшедшей не оказалась. На следующий день и ее, и маму вынуждены были отпустить из психушки с диагнозом «здоровы». Но детей к этому времени — что и требовалось! — уже забрал отец, за них потом шла долгая и изматывающая девятимесячная борьба. В свой дом женщина тоже не могла попасть, жила у друзей. В общем, схема почти сработала. Почти.

История, даже история нашей страны, знает немало случаев цивилизованных разводов. Но бывает, что развод превращается в Куликовскую битву. Также известны случаи, когда один из супругов, ранее считавшийся беззащитной и слабой жертвой, вдруг превращается в карателя. Особенно, если этот супруг — мать, у которой отбирают детей. Такая женщина, как разозленная слониха, не успокоится, пока не вытопчет половину саванны. Марианна начала борьбу. И помимо разборок насчет детей и имущества она занялась еще одним важным делом — написала заявление в прокуратуру о своей незаконной госпитализации. На врачей было заведено уголовное дело по статье 128 УК РФ, часть 2 — за незаконное помещение в психиатрический стационар, если данное деяние совершено лицом с использованием своего служебного положения. Заодно и по 33-й статье, часть 2 — предварительный сговор. Итого врачи обвинялись в превышении служебных полномочий и сговоре с Савельевым… Участковый врач ПНД № 14 даже отсидел три недели в Матросской Тишине и был отпущен только по ходатайству. Уже год длится судебный процесс по делу «врачей-вредителей», и им действительно грозит еще и семилетнее заключение.

Они стоят во дворе Преображенского районного суда — два усталых, измученных доктора. Один отстранен руководством диспансера от служебных обязанностей. Второй уволился по собственному желанию, работает грузчиком, чтобы хоть как-то прокормить семью и детей. Наверняка они уже жалеют, что ввязались в эту историю — слишком уж дорого все обошлось. Хотя адвокаты в количестве трех штук продолжают настаивать на том, что врачи действовали согласно действующему законодательству. «Они исполняли свой профессиональный долг, — говорит адвокат Наталья Горфинкель. — Они просто обязаны были отреагировать на заявление Савельева.  В противном случае они сами нарушили бы все мыслимые правовые и нравственные нормы. Марианна для них не враг, а обычный пациент. Психиатр обязан защищать пациентов от нанесения ими вреда окружающим и себе».

Коллега и добровольный защитник Федин достает выписки из законодательства по здравоохранению, учрежденное Мин-здравом СССР в 1953 году, Положение о психоневрологическом диспансере, и зачитывает: «Отбор больных в стационарное отделение производится лечащим врачом диспансера по согласованию с главным врачом. Срок пребывания больного в стационаре — не свыше 15 дней». Федин делает многозначительную паузу. Марианну держали в больнице всего день — так какое же это преступление?

На вопрос: «Кто оплачивает ваши услуги?» — адвокаты не отвечают. На вопрос: «Где сам Савельев?» — неохотно поясняют: «За границей». Савельев догадывается, что бывшая жена от своих обвинений не откажется, ей выгодно, чтобы экс-благоверному вынесли суровый приговор и он держался бы подальше от России, от детей, а заодно — и от немалого имущества, недвижимости. А без врачей сурового приговора не получится — сговор ведь. Поэтому в принципе понятно, кто бедным врачам оплачивает адвокатов. Но понятно также, кто будет ходить в районный суд изо дня в день, как на работу. Кто будет нервничать, проклинать тот день, когда связался с миллионером, и пить валидол.

Владимир Павлович, бывший участковый психиатр, достает паспорт, терпеливо ждет, пока перепишут его данные и впустят на заседание суда. Охранник знает его в лицо: «Здорово, Палыч», но порядок есть порядок. «Мне иногда кажется, что бороться нет смысла», — говорит Владимир Павлович. Второй подсудимый, Сергей, бывший врач скорой психиатрической помощи, смиряться не собирается — он моложе, у него вся жизнь впереди. Вычеркивать из этой жизни семь лет только из-за того, что однажды кого-то там связал и вытащил из дома, ему как-то не хочется. Он все еще возмущается, негодует, употребляет выражения типа «не упоминайте мою фамилию», «суд ангажирован» и «произвол следователя».

Врачи сначала охотно идут на контакт, снова и снова жалуются на следователя по фамилии Волк, сокрушаются насчет мягкосердечности судьи: «Что с нее взять — женщина. Слушает про деток и плачет», мстительности Марианны Савельевой: «Ну подумаешь, переночевала в психушке. А я три недели в Матросской Тишине отсидел!» и даже приглашают нас в гости, чтобы мы увидели их скорбную жизнь. Чтобы написали об этом статью. Чтобы хоть как-то помогли. У них ведь тоже семьи, тоже дети. Как же так нелепо получилось, елки-палки, — паны дерутся, а у холопов чубы трещат!.. Но на следующий день, посоветовавшись с женами, вдруг отыгрывают назад: «Понимаете, такое дело… Никто ничего еще не может сказать наверняка… Кто его знает, как повернется… Такое дело…»

Адвокаты тоже не уверены ни в чем. Утром они хором, все втроем, кричат: «Подайте-ка нам сюда прессу! Телевидение подайте, канал CNN!» А вечером уже отмахиваются от журналистов: «Мы передумали! Пока приговор не вынесен, мы не будем ничего говорить!» Но на следующий день снова звонят: «Пресса, на помощь! Надо осветить ход событий!» Чего хотят — непонятно. Прямо-таки раздвоение личности какое-то.

Судебные заседания идут сейчас почти каждый день. Уголовное дело внушительное — в трех томах. Но по-человечески все уже давно не благополучно. Давно, с того самого дня, как жену олигарха под крики детей втолкнули в машину скорой помощи. И сейчас уже жена врача тихо плачет во дворе суда, засыпанном тополиным пухом: «У нас вся жизнь перевернулась. Тут все куплено…»          

 

Иллюстрация АЛЕКСЕЯ БОРИСОВА

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...